Е.Н. Отт и Ехидна
Шрифт:
В этой истории порядочных нет, и не ей надевать белые перчатки. Она тоже виновата, хотя и меньше всех. Наверстывать придется…
— Ты не знаешь, где сейчас Евгений?
— Нет.
— И что с ним?
— Тоже не знаю, — Лариса показала руку. — На крови поклясться?
Яна посмотрела внимательно. Нет, Лариса не блефовала, она поклянется. И кстати, она не солгала бы, просто Яна неправильно сформулировала свои вопросы. Этого Лариса и правда не знает. А про превращение у нее никто не спрашивал.
Да и Евгений
— Не надо. Я никому о тебе не скажу, слово даю. Но постарайся удержать Марину от глупостей.
— Тебе это не удалось.
— А я и не ведьма.
Прощание получилось чуточку скомканным. Литта Яна уехала, а Лариса стояла в дверях дома, провожая знакомую, и чувствовала, как от ужаса пережитого у нее начинают дрожать пальцы. И было отчего. Один неверный вопрос, одно неловкое движение…
Если бы Яна ее заподозрила, то и выдала бы ищейкам. И тогда — смерть.
Да-да, за то, что Лариса сделала, ее просто казнят. Пощады не будет, ведьма поняла, что они с Маркусом и Мариной теперь все в одной лодке. Она не сможет доказать, что ее обманули. Что она повелась на слезы внучки, как маленькая…
Кто поверит ведьме?
То-то и оно. А что Маркус будет лгать и топить их обеих, лишь бы выгородить себя, ведьма не сомневалась.
Да, судя по тому, что рассказала ей Яна, у Ларисы есть только один выход.
Дождаться рождения ребенка, а потом… если он от Маркуса, будет проще. Никто не скажет, что Марина хотела получить какую-то выгоду от гибели Евгения.
А вот если ребенок от Евгения…
Ведьма найдет его отца по родственной крови даже в другом мире. И пусть покоится с миром.
Литта Яна ехала домой в плохом настроении.
Что с Евгением — она не знает.
Где он — тоже.
Лариса на него черных чар не наводила, убить не пыталась, не проклинала. И опять — не лгала.
Формально, заклинание выявления истинного облика не несет вреда и не считается проклятьем. Кто ж тебе виноват, если ты в душе индюк? Так, к примеру?
Зато у Евгения дома теперь кошмар и ужас. Литта Беатриче никуда не уйдет… и может это и неплохо. Она не даст Марине спуску… правда, Марина беременна, и скорее всего, от Евгения.
Для ребенка это плохо.
Но!
Для Евгения намного хуже будет если его обяжут жениться на Марине. И для Марины, кстати, тоже. Насмотрелась литта Яна на такие браки, в них всем сторонам плохо. Лучше уж до такого не доводить.
А если Марина прочно поселится в доме Евгения, обживется…
Она этим не воспользуется?
Да еще как! И постарается женить мальчика на себе. Любым способом.
Нет уж!
Пусть лучше выберет Маркуса. И кстати, если Беатриче положит глаз на Маркуса Отта, будет интересно. А она может положить, еще как! После такого долгого
Да, слугам придется нелегко, но литта Яна сейчас заедет и поощрит Петера крупной суммой, пусть дворецкий поделит ее между слугами. И потерпит.
Розыск уже начат.
Евгений жив и обязательно вернется домой. Ну и наведет порядок.
Кстати, и для сплетников так лучше будет. То ли одна, то ли вторая, то ли ребенок, то ли три ребенка — сами все придумают, Яна еще и удивляться будет богатству человеческой фантазии.
Если бы она не чувствовала себя такой виноватой, она бы построила разговор иначе. Если бы…
Но…
Себе можно твердить сколько угодно, что Евгений выбрал сам. Что Марина выбрала сама. Что Яна не могла хватать их за руки и орать дурным голосом. А все равно неприятно.
И… своей внучке она бы такой судьбы не хотела.
Ох и заварила ж кашу молодежь! А кому расхлебывать? А всем достанется!
Россия
Нина Ивановна заявилась в гости на следующий же день. Едва Сониного ухода на работу дождалась.
— Ну, привет, хвостатый. Собирайся, гулять пойдем.
— Куда? — привычно набрал в планшете Евгений. С когтями было сложновато, но Нина Ивановна поняла, и скрывать ничего не стала.
— К знакомой моей пойдем. Повезло тебе, Женька, я думала, ехать к ней придется, или ее уговаривать в гости приехать, ан нет! Везунчик ты, каких поискать, не придется нам месяц ждать! Внучка у Машки поступает, ну бабка с ней и приехала, посмотреть, что да как. Опять же, лекарств прикупить, не все заговорами заменить можно. Антибиотики, к примеру, или вакцину от бешенства.
Евгений ловко стянул с вешалки в прихожей свою шлейку. И выпрямился, чтобы удобнее было ее застегнуть.
— Машина вчера — твоя работа? Можешь не отвечать, вижу по довольной морде, что твоя. Так вот. Вылетел этот придурок из арки, да на хорошей скорости — и в другую машину влепился. Повезло — сам не убился, никого не убил, так что думай в следующий раз, что делаешь.
— Кррррр? — удивился Евгений.
А что такого? Ну, убился бы. Пользы было б намного больше, наследство для Марты, к примеру?
— Это понятно. Но другим-то зачем страдать? Хотя машина там… он в «Газель» влепился со всей дури, а та опрокинулась, у водителя сотрясение мозга, груз попорчен, а груз тот принадлежит одной очень склочной компании, так что платить Сенечке мно-ого придется. Покрутится еще, как уж на сковородке, побегает!
— Крррр.
— Конечно, хорошо, — под этот разговор Нина Ивановна и из дома уже вышла, и дверь закрыла, — он хоть Соньку в покое оставит ненадолго.
— Кррррр?
Ненадолго? Урок надо повторить?