Эдельвейс
Шрифт:
– Аника, теперь вальс. – Вежливо подал руку Дэниэль и повел в центр зала.
Танцевать с ним было огромным удовольствием. Он вел меня, не давая споткнуться или упасть от быстрых движений. Взгляд ледяных, синих глаз прожигал. А я, по правилам, не могла смотреть на партнера, только в сторону. Холодные прикосновения вызывали бурю мурашек и эмоций. Когда он прикасался, вся моя ревность, злость исчезали, оставляя пьянящую всепоглощающую любовь.
Когда мы в очередной раз репетировали вальс, вошла Анжелика. И мой любимый взгляд синих глаз слащаво стал рассматривать стерву. Ну я, как бы нечаянно, наступила десятисантиметровой шпилькой на его
– Прости, – едко бросила я. Он понял мою реакцию и, наклонившись, прошептал:
– Твоя сестра обворожительна. – Сказать, что я разозлилась – ничего не сказать. Я так ударила его в грудь, что он отлетел в стену, при этом сбив «обворожительный предмет».
На следующий день Джессика мне прислала знаменитого модельера всех вампиров Аделию. Мы с ней ничего даже по телефону не обговаривали: ни размера, ни цвета, ни фасона – а она все учла. Интересно, как?
Перемеряли тридцать четыре платья. Потратили все утро и полдня. Все платья были восхитительными. Все мне жутко нравились. В итоге выбрали два самых красивых и дорогих. Одно платье на один вечер бала, другое – на второй вечер. Почему бал был два дня никто толком объяснить не смог. Первое платье изумрудного цвета, подчеркивающего мои глаза. Полностью кружевной просвечивающийся корсет, длинные кружевные рукава, открытая спина, оголяющая ямочки на пояснице; юбка была выполнена из плотного шелка и тянулась шлейфом. Второе платье было голубого оттенка, оттенка моих любимых холодных глаз. Без бретелей, корсет расшит нежными сапфирами, перед шифоновой юбки короткий, а сзади тянулся шлейф.
Аделии я выписала чек и указала номер кредитки Дэниэля. Раз «милым» девушкам чаевые раздавал, так вот пускай «прекрасной, как кроваво- красная роза» Жрице оплатит платья. Распрощавшись с модельером, собралась спуститься вниз и посмотреть, как украсили дом к балу. Выходя из комнаты, наткнулась на монстра, почти врезалась.
– Привет, Аника. – Холодный взгляд прошелся по мне.
– Привет. – Я обошла его и, остановившись, как ни в чем не бывало, обронила:
– Я там Аделии выписала чек с твоей кредитки, – голубые глаза сразу заблестели. – Так что не забудь пополнить счет, а то будет неудобно. – И спокойно, еле сдерживая смех от его шокированного вида, направилась к лестнице.
Сделала пару шагов и меня окрикнули:
– Аника! – рык ничего приятного не обещал.
– Да, – я повернулась и уткнулась в него.
Он пристально разглядывал меня. Ожидаемого злого вампира не увидела. Эти нежные холодные глаза пленили. Он подался вперед и запустил руку в мои волосы. Нагнулся и втянул воздух. От прикосновения тело и сознание таяло. Не хотелось, чтоб он отходил от меня ни на шаг. Он заглянул в глаза и поцеловал меня. Поцелуй был таким нежным и пьянящим, что забыла о своем обещании себе не поддаваться ему. Его руки крепко прижали меня к себе. Я невольно забросила руки на шею. Из нежного поцелуй стал страстным, а губы – требующими и властными. Одной рукой придавил меня к стене и на секунду взглянул в помутневшие глаза. Мой мозг вместе с рассудком требовали его. Я потянула за ворот рубашки, и он, ухмыльнувшись, стал прокладывать поцелуями дорожку от виска к шее. Мое тело выгибалось, как змея, и поддавалось его движениям. С губ сорвался хриплый стон.
– Кхм...
– кто- то прокашлялся. – Не помешала?
Я мгновенно открыла глаза и увидела улыбающуюся Джессику. Если б умела краснеть, то уже была б переспелым помидором. Стало ужасно стыдно.
–
Ноги дрожали не то от страстного поцелуя, не то от стыда.
– Я за тобой. – Она пожала плечами. – Пойдем, посмотришь, как у нас получилось.
Слова застряли где- то в глотке. Мозг с рассудком до сих пор упивался поцелуем и не возвращался к действительности. Поэтому выдавила из себя только:
– Пойдем, – и поравнялась с Джессикой.
Дом просто не узнать. Вокруг море цветов, в основном розы, но также были и лилии, и орхидеи, и ирисы, и гладиолусы. Цветы были абсолютно везде, даже перила лестницы были украшены ими. Огромный зал весь сиял, мраморный белый пол был начищен до блеска. Привезли различные статуи ангелов, животных, сцен из вампирской истории. Но особо выделялись четыре самые большие статуи: фигура ягуара впереди, справа – фигура орла, слева – фигура волка, а по центру – эдельвейс. Они символизировали его охрану и целостность всех вампиров. Обустроили и подготовили комнаты отдыха для гостей, ведь впереди два дня бала. Хотя вряд ли кто- то захочет спать. На кухне полный дурдом. Двадцать поваров суетились, как пчелы. Это ж сколько будет вампиров, что столько поваров?!
– Джессика, а сколько будет гостей?
– В прошлый раз было триста, учитывая два Ордена. Сейчас будет намного больше.
– Ясно. – А в уме прикинула, сколько времени у меня уйдет, если каждый захочет со мной познакомиться лично.
Мы вышли во двор, который сразу то и не узнала. Все кусты были пострижены в различные фигурки. Цветов на клумбе стало намного больше. На всех дорожках установили декоративные светильники. И самое классное – поставили два фонтана. Мысленно я уже прикидывала, кто первый будет в них купаться.
Обойдя весь двор и дом со всех сторон, мы направились в кабинет к Севастьяну. Папа с Эдуардом уже были там. Я уселась на диване и взяла бокал с кровью. Джессика сразу оказалась в объятиях мужа. Они были такими счастливыми, я им даже немного завидовала. Через несколько минут подтянулись Елисей, братья близнецы, которых я научилась отличать. У Пита была маленькая родинка на правом виске, а у Мариуса ее не было. В остальном они были одинаковы: и голос, и характер, и повадки. В общем мне родинки было достаточно.
Теперь ждали только Дэниэля и Анжелику. Я уже начала думать, что они опять вместе, но сразу прогнала удручающую мысль. Он меня же поцеловал, значит... Мне даже не дали возможности закончить мысль. Дверь отворилась и вошли они. Вместе! Дэниэль держал ее за талию. Казалось, что мой взгляд сейчас пристрелит его к чертовой матери. Но нет. Монстр улыбнулся и спокойно сел рядом. Его близость сейчас не радовала. Вел себя так, будто в коридоре он меня не целовал. Такой прикольный! А ты дура поддалась ему. Себе же обещала и не сдержала. Мысленно одаривала себя прекрасными словами.
– Все в сборе, – подытожил Севастьян. – Завтра важный день. Завтра Жрица предстанет перед всеми. – И ласково посмотрел на меня. От улыбки стало теплее.
– Аника, ты помнишь, что нужно делать?
– Вести себя, как Жрица, – скороговоркой, передразнивая голос Анжелики, ответила я. Все заулыбались.
– После приветственного слова я тебя представлю. Представлю твоих защитников. А потом ты скажешь свое слово.
– Мне надо произносить речь? – мое обалдевшее выражение лица вызвало ухмылку у Дэниэля.