Джон Картер

Берроуз Эдгар Райс

Пусть они также найдут двоих, кто так хорошо послужил Туру — Гора Хаджуса из Тунола и Вад Варс с Джасума — чтобы им было обеспечено гостеприимство и дружба каждого фандалианина. Идите! Когда последний уйдет из храма, пусть будет мрак! Я, Тур, все сказал!

Валла Дайя направилась прямо в комнаты бывшей джеддары и, когда погас свет, мы с Гор Хаджусом присоединились к ней. Она не могла дождаться, чтобы узнать о результате нашей маленькой хитрости. Я уверил ее, что все прошло без осложнений, и слезы счастья потекли по ее щекам.

— Ты сделал невозможное, мой вождь, — прошептала она. — Я уже вижу холмы Дахора и башни моего родного города. О, Вад Варс, я и не мечтала, что жизнь может наполниться такими счастливыми

надеждами. Я обязана тебе жизнью, нет, более чем жизнью!

Нас прервал приход Дар Таруса, с которым были Хован Дью и большое количество высшей знати. Последние приняли нас с приязнью, хотя, думаю, были озадачены, и не без основания, как это мы оказались связаны с услугами их богу, но я думаю, что кто-нибудь когда-нибудь об этом узнает. Они искренне наслаждались избавлением от Заксы, но в то же время не могли понять целей Тура, который возвысил бывшего воина, и тем не менее надеялись, что это освобождение от гнева бога — теперь очень страшного и реального — после всех чудес в храме, бога. То, что Дар Тарус был из знатной семьи, уменьшало их замешательство, и я был уверен, что они относились к нему с большим уважением. И они будут также относиться к нему, потому, что из-за него в первый раз за сотни лет в Королевском храме прозвучал голос бога, Великого Тура, и потому, что Хован Дью, как и Гор Хаджус, согласились служить Дар Тарусу, так что нет нужды в языке, с помощью которого Тур будет разговаривать. Я предвидел огромные возможности для царствования Дар Таруса, джеддака Фандала!

На встрече, проведенной в покоях Заксы, решено было, что Валла Дайя отдохнет два дня в Фандале, пока будет готовиться малый флот, чтобы отвезти ее в Дахор. Дар Тарус предоставил комнату Заксы в пользование Валле Дайе и дал ей рабов из различных городов, чтобы они заботились о ней, причем все они должны были направиться вместе с нею в ее родную страну.

Уже почти на рассвете мы разыскали спальные шелка и меха. Солнце поднялось высоко в момент нашего пробуждения. Мы позавтракали с Валлой Дайей. У ее дверей мы раскинули свои постели, чтобы не оставлять ее незащищенной до того момента, когда отпадет в этом необходимость. Перед концом завтрака пришел вестник от Дар Таруса, вызывавшего нас в свою приемную, где мы нашли нескольких высших офицеров двора, собравшихся вокруг трона, на котором восседал Дар Тарус — да, он выглядел настоящим императором! Он доброжелательно приветствовал нас и спустился с возвышения, чтобы проводить Валлу Дайю к одной из скамеек.

— Здесь есть кое-кто, — сказал он мне, — кто прибыл в Фандал накануне вечером и теперь просит аудиенции у джеддака — это тот, кого, я думаю, с удовольствием встретишь снова, — и он дал слуге сигнал впустить посетителя. В открытых дверях в противоположном конце зала я увидел Рас Таваса. Он не узнал ни меня, ни Гор Хаджуса, ни Валлу Дайю, пока не подошел к самому подножию трона, а когда узнал, то выражение озабоченности появилось на его лице.

— Рас Тавас, Башня Таваса, Тунол, — громко объявил офицер.

— Я пришел искать аудиенции у Заксы, — ответил Рас Тавас, — не знал о ее смерти и твоем вступлении на трон: но я вижу Саг Ора на троне Заксы, а рядом с ним ту, кем, я думаю, была Закса, хотя мне сказали, что она мертва, и того, кто был моим ассистентом в Тавасе, и того, кто зовется убийцей из Тунола, и я в недоумении, и я не знаю, среди друзей я или среди врагов.

— Говори так, как если бы Закса сидела еще на троне Фандала, — сказал Дар Тарус, — так как хотя я Дар Тарус, с которым ты несправедливо обошелся, я не Саг Ор, тем не менее ты не должен ничего бояться при дворе Фандала.

