Э 7
Шрифт:
— Что они здесь делают? — коротко спросил я, сжав кулак.
— Спокойно, хлопец. Спокойно. — повернувшись ко мне поднял руки Пал-Палыч. — Они все пришли чтобы поговорить. И ты, надеюсь, тоже. Послушаем что они скажут, и может сами предложим… решение.
— Очень сомневаюсь, что с ними можно будет договориться. — мрачно проговорил я, уже сжимая в руке пока не до конца материализовавшийся кинжал.
Сборище за столом было более чем колоритным. Каждого представителя по две особи, я даже людьми их назвать не мог. Похожи мы были разве что с точки зрения насекомых — почти все, такие
Шерсть волколаков свисала длинными спутанными сосульками. В свете светильников их глаза чуть заметно поблескивали изумрудно-зеленым, но волки держались ниже травы, прижимая лапы к животу и чуть не выворачивая шеи, показывая незащищённое горло соседям. Заметив симметричные бугры под шерстью, я понял, что передо мной самки. Странно, не помню, чтобы я встречал женские особи во время сражений.
Рядом с ними сидели знакомые «дети» — бледнокожие мелкие уродцы. Не смотря на серо-коричневые одеяния с глубокими капюшонами, лица они почти не скрывали, так что были видны и красные белки глаз, и вставленные в нос украшения, делающие их больше похожими на птиц с острыми клювами. И если Тали с натяжкой можно было назвать хоббитом, то этих — только гоблинами.
Следующими оказались коренастые низкорослые бородачи. Вернее один бородач — он стоял позади восседавшей женщины, с тугими косами. И проблема была в том, что мы с ней узнали друг друга. Это она отдавала приказы во время штурма СВР, и под ее началом сражался Яндор. Правительница уцелевшего клана?
Пал-Палыч, указавший место в начале для Вестников, провел меня до середины стола, и жестом указал поставить еще один стул. После чего сел сам — оказавшись в самом центре. За его спиной тут же встал шершень убийца, в жвала которого мог бы поместиться любой из подземников или гоблинов.
По другую руку сидели те, кого с натяжкой можно было назвать людьми. Рядом — величественно, и даже гордо, сидела молодая девушка, от которой так и веяло силой. Только благодаря золотым чешуйкам на ее щеках я опознал в ней представительницу рода драконов, а позади нее стояла фигура в плаще с низко опущенным капюшоном.
Следующих я едва опознал по выпирающим под кожей клыкам. Вампиры? Вполне может быть, по крайней мере у меня они вызывали именно такие ассоциации. Если здесь двое представителей их рода, значит у нас вполне может разгореться конфликт. Все же я прикончил их временного главу.
Замыкал круг уверенно держащийся мужчина в характерной «милитари» одежде. Явно гражданский, человек и… и скорее всего одаренный. Иначе он не мог бы в такой компании появиться. Несмотря на расслабленную позу, которой он показывал, что чувствует себя более чем уверенно, во взгляде читалось беспокойство. Позади него, единственного, стояло больше одного «человека» я видел семерых в плащах, и легко уловил скрестившиеся на мне взгляды.
Узнали. И учитывая компанию, черт знает к добру это или к худу.
— Господа, госпожи, приветствую всех вас еще раз. — чуть поклонившись произнес пчеловод. — Учитывая, что многие друг с другом не знакомы, прежде чем начать, я хотел бы попросить представить всех за этим столом. И начну со Старшей Вирмы
— Я рада что вы все приняли мое приглашение. — встав заявила девушка, и я понял, что она чуть ниже меня ростом. Но даже так, ощущение властности и силы шло от нее волнами, заставляя опускать взгляд и кланяться. С трудом сдержав давление я посмотрел ей прямо в глаза, и лицо драконихи едва заметно дернулось. Пал-Палыч попробовал встать и представить следующего, но женщина не собиралась садиться обратно.
— Сегодняшняя встреча — результат цепи событий, которую невозможно было предусмотреть. И нельзя сказать, что для нас этот результат плох. — проговорила Вирма, проиграв мне в гляделки и обведя наконец взглядом остальных. — Голод повержен, и у нас впервые с начала времен есть шанс избавиться от власти Тысячи.
— Зачем? Чтобы подчиниться власти драконов? — с вызовом спросила глава подземников. — Вы ничем их не лучше, еще и жрете своих слуг.
— Это клевета. — зло бросила Вирма, подавшись вперед, и у нее изо рта вырвался язык пламени. — Извинись, или от вас не останется даже пепла.
— Что и требовалось доказать. — фыркнул сидящий напротив гоблин-полурослик. — Здесь собралось три рода Старших и у каждого из нас есть права на этот архипелаг!
— Не после того, как ваш глава пропал. — показывая клыки в улыбке проговорила Вирма. — Это же касается крововсосов. Вы потеряли право голоса.
— Тогда что мы тут делаем?! — вскочил со стула бледный недомерок.
— Прошу, успокойтесь! Мы, как самые младшие из Старших, считаем, что только вместе мы можем надеяться на победу. — попробовал возразить Пал-Палыч, и я с удивлением взглянул на мужчину, это когда они успели? Почувствовав мое недоумение, пчеловод чуть кивнул, показывая, что расскажет все позже. — Не стоит делить власть на архипелаге, пока мы не сумели доказать тысяче что можем отстоять на него право. А для этого — нужно объединиться и работать сообща.
— Как ваши шершни? — спросил гоблин, и когда Пал-Палыч уверенно кивнул, рассмеялся показывая острые зубы. — Достопочтенная Вирма, этот младший сравнил гордых драконов с насекомыми и указал ваше место.
— Я не это имел ввиду. — попробовал возразить пчеловод.
— Не видитесь на мелкие провокации корма. — усмехнулась дракониха подняв ладонь, хотя было видно, как ее зрачки опасно сузились. — Вас только что назвали не Старшим, а Младшим. Это прямое оскорбление, которое смывается только кровью. Да только Вестники сейчас сами — младшие.
— Мы заслужили свое место в совете! — снова вскинулся гоблин.
— Раньше, да. До того, как вся ваша верхушка просто исчезла, вместе со своими семьями. — насмешливо произнесла Вирма. — Теперь у вас нет даже первой полусотни. Сколько у вас одаренных пятью божественных милостей? Ни одного? Четырех? Ну хорошо — трех? Так кто из нас ничтожное насекомое, а тварь?
Дракониха подалась вперед, и гоблин не выдержал, отвернувшись. После чего женщина, рассмеявшись откинулась на спинку кресла, но я видел, как чешуя, начавшая преобразовывать ее руку от ногтей, дошла почти до локтя. И только через минуту трансформация откатилась обратно.