Эдипов Комплекс
Шрифт:
Лифт был сломан. Андрей Степанович поднялся до третьего этажа, где находилась квартира Лилечки, и остановился передохнуть. Достал ключи и открыл дверь. Постоял какое-то время и вошел.
Квартира Лилечки представляла собой типичное жилище среднего класса. Все было новое. Диваны и кресла в беспорядке были расставлены по всей квартире, новая мебель из массива вишни украшенная инкрустацией уютно разместилась на кухне, сверкая ручками и поражая гладкой блестящей поверхностью плиты, вся «техника» была спрятана за гладкими поверхностями «вишни», и по мановению руки все ящички и дверцы открывались сразу и бесшумно.
Андрей Степанович присел на диван и провалился, делая неловкие движения придать телу равновесие. Он не привык к таким упражнениям, когда колени находятся на уровне глаз. С небольшим усилием ему удалось вылезти из ямы дивана, и он сразу почувствовал облегчение. Он подошел к окну и выглянул во двор. Внизу детская площадка, машины разных расцветок стояли вряд, вдали деревья закрывали кронами дом напротив, скамейки стояли кругом в центре двора. Этот вид из окна его немного успокоил – он ему напомнил его двор, где он в детстве много проводил времени играя со сверстниками. Он подошел к телефону и набрал свой номер. Лилечка взяла трубку.
– Это я. Я от тебя. Скажи, что взять. Я думаю, что нужно вызвать грузовую и перевезти твой шкаф. Безделушки всякие сложу в сумку. Из посуды я захвачу что мне понравится. Ну как? – он ждал.
– Делай, что считаешь нужным. Захвати документы. Они лежат в шкатулке на бюро. И квитанции. Запиши показания счетчика. Ну вот и все, – Лилечка помолчала, и потом добавила. – А может быть не надо так спешить?
– Чем раньше мы это сделаем, тем лучше.
Андрей Степанович не сомневался, что поступает правильно. Он знал, что в таких ситуациях нельзя медлить и надо все решать сразу.
Из ящиков вещи пришлось вынуть и сложить в чемоданы. Это он все проделал как заправский специалист, как будто всю жизнь только этим и занимался. Через два часа грузчики втаскивали в его квартиру Лилечкин шкаф-купе по частям. Место для него нашлось как раз в спальне. Лилечка, раскладывая свои вещи по полкам, немного стеснялась того, что Андрею Степановичу пришлось их укладывать в чемоданы.
После всех этих перемен они сидели в гостиной и обсуждали случившееся.
– Теперь он тебя больше не увидит, – сказал Андрей Степанович.
– А я думаю, он будет меня разыскивать. Но это уже не важно, – тихо сказала Лилечка.
Андрей Степанович чувствовал себя помолодевшим на двадцать лет. Он увозит вещи любимой женщины, он ее спасает, он прикасается к вещам любимой женщины. Все вместе создавало у него ощущение молодости, когда все делается необдуманно и сразу, и не думаешь о последствиях. Это последнее было главным в теперешних обстоятельствах. Андрею Степановичу казалось, что это не он, а кто-то другой совершает все эти поступки. Он сам на себя удивлялся и думал, что он не он, а другой. И действительно, это был как будто другой человек, помолодевший, энергичный, веселый, как будто хмель любви ударил ему в голову, и он действовал и по своей воле, и по своему желанию.
Глава 13.
Так
Передвижение людей и предметов произошло, а что же происходило в душах наших героев? Главное, на что были направлены их силы, не сделать ошибки в словах, в движениях, в проявлениях, а они, как назло, сами собой случались, и чувство неловкости – этот главный спутник при непривычных обстоятельствах – мешало, сбивая с толку, и постоянно напоминало о том, что много предстоит еще пережить, чтобы от него избавиться окончательно.
Про себя Андрей Степанович отмечал, что вот, кажется, наступает относительное равновесие в его душе, которая последнее время с таким трудом отрывалась от привычного чувства любви к матери, о которой он вспоминал каждый день. Теперь часть энергии будет направлена на новые впечатления, которые смогут, наконец, вытеснить старые тяжелые впечатления последнего времени, и Андрей Степанович под влиянием обстоятельств окунался в обыденную жизнь с ее непременным правилом заниматься пустяками, бытом, обустройством. Они с Лилечкой как молодожены это делали, собирая чудо современной дизайнерской мысли – шкаф-купе.
– Почему шкаф так назвали? – спросил Лилечку Андрей Степанович.
– Наверное потому что дверцы раздвигаются в стороны, как в поезде, – ответила Лилечка и посмотрела на Андрея Степановича. Она была все это время так напряжена, что улыбка у нее получилась какая-то странная, немного жалкая, и Андрей Степанович подошел к ней, обнял за плечи и поцеловал.
– Я что-то устал, – сказал он грустно, и Лилечка приготовила ужин. Они сидели за этим огромным столом и молча ели, не испытывая неловкости от молчания. Впереди была ночь, и каждый думал о ней по-своему. Андрей Степанович вспоминал юность, а Лилечка испытывала какой-то страх в предощущении перемен, которые непременно должны были этой ночью произойти.
От природы Лилечка была очень женственной, что проявлялось в ее собственном к себе отношении как к женщине, которая должна нравиться. И она нравилась практически всем мужчинам, которым случалось с ней общаться, но сейчас она испытывала непонятное и несвойственное ей чувство страха перед Андреем Степановичем. Лилечка не знала, понравится она ему или нет. Сам Андрей Степанович не думал о том, нравится он Лилечке или нет – он знал, что влюблен, и это его окрыляло и делало уверенным, и поэтому он не спешил, наслаждаясь своим романтическим чувством к молодой женщине.
– Я помню как мама меня учила, что за столом нужно всегда сидеть прямо и не облокачиваться на локти, что это неприлично. И всегда мне в детстве и потом клала на колени салфетку, – тут он посмотрел на Лилечку.
– Это упрек? – неуверенно сказала она, встала и принесла две камчатные салфетки, белоснежные. Одну подала Андрею Степановичу, который спокойно продолжал есть, не замечая жеста Лилечки. Так они еще долго сидели за столом. Пили чай с печеньем, и Андрей Степанович вдруг ни с того ни с сего сказал: