Единороги будут!

Смирнова Ирина

— Что ж, я тоже немного пацифистка, — хмыкнув, я продолжила уточнять, что джины успели рассказать: — А о том, что король вражеского государства рассчитывает на помощь драконов для узурпирования власти?

Тут Аркат рассмеялся, громко, расплескивая вокруг себя огонь и дым. М-да, веселить такое опасно для жизни… Аплодисменты достанутся клоуну уже посмертно.

— Нет, этого мне не рассказывали.

— А, вообще, как вы собираетесь спасать Истейлию… если, вообще, собираетесь это делать?

Я тут же мысленно сама похихикала над своей наивностью. Решила же уже, что передо мной движение, а не движитель.

— Когда нас будят всех одновременно, мы улавливаем желания всех жрецов, они должны совпадать и сходиться

в центральном источнике — главной жрице. Осознав и прочувствовав единую общую идею, мы объединяемся с элементалями, связанными с источником памяти и разума мира, и получаем от них информацию о том, как правильнее решить проблему.

Фраза была довольно умной, так что из разряда совсем безнадежного я приподняла Арката на пару уровней вверх. Значит, все дело в волшебных пузырьках… то есть в элементалях. То есть в предках джинов? Ведь это они, развоплощаясь, вступают в это чудесное общество. Правда, джины — огонь и воздух. А вода и земля тогда кто? И вообще, оно мне надо?! Любопытно, конечно…

— А один вы не сможете связаться?..

— Информация будет неполной — со мной будут говорить только элементали огня.

Нет, не такой уж Аркат болван, как вначале показалось. Просто самомнение зашкаливает, и думать не любит. Вот точно — гном, только дракон.

— Хорошо, так что насчет короля-то?!

И я вкратце озвучила, что от нас потребовали, и что за это готовы были дать.

— Контроль за порталами и сетка от джинов драконам не помеха, — ну вот, снова высокомерие в голосе и готовность идти сразу на Истейлию, не раздумывая и не анализируя. Есть цель — вперед, прямым путем, через горы и океаны. — А когда проснутся остальные, мы решим, что нашим мирам выгоднее. Восстановить один из них или уничтожить полностью, сжечь врага или изменить власть в его стране.

Рикиши уже давно прислушивался к нашему разговору, благо больших усилий это не требовалось, — голос у дракона был мощный. На последнем предложении он очень зло сверкнул глазами на Арката, но промолчал. В отличие от Ярима, подскочившего и энергично высказавшего общую мысль:

— Что значит «уничтожить полностью»? Эй, и смысл тогда вас будить был?!

— Драконы думают в первую очередь о мирах, а не о низших, населяющих их. Здоровой жизни в больном мире не получится, значит, нужно будет его очистить, вылечить и потом заселить снова. Несколько миллиардов полных циклов, и ваша Истейлия снова будет прекрасна…

И тут дракон захохотал, глядя на Ярима, потерявшего от возмущения дар речи. Я едва успела увернуться от струи пламени в мою сторону.

— Низшие всегда так обижаются, узнав, что не они центр мира, а сам мир… Но даже богам придется исчезнуть, если мы решим, что очищение — единственное правильное решение вашей проблемы. Так что смиритесь.

Судя по недоброму взгляду Рикиши, тот сейчас обдумывает вариант, как усыпить дракона обратно. А вот Ярим, явно, выбирает, чем удобнее оглушить монстра, чтобы тот отключился еще лет на пятьсот.

В такой момент довольно неудобно влезать с вопросом, который ты уже и так задавала раз десять, а его постоянно игнорируют. Только, в отличие от остальных, я впадать в панику не собиралась. Да, хорошо, что нам озвучили самый печальный вариант развития событий. Но у нас же останутся еще два мира, и, вообще, глупо впадать в панику заранее. Нет, я понимаю Рики, — он ведь даже больше, чем я, рассчитывал скинуть решение с Истейлией на драконов, расслабиться и ждать, когда его страна восстановится из пепла. Ну, и о мести Яхолии мечтал, я уверена. А тут выяснилось, что придется ждать миллиарды полных циклов до процветания. Ну, подождем в Джиннистане — не бросят нас близнецы, в конце концов.

