Джуна. Одиночество солнца
Шрифт:
Детство и отрочество
Село Урмия Краснодарского края приобрело свое название уже после революции, когда его частично населили ассирийцы. Эта редкая национальность довольно
Иногда Джуна говорила, что она ассирийка по отцу. Официально по паспорту его звали Юваш Саркисов. Как горячо утверждала Джуна при детальном изучении происхождения, настоящая фамилия предков Бит-Сардис. То есть «Дом Сардиса». По третьим рассказам, фамилия отца – Серегин, и в нем есть царские корни Романовых. А по четвертой и самой часто обсуждаемой версии, Джуна вообще приемная его дочь.
Мать звали Анна Григорьевна. В смысле мачеху, которая, как могла, воспитывала Евгению-Джуну.
Мать не обладала даром, но прекрасно готовила. Вообще ассирийцы славились тем, что принесли в Краснодарский край культуру консервировать и фаршировать болгарский перец. Заговаривать и врачевать умели родная сестра русской матери и прабабушка. Джуна показывала, как та, взяв в руку веточку вербы, заговаривала больных, лечила даже грыжу, что Джуне никогда не было под силу.
Но в народе считается, что неважно, родная ты дочь ведьмы или нет – та, кто окажется у постели перед последним проблеском сознания, унаследует дар.
Некоторые «шепталки-приговорки» пронесла Джуна через всю жизнь.
Вот, например, одна от сглаза: «Гляди, гляди, да не прогляди, тебе меня не сурочить!»
Или вот другая шепталка-оберег: «Иду-иду, веду-веду, заведу-запутаю, в молитву закутаю!»
Когда на твоем пути лежит монетка или другая ценная вещь, ее надо непременно поднять и на случай, если на ней проклятие, произнести оберег: «Поклад оставляю, золотник беру».
На удачную дорогу всегда надо бросать мелким духам мелкие деньги. Если ждешь большого дела – подавать всем попрошайкам по всему пути бумажные деньги. Обязательно подавать уличным музыкантам.
Но были и чисто ассирийские приметы. Каждый раз, когда Джуна наливала в чашки гостей кипяток, она отгоняла шестьсот летающих сердец или нерожденных детей, что летают вокруг нас, прикрывала рукою струю, и шептала:
– Шимы Алла! – это по-русски «во имя Бога».
Она как бы предупреждала духов, которые могли оказаться под струей воды. И также все время чтила их присутствие и напоминала им об этом.
Джуна знала, что я пишу сказки, интересуюсь всем потусторонним. Поэтому старалась рассказать как можно больше необычного, что происходит с нею.
– Какие они, Джуна, ты их видишь?
– Конечно! – Джуна улыбается им, и показывает руками, – во-о-о-он полетели в разные стороны. Радужные мои-и-и!
Я напрягла зрение, пытаясь «расслоить» его, и увидела над нею лунное сияние.
– Ты над собою лунное сияние видишь?
– Если бы! Если бы, Света, я могла это видеть, я бы вылечила себя. И лечила бы только себя. И жила бы девятьсот лет, – захихикала Джуна. – Но ты сама лечить себя можешь. Ты же прикладываешь ладони к заболевшим местам…
Иногда Джуна
– Джуна, я ауру над людьми вижу очень редко, когда «расслаиваю» зрение или когда скучно, в дешевом театре, например, или на выборах – ах, это одно и то же! Свою ауру вообще не вижу. А ты мою ауру видишь?
– Конечно! Она синяя, как у солнца…
– У солнца синяя аура?
– А ты не видишь? – Джуна захохотала. – Скоро увидишь!
В ее семье свободно говорили на двух языках. Русском и ассирийском. Грузинский она выучила потом, когда попала молодой женою в национальную семью.
Неуправляемый своенравный характер был причиной стычек с родственниками, то есть с теми, кто удочерил Евгению-Джуну.
В точности повторилась история художника-сюрреалиста Дали. Когда пятилетний Сальвадор в который раз ослушался родителей и не помыл руки перед едой, его привели на кладбище и показали могильный камень. Надпись гласила: «Здесь лежит Сальвадор Дали. 5 лет. Умер от желтухи»… Оказывается, Сальвадора назвали в честь умершего брата. И когда исполнилось столько же лет, показали могилу. Это привело ребенка в шок, в состояние потрясения. С тех пор мальчик стал рисовать глазами мертвеца, видя подземный мир, считывая информацию прошлого и будущего, являя миру синдром ясновидящего пророка.
А когда Джуне исполнилось четыре года, она увидела странный сон. Черный провал. В просвете – могилу. А в ней девочка. «Кто ты?» – спросила Джуна. «Я – это ты. А ты – это я!» – ответила девочка.
Джуна рассказала сон родителям, и они показали ей кладбище, где похоронена ее сестра, которая умерла в четыре года… четыре года назад.
При сложении чисел получается магическая восьмерка – символ бесконечности времени или лента Мебиуса. Очень часто использует Джуна потом в своих работах эти знаки.
Дар, вызванный падением в колодец, – синдром Ванги
Четыре года – тот самый этап, когда зафиксировался узелком бутон, созрел и раскрылся прекрасной розой ясновидения. Брат Джуны играл с колесом и упал в колодец. Не задумываясь, Джуна метнулась за ним. Брата достали. И забыли о девочке.
Джуна увидела сквозь проем колодца сначала белое небо. Потом голубое. Потом синее. Затем черный космос. Звезды.
– Вы меня достали, а там еще Женя! – вспомнил о ней брат.
Когда ее извлекли из ледяной воды, для Евгении начался новый период жизни шидды – ведьмы по-ассирийски.
Она предсказала землетрясение. Односельчане не поверили. И жестоко поплатились за это.
В школе на Женю обрушилась стена. Духи совершенно не хотели отдавать свои тайны.
И люди в деревне не принимали эту странность. Родственники (пусть не родные, приемные) не любили. А Женя настойчиво считывала информацию и говорила им правду в лицо о прошлом, о будущем: