Джинния
Шрифт:
— Вот-вот, о чем я и говорю, проваливайте отс-сюда, обедом кормить мы вас-с не с-собираемся, — угрюмо проворчал негостеприимный наг, выталкивая нас с поляны.
— Но вам необязательно его съедать, — заметил Миша, уворачиваясь от рук человекозмеи.
— Вы что, принимаете меня за простого убийцу?! Драконы были моей пишей наравне с нагами, извини, дорогой, хотя и значительно более редкой, но даже один дракон в год может сильно испортить пищева-рительную систему, — вздохнула Гаруда, дрогнув перьями и печально опустив клюв.
— Хорошо,
— Мне это не нужно! Я и так достаточно привлекательна для моего мужа!
Услышав такие слова, Нагиб почему-то отвел глаза, вероятно, чтобы скрыть противоположное мнение. Но, почувствовав настойчивый взгляд жены, выпучил глаза и жарко воскликнул:
— Конечно, дорогая! Я с-счастливейший из с-смер-тных! А с-стриптиз я... я и не прос-сил, это они с-сами... Клянус-сь! — Но, едва Гаруда отвернулась, его лицо снова приняло скорбное выражение, и, стоя рядом, я услышала, как он бормочет, качая головой: «О боги, заберите меня к праотцам... »
— На этом распрощаемся, мне пора готовить обед, а Нагибу высиживать яйца, я вижу, ты снова оставил их в норе, прикрыв кроличьими шкурками! Сколько раз я говорила тебе, это не заменит отцовского тепла.
Уже за нашими спинами мы услышали оправдывающийся, с нотками отчаяния голос Нагиба:
— Но я же хладнокровный! Прос-сти, родная...
Глава сорок шестая,
НЕБОСКРЕБНАЯ
Нерадостно возвращались мы к той части леса, где приземлились. Я спросила у Акисы, которая почему-то одна оптимистично улыбалась, что же такое она предложила Гаруде.
— Я сказала ей, что Аджи-Дахака необычный дракон, в его жилах течет фиолетовая кровь, что, по мнению ученых мужей, придает его мясу особые свойства. Кто его съест, на многие годы приобретет неотразимую привлекательность для противоположного пола!
— Ты сама это придумала? — подозрительно осведомилась я.
— Нельзя ставить под сомнение авторитет ученых мужей, пока эксперементально не доказан обратный результат, — неопределенно ответила джинния, самодовольно улыбаясь, как будто ее хитрость не провалилась.
— Может, и правильно... Она ведь могла погибнуть, сражаясь с драконом, что бы там ни обозначало ее имя, — сказал Миша, снова помогая нам при переходе через болото. — Хотя я еше не видел самого иремского дракона, но раз уж он подчинил себе великанов... Если бы дракон одолел Гаруду, ее смерть была бы на нашей совести.
Наконец-то, преодолев топь, мы выскочили на полянку, но она почему-то оказалась не той. Мы решили, что бывший визирь, чей хладный труп мы оставили на нашей полянке, хороший ориентир — рано или поздно найдем! То есть окончательно заблудиться не получится, даже если проклятые полянки практически не отличаются друг от друга.
Вдобавок ко всем бедам на нас набросились гигантские комары.
— Вот где на них охоту можно устраивать,
Но не успел самый злобный из этих кровососов второй раз продырявить мне джинсы, а тошнота, под-катившая к горлу, победоносно вырваться на свободу, как мы трансгрессировали и оказались в пустыне недалеко от Ирема. Стояла глубокая ночь, на небе висел мутный полумесяц. Контуры городских стен с башенками, купола и минареты мечетей и выросший надо всем этим небоскреб, увенчанный крышей-луковицей (еше вчера он не был достроен), казались растертыми в муаре ночи...
— А я думала, мы сначала домой? Как на этот раз мы проникнем в город, снова задействуем перстень «Л. О. »? Кстати, это еше вчерашняя ночь? — разразилась я вопросами.
— Нет, сначала закончим все дела здесь. Да, снова откроем врата перстнем. Нет, с того времени солнце уже всходило над Иремом, — пунктуально ответила мне моя волшебная подруга.
— Надеюсь, они не усилили охрану, — неоптимистично изрек наш милиционер, качая головой, и уточнил, усаживаясь на песок поближе ко мне: — Каков дальнейший план действий?
Акиса задумалась и присела рядом с нами, поджав ноги, нам пока никакие идеи в голову не шли, мы решили не терять времени и перекусить.
Миша развязал рюкзак, а я проверила свои карманы и удостоверилась, что они по-прежнему набиты перцем во всех видах: тут был и молотый, и перец горошком, и свежий, и даже масло лопуха для укрепления волос «с красным перцем». Всем этим я запаслась дома, помня испуг Наджмы, когда я спросила у нее перец, чтобы приправить плов.
— Придумала! Мы открываем врата, я пугаю циклопов перцем, вы врываетесь в город, и мы им всем...
— А при чем здесь перец, он имеет волшебную силу? — с деланым интересом спросила Акиса, беря и от-кусывая один сырой болгарский перчик. Миша быстро, по-мужски, лепил бутерброды...
Видно я что-то не так поняла, похоже, что Наджма просто не любила эту приправу. Надо же быть такой пурой, хорошо еще, надо мной никто не стал смеяться...
Я вытащила из карманов весь перец, оставив только масло лопуха: еще пригодится восстанавливать волосы после той долговременной укладки, что удружила мне джинния. Если укладка сделана магическим способом, это еще не значит, что она абсолютно безопасна для волос.
— Наш поход был провальным, если только Гаруда не прилетит, передумав. Но не факт, что она знает сюда дорогу, надо было ей хоть карту нарисовать, — пожала я плечиками, доедая первый бутерброд. Второй я придерживала, а на третий облизывалась...
— Ей приходилось бывать в Иреме, я видела ее, когда еще была маленькой, — пустилась в воспоминания Акиса. — Она прилетала к нам на праздники и выходные, разбрасывала конфетти и яблоки, катала малышей...
— Значит, ты надеешься только на нее, а более реального плана у тебя нет?