Джокер
Шрифт:
Их беседа происходила так оживленно и бурно, что не могла не привлечь внимания председателя и его дочки, которые, разумеется, подслушивали под дверью, с удовольствием наблюдая в щелочку, как нанятый ими аферист лихо проводит вербовку.
— И учти, должностной оклад удваивается с каждым новым званием, — продолжал обработку клиента пройдоха, — а соответственно…
— Я согласен, ваше высочество! — вытянулся перед принцем в струнку окончательно дозревший Батлер.
— Правильное решение, капитан!
— Полковник, — деликатно
— Ишь губу раскатал, — хмыкнул принц. — Ты у меня и капитана-то пока авансом получил. И не сметь перебивать начальство.
— Прошу прощения, ваше высочество! — гаркнул Батлер.
— Ладно, не тянись, ты не в строю. Не забывай, что ты агент, а не вояка. Так вот, Батлер, сам понимаешь, обратно в королевский дворец мне сейчас возвращаться не резон…
— Понимаю, ваше высочество.
— В замок тоже. Место засвеченное.
— Полностью с вами согласен, ваше высочество, а какой у капитана оклад?
— Да сколько навору… тьфу! Что за дурацкие вопросы, Батлер? Я же уже сказал: в два раза больше, чем у лейтенанта!
— Понял.
— Плюс дополнительная плата за отдельные услуги.
— Это за какие услуги? — оживился Батлер.
— Давай так. Будешь из моего замка доставлять сюда сундучки с золотом, и десять процентов от них за хлопоты твои. Батлера качнуло.
— Да за такой процент я и ефрейтором согласен! — завопил он. — На хрена мне после этого капитанский оклад?
Со стороны входной двери в апартаменты принца раздались дружные аплодисменты. Председатель с Бонитой рукоплескали авантюристу.
— Великолепно, ваше высочество, — восхитился председатель, входя с дочкой внутрь. — Прекрасная работа!
— Да, принц, — вторила ему Бонита, тихонько хихикая в кулачок, — исполнено профессионально.
Девица уже успела переодеться в вечернее домашнее платье, но выглядела в нем так же прелестно, как недавно в своем роскошном наряде на балу. Господин Кефри был все в том же рабочем сюртуке, с бокалом в руке, который, впрочем, не мешал ему аплодировать, и нераспечатанной бутылкой гномьей водки под мышкой.
— А это кто такие? — шепотом спросил Батлер принца.
— Это моя прислуга, — небрежно махнул рукой принц, — мелкое дворянство. Я их недавно титулами соответствующими снабдил, вот теперь они и прогибаются. Отрабатывают, так сказать.
Выражение лица новоиспеченной дворянки стало вдруг таким ласковым, что принц понял: сейчас прогибаться придется ему — и торопливо выставил перед собой Батлера в качестве живого щита. Папаша одним взглядом сумел остановить дочку, которая собралась было навести порядок, намекая, что не стоит этого делать при посторонних.
— Да, вы оказали нам большую честь, ваше высочество, и мы теперь жизни свои готовы отдать за родную Баккардию! — Подыгрывая пройдохе, он начал усиленно кланяться, и Бонита, глядя на него, тоже сделала пару сердитых реверансов. — Однако, ваше высочество, если позволите,
— Позволяю, — благосклонно кивнул принц и тут же на ухо пояснил Батлеру: — Он при мне на полставки еще и советником подрабатывает.
— На вашем месте, — вкрадчиво сказал председатель, — я бы так сразу первому встречному не доверял. Сначала дал бы задание для проверки его способностей и возможностей.
— Ну что ж, не возражаю. — Принц приблизился к председателю и даже дружелюбно похлопал его по плечу. — Это я поручаю вам. Работайте, барон, а я пока отдохну. Денек выдался утомительный.
С этими словами принц зубами выдернул из бутылки пробку и наполнил гномьей водкой бокал доверху. Ошарашенный председатель скосил глаза вниз — ни бокала в руках, ни бутылки под мышкой у него уже не было. Как ни зла была Бонита, но все же затряслась от беззвучного смеха, рвущегося наружу.
— Доброго здоровья, ваше высочество, — выдавил из себя председатель. — Вам закусочки не подать? Я сейчас распоряжусь.
— Благодарю, барон, вы так гостеприимны, но не стоит утруждать себя такими мелочами. Вы забыли — у нас в Баккардии после первой не закусывают?
— У россов с Северных Земель тоже, — обрадовался Батлер. — А может, ваша Баккардия где-то там, на севере, ваше высочество?
— Давайте не будем отвлекаться, господа, — поспешил уйти от скользкой темы принц. — Барон, вы, кажется, хотели загрузить моего капитана каким-то проверочным заданием?
— Да, ваше высочество.
— Так не тяни время, излагай. Хочу послушать, что вы там придумали. — Принц с достоинством, словно на трон, уселся в кресло и уставился на господина Кефри. Бутылка и бокал в его руках смотрелись, словно скипетр с державой.
— Я думаю, вы понимаете, Батлер, — вкрадчиво сказал председатель, — что звание капитана надо оправдать и всем нам доказать, что вы его заслуживаете.
— Разумеется, господин барон, — закивал головой Батлер.
— Для выполнения этого задания потребуется все ваше мастерство, ну и, возможно, вам потребуются деньги, чтоб подмазать кое-кого из королевских слуг. Эти расходы я сразу беру на себя. — Господин Кефри потянулся к поясу и замер… — Э-э-э… Ваше высочество, вы не помните, куда я положил свой кошелек?
Его высочество густо покраснел, одним махом оприходовал бокал, поставил его на подлокотник кресла, и выудил из своего кармана пропажу.
— Вы такой рассеянный, барон! Все время путаете свои карманы с моими! Ну сколько можно?
— Прошу прощения, ваше высочество, — смиренно откликнулся барон, ловя запущенный в него кошель на лету и передавая его новоиспеченному капитану. — Так вот, Батлер, — продолжил он, — прежде чем дать вам задание, я хочу убедиться, что вы правильно понимаете ситуацию, а заодно узнать, что успели почерпнуть из беседы моей дочери с герцогом Баскервильдом, прежде чем опознали принца.