Единственная
Шрифт:
— Как же нас найдут? — испугалась я
В этот раз мне гораздо обходительнее, чем его товарищ, пояснил Джар:
— Ирс поможет. Обязательно. Ирс предназначен для местности, подобной Полярной. Этот прибор посылает коротковолновый сигнал. Уловить его можно, находясь поблизости. Придется подождать, пока поисковая группа доберется до нашего квадрата.
— Как повезет: могут через час подобрать, если точно траекторию падения капсул рассчитают, а могут — спустя несколько дней, — почти на позитиве добавил Илэр, сверкнув в мою сторону необычным «снежным» глазом.
Показалось,
Стало нестерпимо жарко, и я решила снять куртку и остаться в футболке. Но как раздеться с рюкзаком за спиной? Пришлось попросить:
— Джар, давайте на секундочку остановимся.
— Зачем? — спокойно отозвался он.
Оба мужчины замерли, с любопытством глядя на меня.
— Жарко в куртке, хочу снять и в рюкзак положить.
Я быстро сняла рюкзак и вжикнула молнией вдоль полочек куртки. Потом торопливо развязала палантин на шее и вместе с курткой, сложив валиками, затолкала в рюкзак. Сунула руки в лямки и заодно проверила, не промокла ли футболка от пота, еще и принюхалась, а то вдруг пахну плохо. Убедившись, что одежда в порядке, подняла глаза на спутников и оторопела: зрачки-снежинки у обоих расширились настолько, что чернота почти затопила глаза; ноздри жадно раздувались, вдыхая мой запах. Никаких сомнений — мужчины в возбужденном состоянии неотрывно, потрясенно таращились на мою грудь!
Я осмотрела скромную черную футболку с коротким рукавом, свободную, с вырезом, открывающим шею, и бюст не слишком обтягивающую. Хотя моя упругая округлая грудь все равно выпирала и похудела не особенно. Подняв глаза на чересчур засмотревшихся на меня мужчин, испуганно спросила:
— Что-то не так? У вас неприлично носить подобную одежду? Или…
Наконец, Джар неохотно оторвал взгляд от моей груди и, прокашлявшись, задал неожиданный вопрос:
— У всех женщин Земли большая грудь?
Теперь я вытаращилась на рантов, попав в тупик. Потом, чувствуя, как краснею от стыда, хрипло уточнила:
— А у ваших женщин нет груди? У меня средний размер, такой у многих землянок. И гораздо больше есть.
Ответил Илэр, потому что Джар явно не успел подобрать слова:
— Есть, конечно. Просто грудь раза в два меньше. Даже у женщин с большим размером.
Неужели у них самый большой — это наш «А»? Они поголовно плоские? Я невольно перекинула волосы на грудь, прикрываясь, а то ранты пялились на меня, как на выдающийся экспонат на выставке неформального искусства. И расстроенно вздохнула:
— Значит, я ужасно выгляжу, по вашим меркам?
Джар лишь махнул рукой, словно отметая мое предположение, а Илэр не скромничал:
— Наоборот. Слишком… привлекательно. Так горячо, даже ран болит.
Услышав про ран от пристально разглядывающего
— Меня же никто не тронет? Лучше я оденусь.
И начала снимать рюкзак, но Джар осторожно придержал мою руку своей бронированной:
— Перегреешься! Не бойся. Ты под моей опекой. — Не удержался и снова посмотрел на мою грудь, яростно вдохнул, а потом добавил, отводя взгляд: — У рантан грудь небольшая, а у лешек немного поменьше твоей. Не беспокойся, никого особенно не удивишь, но внимание, Илэр прав, привлечешь однозначно.
— Вы уже который раз упоминаете лешек, они похожи на… нас? Совместимы с вами? — осторожно спросила я, решив сменить скользкую тему на более безопасную.
— Нам надо идти дальше, — резко отозвался Джар, подхватив меня под локоть и вынуждая двигаться.
А вот Илэр, озадаченно покосившись на товарища, решил ответить:
— Внешне похожи, но у них серого цвета кожа и волосы. Из-за этого городские квадраты, где лешки проживают, называют серыми. У нас с ними полное взаимопонимание и взаимодействие. Специфический симбиоз. Они наравне с рантами занимают ведущие должности или рабочие места. Физически мы совместимы частично. Но лешки другие. И потомства от них не получить. Лишь удовольствие…
— Только после этого удовольствия дня три ты — как труп или пустая оболочка, — проворчал Джар; видимо, из личного опыта знает.
— В каком смысле частично совместимы? — любопытствовала я на радостях, что не только меня расспрашивают, но и сами рассказывают о своем мироустройстве.
Снова ответил Илэр, бросив на меня провокационный взгляд:
— Скажем так, технически мы совместимы, чтобы получить обоюдное физическое удовольствие при слиянии. Но в процессе у рантов мужчин участвует только та-ран, а ран спит. Запах и физиология лешек не подходит рантам. И общее потомство мы иметь не можем.
— Потомство завести невозможно, запах не устраивает, три дня как трупы — зачем вам тогда подобные связи? — недоумевала я.
За разговорами мы добрались до большой каменной преграды, которая уступами уходила вверх по плато.
— У нас нарушен баланс: женщин рождается меньше, чем мужчин. Женщины лешки по-своему хороши, невероятно чувственны и всегда готовы к сексуальному контакту с рантом, — поделился Илэр.
Я даже споткнулась. Сделала несколько шагов и переспросила:
— Всегда? На добровольной основе?
— Лешки необычные. Помимо физической еды, им необходимы эмоции для питания. И чем острее и ярче эмоции, тем более сытые, красивые и молодые лешки. Поэтому они всегда готовы разделить желание одиноких рантов и питаются нашими эмоциями во время секса. Омолаживаются и добавляют себе сил и позитивной энергетики.
— Но после секса вы как трупы? — удивилась я.
— Да. За все приходится платить, за удовольствие побыть с женщиной — особенно, — резко ответил Илэр.
— Из-за хм-м... большой груди меня примут за доступную и желающую зарядиться и омолодиться лешку? — стараясь выдержать ровный тон, не выказать своего негативного отношения к чужому обычаю, уточнила я.