Единственный
Шрифт:
Кто еще может смотреть на меня так, чтобы кожу щипало?!
Божена тоже смотрит. Даже присоединяется к нам. А я… кажется, сегодня окончательно и бесповоротно понимаю, что мы больше не подруги…
Я не смогу как раньше. Уже никогда.
Спустя два часа ноги гудят. Шум, движение вокруг — все смазанное, но если я и пьяна, то совсем чуть-чуть.
Вывод, к которому я пришла относительно Божены, откликается в душе пустотой. Я чувствую себя потерянной, одинокой, хоть и люди вокруг. Только сердце
В общей мешанине кроме меня на это никто не обращает внимания. Божена ушла в туалет, а парни за столом тонут в клубах кальянного дыма.
Сглотнув слюну с привкусом мятного ликера, беру с дивана сумочку и двигаюсь по залу вслед за гавайской рубашкой.
Она яркая, потерять ее из вида сложно.
Илья спускается на первый этаж и выходит на улицу. Я толкаю дверь вслед за ним спустя минуту. Когда выхожу, вижу, как парень моей подруги закуривает сигарету, стоя на крыльце клуба под козырьком крыши…
Глава 7
Дождь превратился в мелкую морось, и стало на порядок холоднее.
Несмотря на то что моя одежда просохла, холодный воздух пробирается под нее. Стелется по коже. Я обнимаю себя руками.
Илья оборачивается, поднося к губам сигарету. Видит меня и, сделав затяжку, выпускает дым вверх, откинув назад голову.
Обернувшись, я осматриваюсь.
Люди снуют туда-сюда. И дверь за моей спиной хлопает. Смех. Голоса. И никому нет ни до кого дела.
Когда вновь смотрю на Илью, он тушит сигарету об урну.
С… того… нашего дня мы и не разговаривали толком…
Я не говорила ему о своих чувствах. Может, я должна была сказать?! Может, во всем виновата недосказанность?
За спиной снова хлопает дверь, но я не реагирую. Не оборачиваюсь. Не хочу терять нить своей решительности. Не хочу думать дважды. Не хочу взвешивать, анализировать. Может, иногда просто нужно сделать то, что нужно?!
Скрипнув каблуками, я делаю медленные шаги.
Правда в том, что мне очень холодно. Еще немного — и зубы начнут стучать, вероятно, поэтому все происходящее видится особенно четким, несмотря на то что я все же пьяна. Все кажется настоящим. Каждая черта лица стоящего передо мной парня, каждое его движение.
— Привет, — произносит он хрипло.
Мы уже здоровались, но это приветствие сугубо личное между нами.
— Привет, — улыбнувшись, смотрю на носы своих босоножек.
— Как твои дела? — спрашивает Илья.
— Супер, а твои? — поднимаю на него глаза.
Он исследует взглядом мое лицо. Напрягает челюсть. Смотрит в глаза, не опуская свои ниже моего подбородка.
— Мои тоже, — отвечает. —
— А если я не хочу? — спрашиваю с вызовом.
— Яна…
Он запускает руки в волосы и смотрит в потолок козырька.
Слова выливаются из меня потоком. Сумбурным, ведь я не готовилась. Не знала, что хочу ему сказать еще каких-то два часа назад, а сейчас вываливаю все:
— Я… знаю, я тебе не написала потом. И не позвонила. Сглупила. Знаешь, не хотела навязываться. Я дура, да? Я… ты мне очень понравился. Я, может, даже влюбилась…
— Блядь… — бормочет.
— Илья…
— Слушай… — обрывает он меня. — Ты потрясающая. Я… честно, отлично провел с тобой время. Просто офигенно, Яна. Незабываемо. Но так вышло, что я теперь с Бо.
— Давай переиграем, — выпаливаю.
Он смотрит на меня тяжелым взглядом. Серьезным и вдумчивым. Спустя секунду говорит:
— Я думаю, нам обоим это не нужно.
Меня захлестывает эмоциями.
Горечью, которая копится в горле. И в то же время пониманием, что я… возможно, взглянула бы на него другими глазами, согласись он на мое отвратительное предложение. Но он не согласился, и от этого мои чувства к нему, кажется, только еще сильнее…
Сделав ко мне шаг, он касается ладонью моего плеча. Склонившись надо мной, заглядывает в глаза.
Я сглатываю. Крылья его носа раздуваются.
— Давай оставим все как есть, — говорит. — Дело не в тебе. Просто так сложилось…
Я не хочу спорить, разве я не сказала достаточно?!
Дверь хлопает. Голубые глаза Ильи быстро взлетают вверх. Он убирает руку так молниеносно, что я тоже оборачиваюсь.
Это Божена.
Ее взгляд мечется по нашим лицам. Глаза круглые и полные тревоги. Она переминается на каблуках, сияющая в своем платье. Складывает под грудью руки, и если надеется найти на моем лице стыд, то этого не будет!
— Вот вы где… — произносит хрипло.
Отвернувшись, я окончательно и бесповоротно перестаю ломать перед ней комедию. Мы больше не подруги. Никогда не будем!
— Да, — отвечает Илья. — Давайте внутрь, холодно, — говорит, обходя меня и направляясь к своей девушке.
Порывом ветра меня встряхивает с головы до ног, но даже тогда я не следую его совету. Не оборачиваюсь, не двигаюсь с места. Еще минуту, а потом переставляю ноги и безвольно прижимаюсь спиной к стене. Опустив лицо, прячу его в волосах. Зло утираю скатившуюся по щеке слезу, глядя на плитку крыльца под ногами.
Минуту, две, три.
В голове пустота. В ней было так много всего еще недавно, а теперь пусто. Ничего!