Джонделл
Шрифт:
— Но должны же у них быть контакты с внешним миром? — задумчиво спросил Дюмарест. — Хотя бы торговые связи?
— Конечно. Как я уже говорил, их технологические возможности ограничены, поэтому мелевганиане не способны производить все, в чем нуждаются. Но окрестные горы богаты рудами тяжелых металлов и драгоценными камнями. Ходят слухи, что на рудниках и шахтах используется рабский труд, но доподлинно это никому не известно. Лично я склонен считать это правдой. Высокомерие мелевганиан не позволяет им заниматься черной работой. — Эшлен потянулся к толстой папке со схемами. — А теперь позвольте
Откинувшись в деревянном кресле, Дюмарест позволил профессору разглагольствовать на любимую тему, задумчиво разглядывая изумрудно-зеленый проем окна. Девушка-секретарь принесла им по чашке тисана, напитка со своеобразным вкусом, который он выпил скорее из вежливости, чем для утоления жажды. Вокруг спокойно и деловито гудел «Кладор» — вместилище знаний этого мира, гордость города Саргон. Но и здесь Эрл ничего не узнал о планете, которую искал. Ему нечего было сообщить профессору из того, что тот мог бы принять к сведению или с чем согласился бы. Разум Эшлена был наглухо закрыт. Этому слепцу даже не приходило в голову, что он мог ошибаться. Его устами говорила наука — он сам был наукой, — и эта наука утверждала, что мир, в котором родился Дюмарест, попросту не существовал и не мог существовать.
Еще одна неудача.
Что ж, Эрлу не привыкать, однако он пришел сюда не только затем, чтобы разузнать что-либо о Земле.
— Насчет той женщины, — вставил он, когда профессор сделал паузу. — Расскажите мне о Макгар.
— А что женщина? Она была неплохим ассистентом. Что я могу еще сказать?
— У нее ведь был ребенок? Сын?
— Кажется, да. — Эшлен нахмурился. — Да-да. Сейчас я припоминаю, что был.
— А как она попала сюда?
— Откуда мне знать? Этим занимается департамент по персоналу. Мне понадобился ассистент, мне его подобрали. Работу свою она знала.
Короткие, бесполезные ответы. Дюмарест с трудом сдерживал нетерпение.
— Вы говорили с ней об ее прошлом? Она родилась здесь? Вам известно, с какой она планеты?
— Она сообщила, что получила медицинское образование. Вполне возможно, хотя для ее непосредственных обязанностей это не имело особого значения. Но вряд ли она родилась на Аурелле. Как-то она упомянула место под названием Вейдо — сказала как бы невзначай, но испугалась, что сболтнула лишнее. Поэтому мне и запомнилось.
— Постарайтесь вспомнить хоть что-то еще, — настаивал Дюмарест. — Может быть, кто-то когда-то расспрашивал вас о ней?
— Нет.
— А почему она ушла от вас?
— Ну, довольно! — Эшлен надул щеки, в его глазах вспыхнул гнев. — Я принял вас только потому, что посчитал за коллегу. Но вы, похоже, больше интересуетесь той женщиной, чем моими трудами. Кажется, она ушла, потому что решила уехать из города. Я этим особенно не интересовался. — Он нажал кнопку на столе. — А теперь прошу вас извинить меня, но… До выхода вас проводит привратник.
— Минуточку. — Поднявшись с кресла, Дюмарест с высоты своего роста посмотрел на профессора. — Последний вопрос — только на этот раз хорошенько подумайте, прежде чем ответить. Упоминала она хоть раз
— Я не…
— Хорошенько подумайте, приятель! Упоминала?
Эшлен проглотил комок в горле.
— Нет, никогда. Ни разу. Я полагал, что его нет в живых, если я вообще когда-либо задумывался на этот счет. Но почему вы расспрашиваете меня? Почему бы вам не спросить у нее самой?
— Этого я не могу сделать, — хрипло произнес Дюмарест. — Она умерла.
Глава 6
Макгар умирала днем; стоявшее высоко над горизонтом солнце придавало ее волосам нежно-зеленый оттенок. Она лежала внутри рафта, укутанная пледами и одеялом до самого подбородка, и металась в лихорадке. Из уголков ее губ стекали тонкие липкие струйки кровавой слюны, а Дюмарест, вымотанный несколькими бессонными ночами, был бессилен спасти ее.
На починку рафта ушла уйма времени — от хегельтов не было никакого проку. Те немногие, которым удалось уцелеть, только и могли, что оцепенело сидеть и оплакивать погибших. К тому же рафт, даже после починки, передвигался крайне медленно, планируя над самой землей, словно влекомое ветром птичье перо. Эрлу все время приходилось быть начеку, чтобы не сбиться с курса и не потерять высоту. Несколько раз пришлось делать посадку для устранения неисправности в двигателе, и еще несколько раз, чтобы обмыть воспаленное лицо и корки запекшейся крови вокруг рта Макгар. Она старалась не терять сознания и отказывалась от снотворного, поскольку хорошо понимала, что смерть стоит у нее за плечами.
— Я умираю, Эрл. Не спорь со мной, я знаю.
— Все мы потихоньку умираем, Макгар.
— Тогда я раньше, чем мне отмерено. — Ее руки пошевелились, ощупывая тело. — Селезенка разорвана, поджелудочная железа тоже. Кишечник разворочен, желудок и легкие прожжены. В общем, я бы не сказала, что все обойдется. — Макгар попыталась улыбнуться.
— Мы как-нибудь справимся с этим.
— На этой развалине? Бог знает, как она вообще передвигается. Ползет как черепаха. Сколько ты еще сможешь не спать?
— Столько, сколько понадобится. И ты выдержишь столько, сколько нужно. Пока не доберемся до больницы.
— Где имеется система жизнеобеспечения, пересадки тканей и регенерации органов; где могут применить процесс замедления времени и прочее? Нет, Эрл. Уже слишком поздно. Если бы не ты, я давно бы умерла!
Дюмарест, взяв ее руку в свою, почувствовал, как сжались ее пальцы в попытке справиться с болью.
— Куда ты спрятала свои медикаменты? — с горечью спросил он. — Где все лекарства, которыми мы могли бы воспользоваться? Ведь у тебя их было куда больше, чем я нашел.
— Они остались в хижине хегельтов, Эрл. Там, где родился ребенок. Я за ненадобностью оставила там сумку. Ребенок… — повторила Макгар. — Боже милостивый, как ты допускаешь существование этих мерзавцев? Ребенок…. мой сын, мой Джонделл!
Увидев, как исказилось в страдании ее лицо, Эрл осторожно высвободил руку и, достав шприц, ввел Макгар дозу обезболивающего.
— Нет! — Она замотала головой, когда он прикоснулся к коже шприцем. — Я не хочу спать. Мне нельзя. Мой мальчик…
— Я найду его, Макгар.