Э(П)РОН-6

Быченин Александр Павлович

Здравый смысл подсказывал, что ровным счётом ничего. Нужно просто ждать. Кумо прогнозировал отключение энергоснабжения примерно на четверть часа, пока накопители не подзарядятся до необходимого минимума, и системы станции не начнут перезагружаться одна за другой в порядке важности для жизнедеятельности экипажа. Последнее означало, что сначала активируются вентиляция и воздухоподача, потом освещение, а затем и гравитация вернётся. Что ж, придётся проверить теорию практикой, ага…

В принципе, так и вышло, за исключением того, что свет и сила тяжести появились одновременно.

Я даже не успел порадоваться вновь обретённому зрению — зажмурился от яркого свечения, и тут же сверзился на пол. Да ещё и крайне неудачно, пятой точкой на ковровое покрытие, а ногами на диван. Ну и затылком приложился прилично. Зато слух тоже вернулся: удар я не только ощутил всем телом, но и услышал. Полежал немного, приходя в себя, потом осторожно перекатился и не менее осторожно поднялся на ноги. Сделал пару шагов, но разницы с обычным состоянием не почувствовал — гравигенератор функционировал штатно. Плюс, судя по отсутствию характерного мигания системы оповещения, встроенной в осветительные приборы, с воздухом в отеле всё было в порядке.

Немного поколебавшись, я разгерметизировал шейный стык и стянул с головы шлем, моментально убедившись, что насчёт атмосферы не ошибся. Небрежно бросил шлем на кресло, уверенно протопал к стене, скрывавшей в своих недрах встроенную медиасистему, и пришлёпнул содранный с шеи «нейр» к беспроводной зарядке, радовавшей взор зелёным индикатором готовности. Что-то мне подсказывало, что до паники дело не дошло, но обстановка всё же достаточно сложная, чтобы сломя голову бросаться мне на помощь. Почему так решил? Да потому что иначе в дверь бы уже ломились. В любом случае, следовало как можно быстрей выйти на связь с Дерриком или хотя бы Владом — только эти двое могли додуматься устроить кипишь ради моей очень важной персоны. Тот же Степаныч куда спокойней, да и к пустой панике не склонен.

«Нейру» хватило пары минут, чтобы восстановить уровень заряда до приемлемого, после чего он перешёл в режим бесконтактной подпитки, упокоившись на законном месте, то бишь у меня под ухом. На загрузку системы ушло буквально несколько секунд, и вскоре я уже созерцал привычную «дополненную реальность», попутно допрашивая «мини-гекса»:

— Кумо?

— Да, капитан Заварзин?

— Что это было?

— В целом, сэр? — уточнил тот. — Я думаю, успешная попытка.

— Это понятно, — отмахнулся я. — Почему скафандр вырубился? И «нейр»? Куда утекла энергия?

— Я точно не знаю, сэр… я отключился вместе с «нейром». Но из того, что я успел увидеть… мне кажется, энергию из ваших накопителей… высосали.

— Кто высосал?! — опешил я. А потом меня осенило: — Чёрт! Так вот кого видели люди с той колумбайновской станции! Так они все эти годы были живы?! И сидели взаперти?!

— «Они», сэр?

— Ты прекрасно понял, о ком я! Да и хрен знает, как их называть! Подпространственники? Тьфу, язык сломаешь! Те, что с той стороны? А! Вот: потусторонники!

— Вывод очевиден, капитан Заварзин.

— Так, стоп! То есть «артефакт» разрядился, и вокруг Картахены образовалась «сфера» с изменённым пространством?

— Скорее всего,

сэр. Я должен просмотреть записи с камер, но серверы системы наблюдения ещё полностью не прогрузились. Нужно немного подождать. И я не уверен, что камеры не были обесточены тем же способом, что и ваш скафандр.

— То есть ты думаешь, что это побочный эффект от «выброса» иного пространства?

— Не исключаю такой возможности.

— Не, скорее это лично мне повезло — нарвался на потусторонника. Он энергию и вытянул… в попытке отгородиться от нашего континуума! М-мать! Получается, мы их всех… убили?..

— Это вас заботит, сэр?

— Ещё как! И печалит, и напрягает, и совесть мучает! А вдруг я теперь причина конфликта… даже не двух миров, а двух Вселенных?!

— Не в обиду будь сказано, сэр, но вы слишком высокого о себе мнения. Если конфликт и разгорится, то уж точно не из-за экипажа «артефакта» с Картахены. Эти потери слишком ничтожны на общем фоне.

— Не скажи, — хмыкнул я. — История хумансов знает множество примеров, когда бойни разгорались из-за одного человека. Хотя… ты, пожалуй, прав. Я если и стану, то не причиной, а всего лишь формальным поводом.

— Вас это расстраивает, сэр?

— Скорее, уязвляет самолюбие… чёрт, забыл совсем! Вызывай Деррика!

— Процесс активирован, сэр.

— Алекс? — ровно с той долей озабоченности, что я и ожидал, буркнул Дэвид, как только развернулось его «окошко» связи. — С тобой всё в порядке?

— Вроде бы.

— А что, есть сомнения?

— Руки-ноги в комплекте, голова на месте, дышать могу! — браво отрапортовал я. — Вот насчёт мыслительной деятельности не уверен!

— Зато я уверен, — усмехнулся Деррик. — Шутки шутит, значит, в норме. Ладно, не отвлекай меня.

— Всё настолько серьёзно?

— Нет, на первый взгляд ущерб даже меньше, чем мы прогнозировали. Но это в целом. А вот каждый отдельно выделенный инцидент куда серьёзней, чем ожидалось.

— Хм… а конкретней?

— Некогда. Пусть Кумо подключится к серверу СБ, туда стекается вся оперативная информация, в том числе от медиков. Если я сейчас начну перечислять хотя бы самые вопиющие случаи, боюсь, у меня начнётся депрессия с истерикой.

— Хорошо, сам разберусь. А что… снаружи?

— Понятия не имею, Алекс.

— Э-э-?..

— Это твоя забота! — отрезал Деррик. — Разруливай сам. Связи с внешним миром нет, мы отрезаны. От себя могу только сказать, что станция не развалилась на куски, и даже не разгерметизировалась, как можно было ожидать… но жертвы есть, и значительные!

— «Трущобы»?

— В основном.

— Ладно, не буду больше отвлекать, мистер Деррик…

Ну вот, отключился, не дослушав! С одной стороны, вроде бы неуважение. С другой — наилучшая иллюстрация серьёзности проблемы. Ну, Дэвиду не привыкать разгребать текучку, космическая станция на то и космическая станция, здесь если день без инцидента прошёл, то это уже повод для праздника. Техногенные катастрофы разного масштаба неизменные спутники бытия на закрытом космическом объекте. Объективная реальность, так сказать.