Э 6
Шрифт:
— Значит это все-таки была ты, тварь. — прорычал я, и мне понадобилось несколько вздохов, чтобы сдержаться и не броситься вперед. Пока мы в поле нейтрализатора им придется сражаться с нами на равных. Враги это прекрасно понимали, и несмотря на полное превосходство в вооружении и обмундировании, не спешили.
— Чего вы ждете? Их же голыми руками взять можно! — крикнул Магистр, не желающий ждать. Сейчас его разрывало от противоречий, я видел, как меняются его эмоции. На это мы тоже рассчитывали. Очень-очень. Вот только… ни где не было видно последнего. Если я верну рассуждаю, Мыслитель, последний
— Слава, освободи меня. — попросила Ольга, сидящая между нами и охотниками. — Я не хочу так больше. Я этих тварей голыми руками прикончу, особенно эту шалаву.
— Извини, но нет. — коротко ответил я, старательно всматриваясь в горизонт. Черт, где же сигнал? Время уже на исходе. Если Борис не поторопится нас тут и в самом деле в мелкую соломку порубят. Что-то мне подсказывает что все противники обладают выдающимися способностями к рукопашному бою, а их оружие наши бронежилеты даже не заметит.
— Тебя все бросили, бедняжка. — усмехнулась Алоэн. — Ты не нужна ни старому хозяину, ни новому. Так может ты уже умрешь и перестанешь портить своим дыханием воздух?
— Лучше я прикончу тебя, стерва. — проговорила Ольга, поднимаясь и гремя цепями. Я напрягся, весь план мог пойти под хвост из-за одной сумбурной выходки.
— Назад, пусть они войдут в поле, тогда мы сразимся с ними на равных! — громко сказал я, и весь отряд отодвинулся к краю крыши, освобождая площадку метров семи в диаметре. Народ достал кто что мог, в основном — ножи и мачете. Все же современная война не подразумевала рукопашных схваток. Как и наш план. Но, судя по всему, его уже придется менять на лету. Если прямо сейчас Борис не вмешается…
— Ну же! — демонстративно улыбаясь махнул рукой Магистр. — Заканчивайте с ними.
— Да, пора. — кивнул я, с облегчением видя поднимающуюся сигнальную ракету. — Прыгаем!
— Что? — не поняв что происходит Магистр подался вперед, но мы уже летели с крыши, а в следующее мгновение наверху раздался оглушительный взрыв.
Глава 22
Словно в замедленной съемке я видел, как верхние этажи разлетаются на мелкие осколки. Бетонные плиты, балки и перекрытия, будто брошенные гигантской рукой кубики лего, сыпались с небес. И самое отвратительное — получив импульс от взрыва, некоторые из них нас догоняли, и мы оказались зажаты между бетонным молотом и асфальтом.
— Держаться! — заорал Михаил, притягивая к себе ближайших бойцов, отобранной у Зевса телепатией. Я наконец ощутил вернувшиеся силы и за пару прыжков собрал всех в кучу, а когда до земли оставалось всего несколько метров, открыл портал и тут же схлопнул его, стоило группе очутиться по другую сторону.
В результате бетонное крошево обрушилось на то место, где мы должны были упасть, и для стороннего наблюдателя все мы немедленно погибли, похороненные под грудой обломков. Пока враг разберется, что к чему, у нас появится пара секунд, чтобы прийти в себя и сгруппироваться. А главное — мы будем готовы.
— Где мы? — спросил Красный, оглядываясь по сторонам. — Твою мать, лепестки.
— Да, минное поле. — не стал спорить я. — Единственная
— Ратник на связи. — с явным усилием проговорил Борис. — Пробивайтесь на юг, это слева от тебя. Три дома, пятый этаж. Встретимся там через тридцать минут. В переговоры не вступать… тяжелые, зараза… Все, они идут.
Борис с явным облегчением выдохнул, а потом громыхнуло еще раз. Каждый снаряд полковой артиллерии весил под сотню кило, и мне пришлось создавать, а затем связывать общей сетью десяток индивидуальных хранилищ, включая мое просто для того, чтобы эта дура влезла в пространственный карман. Несколько тонн стали, и еще почти полтонны боеприпасов. И все это ради трех выстрелов.
Огненный шар фугасного снаряда ПВО на несколько мгновений осветил небо, и я заметил мчавшуюся черную точку, которую отбросило вниз. Попал, не прямо, но с учетом величины самого Магистра, удаления, инерции снаряда и того, что он вообще то не самонаводящийся и Боре еще приходится выставлять упреждение и таймер взрыва на колпачке.
То, что он попал — это просто чудо. Даже с учетом дара предвиденья. А ведь Ратник не просто сражается с Магистром, он еще и нам безопасный коридор показал. К тому же такой, чтобы мы могли сразиться с оставшейся группой охотников. Не воспользоваться таким подарком, значит гарантированно проиграть.
— Держитесь ближе. Красный, прихвати Ольгу. — скомандовал я, ощущая легкость передвижения. Теперь я без затрат энергии могу закинуть любого на сотню метров. — Пошумим?
— Что ты собираешься делать? — нахмурился Михаил, на всякий случай накрывший нас всех щитом.
— Отвлекающий маневр. — проговорил я, касаясь бетонной плиты, валяющейся рядом. Мгновение, и она уже падает в нужном нам месте, активируя сразу с десяток заложенных мин и одновременно создав островок безопасности. А в следующую секунду я отправил следующий булыжник в противоположную сторону. В тридцати метрах от нас.
Пришлось напрячься, и потратить чутка силы, но последний кусок я закинул чуть дальше — около ста метров, и тоже в противоположную нашему пункту назначения сторону. Таким образом я рассчитывал разделить группу врагов на две части, и выиграть нам время. Хотя-бы немного. Даже пять минут, в нашем положении, могут быть решающими.
— Миша, ты первый, с плиты не сходить. — скомандовал я, и дождавшись пока Михаил кивнет, отправил его на островок безопасности. Выждал секунду и телепортировал к нему, одного за другим всех остальных, а потом прыгнул сам. Как раз за секунду, до того, как над нашими головами прогремел новый взрыв. Невольно присев, я оглянулся и увидел в гаснущем пламени падающую фигуру.
— Все, отлетался магистр. — довольно усмехнулся я. — Первая жизнь минус. Вопрос только сколько они готовы поставить на кон. Идем.
Спорить никто не стал. Все понимали — охотники, все до одного, одаренные. А значит их максимальный запас — три жизни. Это даже если у них нет каких-то специфичных артефактов, о которых не знала Ольга. Бывшая, как ее назвал Магистр, подробно рассказала обо всем что знала. И не потому, что мы взяли ее в плен, давили при допросах или напичкали опиатами. Просто она сама знала — Магистр больше не человек.