Единственная, кто его слышит...
Шрифт:
– Так и будешь молчать? – вдруг раздалось над моим ухом.
Я дернулась и, схватив Элис за руку, быстро пошла в столовую.
– Ну, – не унималась она.
– Я забыла, – проще промолчать, чем признать правду.
Как только мы уселись за столик, прозвенел звонок, и столовая медленно но уверенно стала наполняться учениками.
– Черт, Джаспер, – простонала Элис и, обернувшись, я увидела Эмма и Джаса, которые шли по направлению к нам. Но тут Уитлок резко остановился и, что-то сказав Эмметту, похлопал его по плечу и ушел в противоположную сторону.
–
– И что мы ему скажем? – заволновалась я. – И, вообще, я никак не могу понять, что случилось на поле. Почему доска, а затем и маркер вылетели? – шептала я, в этот момент как раз подошел Эдвард и сразу улыбнулся, будто извинялся. – Успокоился? – спросила я, глядя на него.
– Да, – глубоко вдохнул он, закрыв при этом глаза, и встал в позу, будто медитировал, от чего я удивленно, еле сдерживая смех, изогнула брови. – Что? – приоткрыв один глаз, спросил он. – Стараюсь найти баланс в своей душе, – отпарировал он и снова глубоко вздохнул.
– Сообщишь, как только появятся успехи в столь бесполезном занятии, – засмеялась я.
– Слушай, Белла, а подобного до этого не было? Ну, ничего странного не происходило, когда Эдвард был рядом? – подавшись к центру круглого столика, спросил Эмметт.
Я задумалась, может, что-то и было.
– Да, – выпалил Эдвард, я мгновенно взглянула на него.
– Ты о чем? – не поняла я.
– Помнишь, я рассказывал о реакции своего тела в больнице, когда я был зол, в панике, растерянности…
– Но ведь ты не швырялся тогда предметами, – съязвила я. – Просто тело реагировало на эмоциональность твоей души, – указав на него рукой, сказала я.
– А можем мы услышать обе части диалога? – сказала Элис, выпучив глаза.
– Лампа, – выпалил Эдвард. – В первый раз в больнице, у меня только усилился пульс. Второй раз был у тебя в доме и, если ты забыла, именно в момент моей злости начал мигать свет, а потом и вовсе вырубился во всем доме. А теперь и предметы летают, и мне кажется это не совпадение, – склонился Эдвард, говоря мне это в лицо, будто все было очевидно, а мы, как полные идиоты закрывали на это глаза.
Его слова снова заставили погрузиться меня в мысли.
Что если это так. Логично считать это правдой. Не может быть столько совпадений. Да и доска с маркером точно вылетели…
– Эй? – защелкал пальцами Эмм перед моим лицом.
– Но как? – не понимая, посмотрела я на Эдварда. – Как такое вообще возможно?
– Понятия не имею, но ведь, и я не должен здесь находиться, – ткнул он себе в грудь рукой. – И мне кажется, что это скорее мысленное… Я ведь не касался ни доски, ни маркера! Я просто подумал, что ты… – осекся он. – Я хотел сам взять доску и нарисовать схему, но получилось, что она просто выскочила из твоих рук. Это точно сделал я!
– Похоже, что это так, – пробормотала я. – Но меня пугает то, что ты становишься сильнее духовно. Что если… по мере того, как крепнет твоя душа, тело
Я действительно боялась, что Эдвард может умереть, и я больше никогда не смогу поговорить с ним или хотя бы просто заглянуть в его глаза.
От моих слов Эдвард только и смог сделать громкий выдох, сцепив пальцы рук за головой.
– Все это так запутано и не понятно, – пробормотал он.
– Белла, черт возьми! – пискнула раздраженно Элис. – Что? О чем вы говорите? Что значит, Эдвард не вернется? – испуганно говорила она.
– Успокойся, это только мысли.
Я пересказала Элис и Эмму все, о чем мы только что говорили, и оба откинулись на спинки стульев, с задумчивыми лицами.
– Минутку, – выпалила Элис, достав телефон из сумки и набирая номер. Мы с интересом наблюдали за ее действиями. – Пап, – выпалила она, когда ей ответили на звонок. – Все отлично, – улыбнулась она. – Как Эдвард? – сменившись в тоне и потускнев во взгляде, спросила она. – Серьезно? – удивилась она и многозначительно уставилась на меня и Эмметта. – Я надеюсь на это, – пробормотала она. – Я заеду сегодня. Пока, пап, целую, – нежно сказала она и сбросила вызов. – У него снова подскочил пульс, – радостно выпалила она.
– Вот видишь, опять! – сказал Эдвард.
– Что же это все может значить? – я устало улеглась на столешницу. – У меня скоро голова взорвется от этого!
И тут справа раздался непонятный шум.
Все, не сговариваясь, обернулись в сторону.
Рик Стивенс – законченный ботаник, споткнулся прямо возле стола, за которым сидели Розали и Джаспер, и упал, опрокинув при этом свой поднос с едой.
Но, что странно, блондинка даже не обратила на это внимания и продолжала со злобой ковырялась в тарелке с салатом, а вот группа поддержки и остальная часть футбольной команды, сидевшая за соседними столиками, дружно засмеялись.
Хейл и Уитлок о чем-то разговаривали, и тут Роуз швырнула вилку на стол и вскочила со стула, от чего все внимание мгновенно перешло на нее. Казалось, что ее совсем не волнует то, что на нее сейчас пялится добрая часть школьников, при этом, не стесняясь перешептываясь и показывая на нее пальцем.
– Почему она себя так странно ведет сегодня? – с досадой спросила Элис, наблюдая за подругой.
– Наверное, из-за меня, – промямлил Эмметт, отвернувшись от столика, за которым мы наблюдали. – Но я пока не готов с ней говорить хоть о чем-то.
– Я… я должна… – нерешительно говорила Элис, смотря на блондинку, которая расстроено взглянула в нашу сторону и тут же отвела взгляд, плюхнувшись на стул.
Во мне почему-то проснулось невероятное чувство жалости к Хейл. Она сейчас совсем одна. Поссорилась с Элис, Эмметтом, а из-за этого, похоже, вот-вот останется и без поддержки Джаспера.
– Иди, – обратилась я к Элис. – Ты ее подруга, и, кажется, нужна ей.
– Но Вы… Эд…
– Эдвард никуда не денется, иди, – я легонько сжала ее ладонь и, казалось, мелкая чуть расслабилась.