Позитивнее надо мыслить, позитивнее… А то сейчас сяду под деревом и зарыдаю с тоски.

— Прежде чем мы разбудим всех остальных драконов, и вы начнете совещаться с элементалями,

нам надо понять — стоит ли заключать договор с королем Яхолии, и что именно мы можем ему обещать, а что — потребовать взамен.

Глава 20

Дракон изобразил что-то очень похожее на пожимание плечами:

— Если смена власти пойдет на благо мира, я помогу вашему королю, но если это просто очередные дрязги между низшими, то пусть сами разбираются. — Не знаю почему, но, посмотрев на меня, Аркат неожиданно снизошел до объяснений. — Когда между собой дерутся два муравейника, ты полезешь выяснять, кто из муравьев прав, или будешь оценивать их битву с точки зрения пользы для твоей земли? — Я испуганно моргнула, помотала головой и потом энергично закивала. Было очень странно услышать от дракона, в качестве примера, упоминание даже не о животных, а о насекомых. — Смотри, муравьи защищают растения от гусениц, личинок мух, слизней, паутинных клещей. Улучшают почву, делая землю более рыхлой, гораздо лучше, чем дождевые черви. Улучшают содержание почвы, делая ее более питательной для растений. Одна сплошная польза вроде? — Дракон хитро прищурился, поглядывая на меня. Но, даже будучи насквозь городским жителем, я подозревала, что нет там сплошной пользы. — Обычно муравьев съедают птицы, не давая им сильно размножаться. Но если птицы не справляются, то твоя земля окажется в опасности, — муравьи будут грызть сладкие плоды и корни, разводить тлю, чтобы пить ее молоко, прогрызать ходы в деревьях, убивая их этим… Так что в какой-то момент тебе придется самой позаботиться о сокращении их числа и решить, какой муравейник оставить, а какой уничтожить. Как ты будешь делать выбор? — Я задумалась, а Аркат довольно фыркнул: — Это была любимая загадка для низших у моей сестры, Силанны. Она раньше так часто ее им загадывала, что я запомнил почти дословно.

И тут на меня снизошло какое-то странное облегчение со смесью разочарования. Пока дракон вещал о муравейниках, он производил впечатление философствующего мудреца. Я прямо даже сначала напряглась, что не разглядела такой умище, ошиблась. И единственное, что настораживало, — пример был взят не из своей стихии. Эльфийский такой пример, не гномий. И вот, пожалуйста, оказывается, это он просто сестру цитирует.

— Наверное, проанализирую расположения муравейников, так как, по чему-то еще, выводы делать сложно, если у меня нет знакомых среди муравьев.

Аркат задумался и почесал морду лапой.

— Да, так тоже можно, — выдал он, наконец. — Хотя обычно отвечали, что уничтожат тот, который проще, или тот, который больше.

— Но чтобы понять, какой проще, как раз и надо проанализировать…

— Да понял я. Говорю же, и так, как ты сказала, можно, — отмахнулся от меня дракон. — Вот и я должен проанализировать и подумать, какой муравейник уничтожать. Может, для мира выгоднее спалить твоего короля и забыть.

— Он не мой! Он как раз король того мира, который напал на Истейлию, — заканчивала я фразу почти шепотом, потому как на середине стало страшно, — вдруг этот монстр решит спалить всю Яхолию? Погибнут невинные люди… Сотни, тысячи ни в чем не повинных людей!

А на Истейлии сейчас уже почти никого не осталось, если я правильно понимаю, кроме солдат яхольской армии. Правда, и их тоже жалко, как ни странно, — ведь конкретно эти даже не участвовали в войне, просто выполняют приказ своего правительства.

Дракон, прищурившись, уставился на меня, как на душевнобольную. Потом повернулся к джинам:

— Речь идет не о вражеском государстве, а о вражеском мире? Том самом?

Ормид нервно дернул плечами, Сохрэб кивнул и сочувствующе взглянул на меня.