Единороги будут!
Шрифт:
— Не уверен, — Рикиши оторвался от кресла и заинтересованно посмотрел на меня. — Но можно попробовать…
Однако нам не удалось осуществить ни один из наших планов, хотя мы умудрились придумать еще парочку, пока дождались возвращения Нибраса с Лотанариэ. Почти сразу за ними, как почувствовав, на пороге появился Клим в компании невысокой девушки, одетой примерно так же, как Синьагил, и, на контрасте, очень вычурно разряженного юноши в белом с золотом. Семейное сходство с Лотой и Виньямаром было на лицо, к тому же его подчеркивал
— Знакомьтесь, Лаирасул и Гэллаис, — представил Клим своих спутников. Хорошо, что после выходки с ножом для фруктов, мы все слегка увеличили уровень паранойи, поэтому Нибрас пресек резкое движение Лотанариэ в сторону брата, Клим оттолкнул парня с девушкой в сторону, Бхинатар подскочил ко мне… А Рикиши, до этого спокойно сидевший у окна в кресле, за секунду скрутил Лоту и прижал ее к столу лицом.
— Маска у тебя? — поинтересовался он у Нибраса.
— Да, — кивнул тот немного растерянно. Очевидно, подобное обращение с женщинами его немного шокировало.
Завернув чересчур буйной эльфийке руки за спину, Рикиши перевязал их ее же кушаком от платья и буквально швырнул девушку в кресло.
— Отдохните, леди, вам полезно!
После чего повернулся к Климу:
— Твои новые знакомые в курсе нашей проблемы?
— Да, и готовы нам помочь ее решить.
— В обмен на что? — цинично поинтересовалась я, наблюдая за злющей Лотанариэ. Нам всем очень повезло, что ее тело уже было достаточно истощено инкубом. А вот ее сила воли вызывала во мне уважение — несмотря на излучаемое Нибрасом очарование, она оказалась способна отметить появление брата и даже сделать выводы о том, зачем он здесь, и что это ей невыгодно. Сильная девушка, и очень жаль, что она не на нашей стороне. Вот Лаирасул совершенно меня не впечатлил, возможно, из-за подбородка с ямочкой и пухлых девичьих губ бантиком. Его подружка мне явно нравилась больше — не такая откровенная красавица, как дочери Виньямара, зато взгляд прямой и честный.
— Договор со всеми расами, участвующими в миссии, о ненападение и сотрудничестве, а также о помощи и защите, пока наш род не освоится на Истейлии, — озвучил условия Лаирасул.
— О взаимном ненападение и сотрудничестве и о взаимной помощи и защите, верно? — уточнила я, стараясь не улыбаться, глядя как вытягивается лицо парня. Наверное, он ожидал что мы все замрем в благоговейном экстазе от того, что нам предоставляется уникальная возможность — оберегать род эльфов. — Как представительница дроу, я не возражаю. Думаю, остальные тоже не будут против.
Мы, конечно, в безвыходной ситуации и зависим от этой парочки, но лучше договориться взаимовыгодно, а не захапать себе гору плюшек, пользуясь случаем. Договора — штука такая, даже магические при желание обойти можно, если правильно составить.
— Нам бы хотелось услышать их самих, — тихо, но настойчиво проговорила девушка, игнорируя своего застывшего напарника. — Мы готовы в течение всей миссии подчиняться вам, как Верховной Жрице, но договариваться будем с представителем каждой расы лично.
— Конечно! — я пожала
Рики, понимающе, кивнул. Меня снова начало клонить в сон, и голова абсолютно отказывалась соображать. Хотелось свернуться в клубочек в кресле и заснуть. Я бы подремала, пока мужчины клепали документы буквально на коленке и салфетке, если бы не Лотанариэ, физически обессиленная до черных кругов под глазами, но при этом поглядывающая на нас так злобно, что у меня внутри все обмирало.
Потом текст неоднократно правили, обсуждали что-то с эльфами, даже ругались, по-моему… Наконец, мне подсунули две красивые бумажки, с магически выведенным текстом. Едва удержалась от соблазна подписать, не читая. Но все равно, чтобы вникнуть в смысл, пришлось перечитывать несколько раз и то, не уверена, что сумела уловить все тонкости. Однако Рикиши я доверяла.
Вслед за мной Шакрасис подписался за всех нагов, Ярим — за гномов и свирфнеблинов, Джиди — за троллей, Клим — за кентавров и единорогов.
— Ну вот, чем богаты… — я протянула Лаирасулу межрасовый договор о защите и помощи. — Теперь ваша очередь.
Эльф, едва поморщившись, подписался под договором со мной, как с Верховной Жрицей. Его девушка попыталась увильнуть, но я настояла:
— Вы же собираетесь путешествовать вместе с нами, значит, подписывайте.
— Я правильно понял, что с остальными жрецами у вас заключен какой-то другой договор? Раз вы не достали уже заготовленный шаблон, а сели его придумывать?
Что ж, может, у Лаирасула и обманчиво смазливое личико с пухлыми губками, но соображает мальчик очень даже неплохо.
— Да, с остальными у меня договор на крови, — подтвердила я.
Эти двое тут же переглянулись и забились в угол, о чем-то активно перешептываясь. Наконец, парень вновь подошел к нам и объявил:
— Я тоже хочу такой же. Он более надежен.
Тут уже пришла наша пора переглядываться, только обсуждать смысла не было — и так все ясно.
— Право стать нам всем кровным братом надо заслужить, сам понимаешь.
Лаирасул поджал свои пухлые губы, но возражать не стал.
— Собирайтесь, до заката осталось не более часа. Мы выведем вас из леса, как только стемнеет.
— А что будем делать с Лотанариэ? — поинтересовалась я, больше у своих мужчин, чем у родственника девушки.
Нибрас пожал плечами. Шакрасис с усмешкой махнул рукой в сторону озера, Чхар его поддержал, сделав выразительный жест большим пальцем по шее. Бхинатар кивнул, соглашаясь, что правильнее было бы уничтожить лишних свидетелей. Судя по тому, как Рикиши скучающе поглядывал в сторону озера, он тоже был за устранение.
Ярим и Джиди воздержались, Клим тоже предпочел помалкивать, так что я осталась в меньшинстве. Но мне действительно было жаль убивать девушку — красивая, сильная, умная. К тому же меня очень восхитило ее настойчивое нежелание показывать нам тайную тропу, потому что это ставило под угрозу жизнь эльфов.