Едва дыша
Шрифт:
Моё сердце бешено заколотилось. Он упоминал о наркотиках в его прошлом, но то, что мог бы убить за это, застало меня врасплох.
— Ты больше не тот парень, — сказала я. — У тебя сейчас собственный бизнес. Все мы делаем ошибки, Кейн.
Он горько усмехнулся.
— Это ещё не самое худшее, Вив.
— Тогда расскажи мне. Я хочу знать.
— Почему?
— Я хочу узнать тебя.
Кейн покачал головой, его глаза стали далёкими.
— Ты не захочешь больше.
Его холодная издевка над моими предыдущими словами заставила меня содрогнуться. Я выдержала его взгляд и ждала.
— Хорошо, — сказал он. — У меня есть дочь.
Я почувствовала, что мои глаза расширились от удивления. Этого я не ожидала.
— Дочь, с которой я никогда не виделся, — продолжил Кейн, — Ей девять. Живёт в часе езды, и я её даже никогда в глаза не видел. Я узнал, что от меня забеременела женщина, когда она приходила навестить меня в тюрьме. Было слишком поздно, чтобы сделать что-то лучше. Меня не было там, когда родилась моя дочь. Я никогда не держал её. Единственное, что для неё сделал — это купил ей один сраный подгузник. Разве бывают мужчины хуже меня?
Жёсткая ненависть сейчас в его глазах была для него самого в прошлом. Моё сердце болело за него. Я глубоко вдохнула и мягко заговорила:
— А что теперь? Как давно ты на свободе?
— Четыре года. Я выплатил все алименты на ребенка, которые должен был платить Кори, когда был в тюрьме. У меня тогда не было денег и способа заработать их. Сейчас я оплачиваю алименты и посылаю подарки своей дочери на день рождения и рождество. Я не имею права на большее. Кори растила её одна. Она ни хрена не должна мне. Скорее всего, она терпеть меня не может.
В шкафу у него на работе была сумочка. Моё сердце оборвалось, когда я поняла, для кого она предназначалась.
— Кори это...?
— Женщина, которая от меня забеременела. Мы трахались несколько раз, вот и всё. Ничего серьёзного. Но я должен ей гораздо больше, чем она получила.
— Как зовут твою дочь?
На его лице отразились разные эмоции.
— Бруклин.
Я глубоко вдохнула и выдохнула. Было холодно, поэтому я обняла себя, чтобы защититься от холода.
— Хорошо. Что ещё?
Кейн нахмурился, глядя на меня.
— Что ещё?
— Да. Ты попал в тюрьму за вооружённое ограбление, принимал наркотики... у тебя есть дочь. Что ещё?
— Ты что, на хрен, издеваешься? Этого недостаточно?
Я потёрла руками плечи вверх и вниз, чтобы согреться.
— Есть ли что-нибудь ещё?
Кейн выглядел сбитым с толку.
— Нет.
— Как давно ты употреблял наркотики?
— Десять лет назад. Последний раз был за день до того, как меня арестовали.
Я кивнула.
— Таким образом, ты чист, больше не планируешь грабить автозаправки
— Да.
— Я могу жить со всем этим.
Он нахмурился, словно изучая меня.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, если ты думал, что знание этих вещей отпугнёт меня, то это не так.
— Ты что, спятила?
— Все совершают ошибки.
— Ошибки? Бросить мать своего ребёнка и самого ребёнка — это больше, чем ошибка.
— Отказ от них можно понять. Ты был в тюрьме.
Он прижал ладони ко лбу.
— Это потому, что ты каждый день имеешь дело на работе с родителями-неплательщиками? Ты просто равнодушна к этому?
— Родитель-неплательщик — это тот, кто не помогает своему ребёнку. А ты помогаешь.
— Я никогда не видел её, — мужчина недоверчиво посмотрел на меня, как бы удивляясь тому, что до сих пор у меня в квартире.
— Ты должен что-то сделать с этим, — я потянулась за ворсистым одеялом, висящим на спинке моего дивана, и обернула его вокруг своих плеч.
Глаза Кейна удерживали мои, когда я подошла к нему и обернула руки вокруг его шеи, укрывая одеялом нас обоих.
— Я рада, что ты рассказал мне, — сказала я мягко.
Он испустил рваный вздох.
— Я просто никогда не думал... что ты всё ещё будешь хотеть меня. Ты такой хороший человек, Вив, — он обернул руки вокруг моей талии, и я улыбнулась.
— Ты тоже. Ты охраняешь свои хорошие качества, как секрет. Но я вижу их.
Кейн притянул меня к себе, его глаза переполняли эмоции. Моя грудь была прижата к его тёплой, твёрдой груди чуть ниже его сердца, где я увидела вытатуированную букву «Б».
— Для Бруклин? — прошептала я, обводя её кончиком пальца.
Он кивнул, и я встала на носочки, чтобы поцеловать его.
Поцелуй Кейна был горячим и жёстким. Настойчивым. Требующим. Огонь внутри меня вернулся к жизни, мы переплели наши руки и рты в отчаянной потребности. Забытое одеяло упало на пол. Он схватил горсть моих волос и потянул назад, обнажая мою шею для своего голодного рта. После недолгих попыток расстегнуть мой лифчик, мужчина пробормотал ругательства и потянул его сзади, до тех пор, пока тот с треском не разорвался.
Я тяжело задышала, когда Кейн обхватил мои голые груди, лизнув каждый сосок, он втянул один в рот и начал жёстко сосать.
Стон вырвался из моего рта, когда мужчина мягкими волосами бороды и тёплым, мокрым ртом сделал мои соски твёрдыми и невероятно чувствительными. Когда Кейн потянул один зубами, я впилась ногтями в его плечи и снова вскрикнула.
Я расстегнула кнопку на его джинсах и повозилась с молнией, обернув руку вокруг его пульсирующей эрекции, я стянула с него джинсы другой рукой.