— Тогда позволь сказать тебе, что Бобис Кан, джеддак Тунола, зная, что Гор Хаджус сбежал от меня, уверен, что это я отпустил его, чтобы убить джеддака, и послал воинов, которые заняли мой остров и заточили бы меня в тюрьму, не будь я во-время предупрежден.

Я пришел сюда умолять Заксу послать воинов Фандала, которые вышвырнут тунолианцев с моего острова и вернут его мне, чтобы я мог продолжить свой труд.

Дар Тарус повернулся ко мне.

— Вад Варс, из всех людей ты наиболее близок к работам Рас Таваса. Желаешь ли ты снова видеть его на своем острове, в лаборатории.

— Только при условии что он посвятит свой огромный талант уменьшению человеческих болезней и страданий, — сказал я, — и не будет использовать его в грязных целях алчности и греха.

Это привело к дискуссии, длившейся часы, и результаты ее были очень важны. Рас Тавас согласился со всем, что я требовал, и Дар Тарус назначил Гор Хаджуса главой армии против Тунола.

Но эта история, хотя и очень интересная для тех, кого она непосредственно касается, не имеет никакого отношения к рассказу о моих приключениях на Барсуме так как я не принимал в ней участия, поскольку на следующий день погрузился с Валлой Дайей на флайер, и эскортируемый фандалианским флотом, вылетел в Дахор. Дар Тарус сопровождал нас на небольшое расстояние. Когда флот остановился на берегу Великих топей, он попрощался с нами и только хотел ступить на палубу своего корабля, когда раздался крик с одного из кораблей и пришло известие, что наблюдатель увидел вдалеке огромный флот, летящий с юго-запада. Очень скоро он стал виден нам весь, а так же стало очевидно, что направляется он в Фандал.

Дар Тарус сказал, что как ни сожалеет он об этом, но ему ничего не остается как вернуться в столицу со своим флотом, так что он не может выделить ни одного корабля, и ни одного человека, если это окажется неприятельский флот. Мы с Валлой Дайей не могли ничего возразить: итак, мы повернули кругом и помчались так быстро, насколько это возможно, к городу.

С чужого флота нас заметили примерно в то же время, что и мы их, и курс чужого флота изменился по направлению к нам. Когда они подошли ближе, то перестроились в один ряд и окружили нас. Я стоял рядом с Дар Тарусом, когда цвета приближающегося флота стали различимыми — цвета Гелиума.

— Просигнальте и спросите, с миром ли они идут, — приказал Дар Тарус.

— Мы хотим переговорить с Заксой, джеддарой Фандала, — пришел ответ. — Вопрос о войне или мире зависит от ее решения.

— Скажите им, что Закса мертва и что я, Дар Тарус, джеддак Фандала, желаю принять командующего флотом Гелиума с миром на палубе моего корабля, иначе я приму его с войной. Я, Дар Тарус, сказал!

На носу огромного гелиумского корабля поднялся флаг перемирия, и когда корабль Дар Таруса ответил тем же, тот подплыл поближе, и вскоре мы увидели людей на палубе. Огромный флайер подходил к нашему маленькому кораблю, и когда он пришвартовался к нам, на борт вступила группа офицеров. Это были прекрасные люди, и среди них был один, которого я узнал сразу, хотя до этого никогда не видел. Думаю, это была наиболее выразительная фигура, когда-либо виденная мною, и он не спеша приближался — Джон Картер приветствует тебя и в мире с тобой, хотя, полагаю, было бы по-другому, если бы Закса еще царствовала.

— Ты шел войной на Заксу? — спросил Дар Тарус.

— Мы пришли поправить несправедливость, — ответил Военный Владыка. — Но, поскольку я знаю, Заксу можно было заставить сделать это только силой.

— Какую несправедливость допустил Фандал к Гелиуму? — спросил Дар Тарус.

— Несправедливость против одного из ваших людей — даже против тебя лично.

— Не понимаю, — удивился Дар Тарус.

— У меня на борту находится некая особа, которая сможет объяснить тебе лично, — ответил Джон Картер с улыбкой. Он повернулся и сказал что-то одному из своих помощников, тот отсалютовал и вернулся на палубу своего корабля. — А ты в самом деле Дар Тарус, бывший воин Гвардии Джеддары Заксы, предположительно убитый по ее приказанию?