Джунгли
Шрифт:
– Об этом не беспокойся. Ты выдал только мое имя и название – которое, кстати, редко появляется на свесе кормы. Не скажи ты им, кто я, китайское правительство не заключило бы соглашение о переправке нас в Пекин и Эдди не нашел бы способа вызволить нас. Ты непреднамеренно спас нам жизнь.
Лицо Лоулесса выражало сомнение.
– Серьезно, – продолжал Кабрильо. – Мы сейчас находились бы в китайской тюрьме, ожидая пожизненного приговора, если бы ты не сказал Тану то, что сказал. Если считаешь, что следует стыдиться того, что сломался, я могу это понять, но согласись:
Макд шмыгнул носом, чтобы прочистить горло.
– Я понимаю. И спасибо. Я не думал с такой точки зрения. Похоже, я второй раз спас тебе жизнь. – Он попытался улыбнуться, но не смог.
Хуан не сомневался, что Лоулесс окрепнет, и осознавал, что, взяв его к себе, совершил самый разумный за долгое время поступок.
– Отдыхай. Сейчас мы ищем Линду, и через несколько дней это будет просто историей, которую станем пересказывать друг другу за выпивкой.
– Что? Постой. Вы ищете Линду?
– У каждого оперативника Корпорации вживлен в бедро чип системы слежения. Он действует биометрически и может быть виден со спутников. Сейчас мы держим курс на Бруней. Последний раз чип сигналил оттуда. Мы вернем ее. Волноваться не нужно.
– Не нужно, – повторил Лоулесс.
Кабрильо кивнул Джулии и вышел из лазарета.
Глава 14
«Орегон» шел вперед, движимый встревоженным капитаном и замечательными двигателями. К счастью для них, море оставалось спокойным: скорость, которой они достигли, обернулась бы ужасающей скачкой, будь там беспорядочное волнение. Обычно «Орегон» отклонялся от прямого маршрута, чтобы на проплывающих судах не догадывались о его возможностях, но в этот раз – нет. Кабрильо не беспокоило, кто видит их рассекающими воду на скорости больше сорока узлов. Их несколько раз окликали, обычно скучающие радисты, пожелавшие узнать, кто они. По приказу председателя «Орегон» хранил радиомолчание.
Единственной попыткой выглядеть более-менее нормально был поддельный дым, шедший из единственной трубы. Большинство видевших их моряков считали, что старое трамповое грузовое судно снабжено газовыми турбинами.
Сидя с одной рукой на перевязи в оперативно-командном центре, Кабрильо наблюдал за ходом судна на большом мониторе. Взгляд вправо открывал ему репитер радара, испещренный множеством находящихся вблизи судов. Малаккский пролив, пожалуй, наиболее загруженный маршрут судоходства в мире, и эти условия вынуждали «Орегон» использовать лишь малую часть своих возможностей.
Для Хуана эта вахта не была обычной. Сейчас, в восемь часов вечера, судно вела третья смена. Позади них быстро заходило солнце, превращая море в колыхающуюся блестящую медную пелену. Когда солнце скрылось полностью, он понял, что ход вновь придется замедлить. У больших контейнеровозов и танкеров было современное навигационное оборудование, и они сохраняли скорость почти в любых условиях. Задержку могли вызвать десятки
Утешало его только то, что они приближались к концу узкого пролива. Когда снова выйдут в открытое море, он сможет не сдерживать любимое судно и еще больше увеличить скорость.
– Добрый вечер всем. – Джулия Хаксли вошла в оперативно-командный центр через заднюю дверь.
В кресле-каталке, которое она толкала перед собой, сидел в больничной сорочке Макд Лоулесс.
– Устраиваю ознакомительный тур своему пациенту. Возможно, помнишь, Хуан, до сих пор он видел только коридор по ту сторону кают-компании.
– Вот это да, – широко раскрыл глаза Лоулесс. – Похож на мостик «Энтерпрайза». Вот здесь сидел Крис Пайн.
– Кто-кто? – спросил Кабрильо.
– Крис Пайн. Он играет Керка в кино.
Хуан пропустил это мимо ушей, чтобы не показывать свою отсталость.
– Как себя чувствуешь?
– Честно говоря, запсиховал, – протянул Лоулесс. – Разум хочет, но плоть слаба. Тяжело лежать на койке целыми днями. Скажи, где мы?
– В Малаккском проливе.
– Быстро идем, – заметил Лоулесс.
– У старика под капотом кое-что есть, но сейчас мы сбавили скорость до пятнадцати узлов из-за оживленного судоходства.
Лоулесс взглянул на монитор.
– Движение как дома на магистрали «Ай-10» [9] .
– Я вырос в Калифорнии, – отозвался Хуан. – Ты не знаешь, что такое загруженность, если не видел Четыреста пятой. Что еще показала тебе Джулия?
– Вашу столовую. Должен признать, таких шикарных я мало видел. Замечательный бассейн, спортзал, несколько жилых помещений. Что еще? Шлюпочный гараж и ангар.
9
Автомагистраль, проходящая через восемь штатов.
– Ты не видел и половины. Внизу у киля есть люк, открывающийся в море, где мы можем спускать и принимать подводные лодки, и у «Орегона» огневая мощь больше, чем почти у любого корабля.
– Не порть мой тур, – вмешалась Джулия.
– Когда почувствуешь себя лучше, – сказал Хуан, – поговорим о твоей каюте. Сейчас в ней ничего нет, но ты скажешь, как хочешь обставить ее, и мы это устроим.
– Я жил вместе с другими операторами в бывшей авторемонтной мастерской в Кабуле, предоставленной любезно дядей Сэмом, и понятия не имею о внутренней отделке.
– Тогда поговори с Линком. Он выбрал койку, металлический шкафчик, а остальные деньги потратил на мотоцикл «Харли-Дэвидсон», который держит в трюме.
– Мне его стиль нравится.
– Общество байкеров можешь организовать позже, – вмешалась Джулия. – Сейчас я отвезу тебя обратно в лазарет.
– Да, мэм, – недовольно произнес Лоулесс, будто капризный ребенок, и подмигнул Кабрильо.
Тут в помещение ворвались Эрик Стоун и Марк Мерфи.
– Председатель, мы узнали! – в голос воскликнули они.