Ее собственные правила

Брэдфорд Барбара Тейлор

– Очень мило с вашей стороны, – сказала Элизабет Моррисон.

– Я хочу заключить сделку, но вовсе не хочу вас выдаивать, – ответила Мередит. – И вы, я уверена, хотите купить отель и не хотите меня надуть.

– Ни в коем случае! Мы не из таких! – возмущенно воскликнула миссис Моррисон.

– Вынужден признать, что условия довольно соблазнительные, – наконец выдавил из себя Моррисон, глядя на Мередит. – Перед вами трудно устоять.

– Тогда и не пытайтесь, мистер Моррисон, – улыбнулась Мередит и снова подошла к камину.

Филип Моррисон встал, когда она

остановилась возле его кресла.

Мередит протянула руку.

– Ну, не тяните. Пора нам прийти к соглашению. Сделка одинаково выгодна как для вас, так и для меня.

Моррисон колебался одно мгновение, потом крепко пожал ей руку.

– Хорошо, миссис Стреттон. Договорились. Три с половиной миллиона.

Мередит кивнула и широко улыбнулась. Филип улыбнулся ей в ответ.

Подошла Элизабет Моррисон и тоже пожала Мередит руку.

Пол Инс, во время переговоров сидевший как на иголках, поздравил обе стороны с удачной сделкой и объявил:

– За это нужно выпить. Пойдемте в бар, и я открою бутылочку «Дом Периньон».

– Отличная мысль, Пол, – одобрила Мередит и первая вышла из библиотеки.

Возвращаясь на машине обратно в Нью-Йорк, Мередит уже почти не думала о «Горных вершинах». Она добилась своего: продала отель за нужную сумму, весьма ловко проведя переговоры, и была весьма довольна. Трех с половиной миллионов будет более чем достаточно на затраты по расширению бизнеса.

Перед отъездом из отеля она условилась с Моррисонами о встрече у ее адвоката, который подготовит к следующей неделе все необходимые документы, а также договорилась по телефону с Генри Рафаэльсоном, что он примет Моррисонов. Банкир разговаривал очень покладисто и уверил ее, что сделает все возможное, чтобы сделка с Моррисонами состоялась.

Поэтому теперь, сидя в машине, Мередит выбросила из головы все, что касалось «Горных вершин», и стала обдумывать другие свои дела. Теперь ее внимание целиком было сосредоточено на поездке в Англию и покупке там отеля. Она была уверена, что уж один-то из двух, выбранных Патси Кентон, ей наверняка понравится. Если повезет, подумала Мередит, можно будет быстренько довести это дельце до конца и с легкой душой ехать в Париж к Агнес д'Обервиль.

Патси пригласила ее на воскресный обед, чтобы они могли, не тратя времени даром, обсудить дела и разработать план поездки. Главная идея Патси состояла в том, что в понедельник они отправятся на север Англии, посмотрят отель, расположенный в Озерном крае, а затем поедут в Йоркшир, где в одной из долин находился второй приглянувшийся Патси отель.

Когда Мередит спросила Патси, какой из двух нравится ей больше, ее деловой партнер ответила весьма уклончиво.

– Тот, что в Кесвике, потребует меньше затрат на переоборудование.

Мередит нажала посильней, но Патси отказалась обсуждать эту тему.

– Я хочу, чтобы ты сама, без всякой посторонней помощи, приняла решение. Если я выскажу тебе свое мнение, прежде чем ты увидишь гостиницу, получится, что я тебя агитирую, пытаюсь склонить на свою сторону. Не жми на меня.

Еще Патси предложила: если у Мередит

нет причин возвращаться потом в Лондон, она может лететь в Париж прямо из аэропорта Лидс-Брэдфорд.

– Оттуда, а еще из Манчестера, который совсем рядом, много прямых рейсов до Парижа.

Мередит согласилась, что идея замечательная: так удастся сэкономить уйму времени.

Откинувшись на спинку сиденья автомобиля, Мередит закрыла глаза и стала прикидывать, какие вещи возьмет с собой. Неожиданно для себя она вдруг вспомнила свой последний ужин с Ридом Джеймисоном и с тоской подумала, как хочет снова его увидеть. Но Мередит понимала, что, поскольку решила с ним порвать, придется терпеть.

Никаких свиданий, приказала себе она. Их отношения никогда нельзя было назвать по-настоящему близкими, хотя он в последнее время, кажется, считал иначе. Мередит стала убеждать себя, что расставание пройдет легко. Он поймет – взрослый же человек, в конце концов. Однако в глубине души Мередит прекрасно понимала, что морочит себе голову. Внутренний голос подсказывал ей, что добром эта история не кончится. И тоска переросла в недоброе предчувствие.

4

– Я сама знаю, что уперлась, как осел, – начала Патси Кентон, – когда отказалась обсуждать с тобой гостиницы, но…

– Лучше сказать: ты была уклончива, – поправила Мередит.

– И все же это и не уклончивость, и не упрямство. Просто осторожность. Я не хотела тебя настраивать так или иначе, прежде чем ты не увидишь все своими глазами. Но теперь я могу сделать для тебя в некотором роде предварительный просмотр, скажем так. Владелец отеля, расположенного возле озера Виндермер в Озерном крае, прислал вчера фотографии. Сейчас покажу.

Патси вскочила с кресла. Они с Мередит сидели в маленькой красной гостиной и пили аперитив. Дом Патси находился в фешенебельном лондонском районе Бельгравия.

Возраст Патси приближался к сорока, но она оставалась еще очень привлекательной; правда, красота ее была несколько мужеподобной. Почти такая же высокая, как Мередит, она сохранила прекрасную фигуру. Светлые вьющиеся волосы Патси были коротко подстрижены; огромные серые глаза светились умом. И еще ее отличал великолепный цвет лица.

Патси взяла с невысокого столика большой конверт, вернулась к дивану и села рядом с Мередит.

– Айан Грейнджер, владелец «Херонсайда», очень гордится этими фотографиями. Он их сам делал прошлой весной и летом.

С этими словами Патси протянула конверт Мередит, и та нетерпеливо высыпала фотографии на диван.

Быстро проглядев их, Мередит сказала:

– Неудивительно, что он ими гордится. Снимки просто великолепные. Судя по ним, «Херонсайд» – отель что надо.

– Это точно, Мередит. Фотографии еще не полностью передают очарование тех мест и самой гостиницы. Номера отделаны с такой роскошью, что, войдя в комнату, сразу начинаешь чувствовать себя особой королевской крови. Повсюду антикварная мебель, великолепные ткани, и вообще атмосфера именно такая, как тебе нравится. А природа вокруг – сама видишь.