Е.Н. Отт и Ехидна
Шрифт:
— Еще какие варианты есть?
— Не знаю… ты его хочешь себе оставить?
— Инна, я правда пока не знаю, как поступить. А если его выкинули?
— Тогда ты ничем не рискуешь.
— А если он сбежал? Со зверофермы?
— у нас такие есть?
— Есть, — Соня полистала странички в телефоне. — Вот, смотри, думаешь, енотовые шубы и воротники делают из зверушек, которые от старости умерли?
Инна поморщилась.
— М-да…
— А есть еще развод. Если он племенной, к примеру.
— А он не кастрированный?
—
— Зря. Он же тебе полквартиры загадить может. Вот, смотри, — теперь странички в телефоне листала уже Инна. — Они могут все открыть, везде залезть, все перегрызть…
Соня только глазами захлопала. Как-то она не подозревала таких талантов в еноте.
— А… он бы уже тогда все сделал что хотел. Я же его на ночь не закрывала.
— И он не перегрыз все провода разом? Никуда не влез? Ничего не рассыпал? Не… — Инна с большим интересом просматривала в интернете ролик с енотом.
— Нет…
— А он точно не дохлый? И не больной?
— Нет…
— Значит, чей-то и дрессированный.
Соня вздохнула.
— Ладно. Схожу к участковому, пусть примет заявление.
— Если енот еще не разобрал на части весь дом.
— Я уходила, и все стояло.
— А ты ему хоть туалет поставила? Хоть какой?
— Н-нет…
— Ну и будешь убирать за ним. Это ж не кошка, не собака, они терпеть не могут, где приспичило, там и нагадит.
— Кажется, я дура.
— Если тебе так кажется, то тебе так не кажется.
— Тьфу на тебя.
Над дверью звякнул колокольчик. К Соне пришел первый клиент.
Евгений прошелся по квартире.
Раз, второй… ага, книги! Размечтался, наивный енот! Может, устный местный ты и понимаешь, а вот читать не можешь. Картинки оставались картинками, буквы — непонятными червячками.
Что такое компьютер и телевизор Евгений не знал, так что и не полез к ним.
Оставалось выйти на лоджию и смотреть в окно. Лоджия открывалась из гостиной, то есть из маленькой комнаты, и шла дальше по стене панельки, выход на нее был еще и из кухни.
Евгений легко открыл ручку ловкими енотовыми руками, осмотрел свои пальцы, и решил, что вполне. Могло быть и хуже, окажись он, к примеру, ослом. Копытами ручку не покрутишь, и даже за ухом себя не почешешь, копытами-то.
Евгений смотрел сверху вниз на улицу, слушал людей, вдыхал запахи большого города.
Скучно ему не было. Но… это точно не Рамира. А где это и что это? Ну хоть какие бы привязки?
Как и все аристократы, он знал о множественности миров. Так что же? Творец может устроить вселенную, как ему нравится, а люди не всегда могут осознать его замысел. Это нормально. Но…
А дальше-то ему как?
Ему надо домой возвращаться. А если тут…
Евгений развернулся с балкона, и отправился обратно на кресло. Так… задача-максимум: вернуться домой. Человеком и оторвать
Это много. Потому задача-минимум. По ступенькам.
Ему надо остаться в этом доме. Здесь кормят и достаточно безопасно, на улице, судя по тому, что он видит сверху, он может и не выжить. Да и искать себе еду по помойкам неприятно, разум-то человеческий. И сомнения одолевают — если здесь наоборот, есть хищники, которые едят енотов? Лучше не рисковать.
Итак, у него есть крыша над головой и еда. Это надо не потерять. Это первое.
Ему надо выучить местную письменность и ознакомиться с историей. Это второе.
Ему надо найти местных магов или ведьм. И договориться. Это третье.
Сколько времени может занять эта задача?
Хорошо бы уже завтра отправиться домой, но вряд ли получится. Если в месяц он уложится, будет замечательно. Енот ведь не может говорить, а ведьме или колдуну надо будет еще объяснить, что произошло. Соответственно, если сказать он не сможет, то написать — вполне. Но для этого надо выполнить пункт второй своего плана.
Итак, местный язык, письменность, потом окрестности, выживание…
Пожалуй, ему повезло с этой женщиной. Со-ня…
Ладно, она не в его вкусе. Но когда Евгений отправится домой, он найдет способ ее отблагодарить. Отт никогда не были неблагодарным быдлом!
Да, и поставить себе это тоже в план. Узнать, что здесь сколько стоит. А то поди, договорись с кем-то, если даже и цен не представляешь?
Ничего! Е. Н. Отт работы и дома не боялся, и здесь справится.
Рамира.
Лариса В. Никс, она же страшная ведьма, с которой и столкнулся Евгений Н. Отт, чувствовала себя отлично. Она готовила завтрак. Сегодня ведьме захотелось оладушек с яблоками, и она, мурлыкая под нос какую-то веселенькую мелодию, натирала фрукты в тесто.
Глядя со стороны, никто бы и не подумал, что эта милая старушка — ведьма. Халатик с цветочками, растрепанные седые волосы, беззаботная улыбка, светлая аккуратная кухонька… нет-нет!
Никаких лапок жабы и глаз летучей мыши!
Не надо путать кухню с лабораторией, а то результат никому не понравится. Лаборатория у ведьмы была, как и положено, в пристройке, в подвале. Мало ли что рванет? Хотя бы дом уцелеет.
А кухня у нее светленькая, в беззаботных розовых тонах и с ромашками. Нравились ведьме эти цветочки, вот нравились — и все тут. Даже фартучек на ней был с ромашками.
Воспоминания о вчерашнем ей тоже настроения не портили.
Евгений Отт?
Ну и что?
Вот ЧТО она такого сделала, если задуматься?
Ни-че-го.
Ведьмовство, понятно, наказуемо, но только в том случае, если поймают и докажут. А тут еще и Маринкина беременность, и отказ этого самого Евгения от ребенка, и его жестокие слова.