Эдипов Комплекс
Шрифт:
– А где он живет?
– Я тут записала его адрес. Тебе дать телефон?
Лилечка задумалась, а потом ответила:
– Да! – она записала номер на календаре. – Я тебе позвоню. Пока не говори, что я здесь. – Она повесила трубку.
Лилечка внимательно посмотрела на Антона Михайловича, и улыбка, пробежавшая по его губам, показалась ей подозрительной. И тут, непонятно почему она спросила:
– А вы знакомы с Сергеем Петровичем? – она смотрела прямо в глаза Антону Михайловичу.
– Да. Он в нашем бизнесе и интересовался как-то вами. Я ему сказал, что вы за границей. – Он опустил глаза.
Самое
«Прошу вас не говорить Сергею Петровичу обо мне. Я не могу вам это запретить, но для успеха наших дел дальше прошу отнестись к моей просьбе серьезно».
Она вырвала листок и подала его Антону Михайловичу. Тот пробежал написанное и вернул листок Лиле Яковлевне. Она тут же разорвала его на мелкие кусочки и выбросила в корзину. Оба молчали, понимая значительность произошедшего. Антон Михайлович встал, но Лиля Яковлевна его остановила.
– Задержитесь, пожалуйста. У меня к вам конкретное предложение, – она оглянулась по сторонам , как бы ища кого-то, и, удостоверившись что они одни, сказала:
– Я думаю, надо обанкротить наше предприятие и подумать о будущем. – Она в голове просчитала, хватит ли ей денег. – Я вас прошу серьезно подумать об этом.
При этих словах Антон Михайлович почувствовал неловкость, и это отразилось на его лице выражением недоумения.
– Но зачем? – он не успел продолжить.
– Все вопросы отложим, и я вас прошу сделать так, как я вас просила. – Она имела в виду Сергея.
Антон Михайлович не был никогда человеком решительным, и сейчас испытывал неудобство от того, что ему сказала Лиля Яковлевна. Он понимал ее интерес в этом – она хотела избавиться от дальнейших потерь, но для него лично это все было невыгодно и он был неуверен , что надо так сложно решать этот вопрос.
А Лилечка хотела скупить сама все акции, когда их будут продавать акционеры, но это нужно было делать осторожно, чтобы никто не заподозрил подвоха. Она решила опередить события и все разговоры о надвигающемся банкротстве сделать заранее реальностью, и завтра же. У нее было все предусмотрено на черный день, и этот день, как она считала, настал. В одном иностранном банке она держала деньги, дававшие ей большой процент, и она должна будет их пустить в другое дело.
Всю процедуру банкротства на следующий день она обсудила с Антоном Михайловичем, который не знал о том, что Лиля Яковлевна сможет одна скупить все акции своего же обанкротившегося предприятия, и потом все начать снова. И в конце концов она окажется умнее объективных обстоятельств, и к моменту реального банкротства все имеющиеся у нее акции выгодно продать – она продаст свое предприятие и у нее появится возможность купить недвижимость и сдавать в аренду, или как-то по другому распорядиться деньгами, чтобы потом можно было дальше зарабатывать, но более надежным способом.
Однажды, когда она занималась проверкой документации, к ней в кабинет вошел молодой мужчина. Когда Лиля Яковлевна на него посмотрела, ей показалось, что перед ней стоит Андрей Степанович, но присмотревшись она поняла,
В последний раз они виделись, когда он шел к ним навстречу, и потом случилось ужасное. Лилечка в первый момент испугалась – она вспомнила больницу и первые ожидания, что скажет врач о здоровье Андрея Степановича, – но потом она пристально стала рассматривать Сергея, который вел себя так, как будто ничего плохого в их жизни не было Лиля молчала.
– Здравствуйте, Лиля Яковлевна, – сказал Сергей и ждал, когда Лилечка ему ответит.
– Здравствуйте, Сергей, проходите, садитесь, – когда Лилечка произносила эти слова, она почувствовала как волнуется. Но от чего? От неожиданности встречи, или от чего-то другого? Оба молчали.
Сергей был как призрак из Лилечкиной прошлой жизни, в красиво скроенном пиджаке темно-коричневого цвета. Лилечка не могла понять, как могло случиться, что так вот вдруг перед ней приличный человек, и он же Сергей, прошедший тюрьму и все ужасы человека без определенных занятий, пивший и покушавшийся на Андрея Степановича. Она не верила своим глазам и не знала, с чего начать разговор. Она считала, что даже если она с ним встретится, то все равно какие-то признаки прошлой жизни опустившегося в прошлом человека она обнаружит, но ничего подобного не было. Это был по-прежнему привлекательный мужчина для нее, и с годами он стал как будто еще лучше. Лилечка застеснялась этих своих мыслей, и сидела рассматривая этого нового-старого знакомого.
– Что случилось? – Этот непосредственный вопрос был обращен к новому Сергею, напомнившему ей ее прошлую жизнь и ее любовь, когда вот также хорошо и элегантно одевался ее первый муж Сергей, о котором она редко вспоминала.
Лилечка опустила глаза, испугавшись своего интереса к этому старому-новому знакомому. Сердце ее застучало как будто в висках. «Что это?» – подумала она, деля усилие не произнести лишнего слова, беря паузу, чтобы справиться с волнением.
– Здравствуйте Лилия Яковлевна, – уверенно сказал Сергей. – Как видите, все меняется самым неожиданным образом.
Он понимал, что впечатление Лилечки от него, когда он вышел из тюрьмы, и теперешнее плохо сочетались.
– Садитесь, – тихо сказала Лилечка. Она волновалась, и это не мог не заметить Сергей. Лиля по-прежнему ему нравилась. И цвет ее лица матово-розовый, и карие глаза с длинными ресницами, и даже то, что она не выглядела девчонкой, какой он ее знал раньше, это тоже ему нравилось. Он смотрел на ее лицо и вспоминал юность, далекую, невозвратимую Он по-прежнему относился к Лилечке с любовью, которая, не смотря ни на что, оставалась с ним все эти годы и согревала в трудные минуты. А ведь он был осужден, и она ему не помогла тогда избежать тюрьмы.
Лилечка никак не могла поверить своим глазам, что перед ней Сергей. Она думала про него все что угодно, только не то, что он с годами станет интереснее, а то что он вдруг всплывет с самого дна жизни, об этом даже речи не могло быть.
– Я пришел продать акции. Ведь мы банкроты? – Он внимательно смотрел на Лилечку и понимал, что это банкротство она затеяла сама. Но он знал, что он все сделает, что ею будет предложено. Он также знал, что хочет чего-то от нее, от себя, но чего конкретно, он не знал.