Эффект Лазаря

Герберт Фрэнк Патрик

– В красном ящике около главного люка, – сказала она, – лежат ныряльные костюмы и спецпакеты. Около пусковой базы вода холодная.

– Переохлаждение убивает, – процитировал он. Эти два слова, написанные на красном ящике желтыми буквами, напомнили ему о самых ранних уроках выживания. Островитяне учили своих детей тому, что холодная вода опасна, едва ли не раньше, чем ходить. Похоже, моряне усваивали тот же самый урок, хотя Твисп и утверждал, что моряне лучше переносят холод.

– Поищи там костюмы подходящего для нас размера, – сказала

девушка. – Если нам придется прыгать за борт… – она не окончила фразу, понимая, что и не нужно.

Вид стопки серых костюмов для подводного плавания вызвал улыбку на лице Бретта. Органические костюмы островитянского производства и конструкции представляли собой ту область, в которой островитяне имели преимущество над морянами. Он выбрал пакеты с надписью «малый» и «средний» размеры и вскрыл пакеты, чтобы активировать костюмы. Он взял два оранжевых спецпакета и затолкал их под кресла в рубке.

– А что это за спецпакеты? – поинтересовался он.

– Аварийный набор, – пояснила Скади. – Непотопляемый плотик, нож, веревки, болеутоляющее. Там есть даже гранаты с репеллентом против рвачей.

– А тебе приходилось использовать эти гранаты?

– Нет. Но матери однажды пришлось. Один из членов ее команды так и не сумел спастись.

Бретт содрогнулся. Рвачи редко подбирались близко к островам, но рыбаки, случалось, пропадали – а еще были всякие истории о детях, которых рвачи утаскивали прямо с края острова. Внезапно океанская ширь вокруг их судна утратила свою нежную теплоту, свою защищающую привычность. Бретт тряхнул головой, чтобы привести мысли в порядок. Ведь они с Твиспом жили в этом океане на крохотной лодке-скорлупке. Во имя Корабля! Не может же это судно оказаться уязвимее, чем скорлупка. Да, но у них нет крикс, и если им придется прыгнуть в воду в ныряльных костюмах… смогут ли собственные органы чувств предупредить их об опасности вовремя? Рвачи передвигаются с ослепительной быстротой.

Два солнца заметно приблизились друг к другу в предвосхищении своего закатного свидания. Бретт глядел вперед, стараясь высмотреть их пункт назначения. Он знал, что его страх перед рвачами был сущей глупостью, над которой он когда-нибудь сам посмеется…

Что-то, прыгающее по волнам впереди, приковало к себе все его внимание?

– Что это? – спросил он, указывая на это пятно.

– По-моему, лодка, – ответила Скади.

– Нет, – протянул он, – что бы это ни было, там два предмета.

– Две лодки?

Быстроходное судно приближало их к спорному объекту с ошеломляющей скоростью.

– Две лодки, – произнес Бретт еле слышно.

– Одна ведет другую на буксире, – добавила Скади, направив судно к ним.

Бретт вскочил и перегнулся через пульт управления, всматриваясь в лодки. Он махнул Скади рукой ладонью вниз: «Глуши ход!» Она уменьшил скорость, и Бретт ухватился за пульт, чтобы удержать равновесие, когда судно качнуло на волне.

– Это Квитс! – заорал Бретт, указывая на человека за штурвалом. – Корабль и его зубы –

да это же Квитс!

Скади выключила один двигатель и завернула судно против к лодкам с подветренной стороны. Бретт распахнул иллюминатор и высунулся наружу, чтобы крикнуть, благо до лодок было не больше пятидесяти метров: «Твисп! Квитс!»

Твисп встал и прикрыл глаза ладонью, как козырьком; его длинная рука неуклюже свешивалась вдоль тела.

– Малыш!

– Идешь с полным трюмом? – прокричал ему Бретт традиционное рыбацкое приветствие.

Твисп стоял у штурвала, пока лодку мотало из стороны в сторону, воздев руки кверху и сложив их высоко над головой.

– Ты живой! – орал он. – Ты живой!

Бретт спрыгнул обратно в рубку.

– Скади, подведи нас поближе.

– Значит, это и есть Квитс Твисп, – сказала она. Она вновь завела двигатель, медленно подавая судно вперед. Оно обогнуло лодки по широкой дуге и подошло к передней лодке, открыв боковой люк, когда лодки достаточно приблизились.

Твисп схватил причальный конец и меньше через минуту уже был в рубке. Его длинные руки обхватили Бретта, а огромные кулаки замолотили парня по спине.

– Я знал, что найду тебя! – Твисп отодвинул Бретта на всю длину своих вытянутых рук и обвел широким жестом судно, Скади, его одежду и темные очки. – Что все это значит?

– Это очень долгая история, – ответил Бретт. – Мы направляемся на морянскую пусковую базу. Ты что-нибудь слышал…

Твисп опустил руку и мигом отрезвел.

– Мы там были, – ответил он. – По крайней мере, настолько близко, что разницы никакой. – Он обернулся, указывая на другого пассажира скорлупки. – Этот кусок планктона зовут Кей Тедж. Я пытался доставить его на пусковую базу по очень неприятному делу.

– Пытался? – переспросила Скади. – А что случилось?

– Кто эта жемчужинка? – спросил Твисп, протягивая руку. – Меня зовут Квитс Твисп.

– Скади Ванг, – сказала девушка в один голос с Бреттом, и оба засмеялись.

Твисп изумленно уставился на нее. Так это и есть юная и прекрасная морянская спасительница, которая представилась ему в грезах? Да нет же! Глупости это все.

– Так вот, Скади Ванг, – заявил Твисп. – Нас не захотели выслушать на пусковой базе – нас и вообще туда не пустили. – Твисп поджал губы. – Прогнали нас с судна еще большего, чем это. И велели держаться подальше. Мы так и сделали. – Он оглядел рубку. – А вы оба что тут делаете? И где команда?

– Мы и есть команда, – ответил Бретт.

Бретт объяснил, почему они направлялись на базу, что произошло с ними, с Верховным судьей и с политической обстановкой. Тедж вошел в рубку как раз когда Бретт заканчивал свой рассказ. Его слова явно возымели эффект: Тедж побледнел и задышал короткими толчками.

– Они нас опередили, – выдавил Тедж. – Я так и знал. – Он уставился на Скади. – Ванг, – промолвил он. – Вы – дочь Райана Ванга.

– Что с ним творится? – спросил у Твиспа готовый вспылить Бретт.