Единственная

Тихнер Шерон

— С ребенком все нормально. Франческа уже вызвала нужные службы.

Ребенка скоро заберут, — говорил Жозен, а в глазах была нескрываемая грусть.

— Что с девушкой? Она жива? — требовала ответа я. На лице Зака была такая боль. Его аж передернуло от моих слов. Жозен тоже смотрел в пол. А Франческа замерла на месте с тарелкой

в руках. Такого напряжения в этой семье я еще никогда не видела.

— Говорите! Что с ней? — закричала я.

— Она жива, но больше не человек! — со вселенской болью в голосе произнес Жозен. Больше ничего не надо было. Все было и так понятно.

— Теперь она вампир? — спросила я, уже зная ответ. Все трое одновременно кивнули.