Её победа

Тиммон Джулия

— Эй! Даже не вздумай!

Тим отстранился, смеясь и на мгновение закрывая ладонями уши.

— Зачем же так кричать? — пробормотал он с нежностью.

— Ты что, забыл о своем плече? — спросила Кристин, неожиданно ощутив себя его женщиной, женщиной, обязанной заботиться о нем и во всем ему помогать. — После операции прошло всего несколько часов. Хочешь, чтобы я повторно спасла тебя от гибели? — Она озорно улыбнулась.

— Не отказался бы, — ответил Тим, вновь опускаясь перед ней на колени и прижимаясь к ее ногам. —

Только, мне кажется, ты сегодня немного устала. Оставим этот номер на следующий раз.

Кристин погрозила ему пальцем.

— Если я пойму, что ты специально все подстраиваешь, то даже не подумаю бросаться к тебе на помощь, так и знай!

— Хорошо, я буду действовать хитрее, — шутливо ответил Тим.

Они помолчали.

— А знаешь, мне очень хочется поднять тебя на руки, — произнес Тим тихо и серьезно. — Покружить по комнате, как маленького ребенка.

— И мне бы этого хотелось, — ответила Кристин, представив себе, как было бы здорово оказаться у него на руках, обхватить его за шею, прижаться к нему, как когда-то в детстве к отцу, казавшемуся самым умным, самым сильным, самым значительным человеком во всей вселенной. Она кивнула на его плечо и вздохнула. — Но придется потерпеть.

— Придется, — ответил Тим, тоже вздыхая. Его взгляд скользнул по ее желтому платью. — Как тебе идет этот цвет. В этом платье ты выглядишь еще моложе, совсем как девочка.

Кристин скривила рот.

— От горшка два вершка.

Тим встрепенулся.

— Ты все еще не простила меня, да? Если тебе потребуется время, я готов ждать сколь угодно долго, — торопливо произнес он, будто боясь, что, несмотря на свои признания, Кристин возьмет сейчас и уйдет.

Она посмотрела на него с нежностью и любовью.

— Тебе не придется ждать. От моей обиды уже ничего не осталось.

— Ты ангел, — прошептал Тим. — Мой добрый ангел, моя спасительница, моя надежда, моя любовь…

Кристин так сильно растрогалась, что к ее горлу подступил ком, а в глазах защипало. Она наверняка расплакалась бы сейчас от счастья, но побоялась показаться сентиментальной дурочкой и торопливо сменила тему:

— Кстати, мы совсем забыли об ужине. А я, признаться, голодная как волк. С самого утра ничего не ела.

Тим опять поднялся с пола.

— Серьезно? — спросил он обеспокоенно. — А почему же ты молчишь? Скорее приступай к еде, а то упадешь в голодный обморок.

— Пожалуй, ты прав, — ответила Кристин.

— Кстати, я тоже ничего не ел с самого утра, — сказал Тим, усаживаясь на свое место за столом. — Мы так во многом с тобой похожи.

— Угу, — согласилась Кристин. — Два экстремала.

— Верно, — подхватил Тим воодушевленно. — С сегодняшнего дня начался наш удивительный экстремальный роман. Немного погодя мы устроим великолепную экстремальную свадьбу… если, конечно, ты согласишься выйти замуж за такого болвана, как я.

Кристин

рассмеялась.

— Соглашусь… если ты торжественно поклянешься, что навсегда забудешь о своих дурацких шуточках.

— Клянусь! — торжественно провозгласил Тим. — Ради того чтобы ты стала моей женой, я готов на что угодно. — Он с улыбкой выдержал паузу. — Так вот, в компании друзей-экстремалов мы как следует отметим это замечательное событие… я имею в виду свадьбу, и заживем счастливой экстремальной семьей.

Кристин так и покатилась со смеху. А Тим с невозмутимым видом взял со стола салфетки, расстелил одну у Кристин, другую у себя на коленях, многозначительно подмигнул ей и кивнул на тарелки с остывшими кусочками мяса и брокколи.

— Еще раз приятного аппетита, — с шутливой официальностью произнес он.

— Спасибо, — так же серьезно ответила Кристин.

Она насадила на вилку аппетитный кочашок и вдруг поняла, что не в состоянии даже думать о еде. Ей показалось, что, если Тим не обнимет и не поцелует ее прямо сейчас, она задохнется от сжигающей ее страсти, тронется умом или умрет от разрыва сердца.

Несколько мгновений Кристин смотрела на несчастную брокколи, размышляя, как ей быть.

Броситься ему на шею первой? — проносилось в ее мыслях. Но как Тим к этому отнесется? Или попытаться подавить в себе эту неуемную жажду любви?.. Хотя, кажется, это невозможно…

Они положили вилки и ножи на тарелки и повернулись друг к другу в одну и ту же секунду, как будто сговорились. Кристин мгновенно прочла в глазах Тима то же неодолимое желание слиться в поцелуе не медля ни секунды.

Стулья, на которых они сидели, были рядом — Тим умышленно поставил их так перед тем, как накрыть на стол. Поэтому преодолеть расстояние, разделяющее их губы, им удалось за считанные доли секунды.

Они целовались так долго и жадно, что Кристин потерялась в пространстве и времени. Она обнимала Тима за шею, гладила его грудь, плечи, с наслаждением теребила жесткие короткие волосы и, лишь вспомнив про рану, поняла, что своими пылкими ласками может причинить ему боль. Прервав поцелуй первой, она испуганно распахнула подернувшиеся туманной дымкой глаза и, тяжело дыша, прошептала:

— Прости… Я совсем забыла…

— О чем? — спросил Тим недоуменно, в мыслях, очевидно, все еще пребывая в мире нереального.

Кристин кивком указала на его плечо.

— Твоя рана… Я, наверное, сделала тебе больно…

Тим взглянул на свое плечо, будто не понимал, о чем идет речь. Затем, внезапно рассмеявшись, вновь притянул к себе Кристин. Они прижались друг к другу, щека к щеке.

— Глупенькая. Ты не можешь сделать мне больно, — исполненным абсолютного довольства голосом произнес Тим. — От твоего поцелуя, от твоих объятий и ласк я вообще забыл, что у меня что-то болело сегодня.

— Честно? — спросила Кристин.