Джинния
Шрифт:
Наведя макияж и наскоро причесавшись, я отказалась от укладки, к великому неудовольствию Акисы, которая собиралась навертеть у меня на голове нечто в стиле царицы Савской. Куда лучше так, простенько и живенько. Согласитесь, для того чтобы сразить мужчину, и прозрачненького халата бабушки-джиннии вполне достаточно...
Но смыться незаметно для Найды мы не успели. Она насторожила уши, еще когда я начала переодеваться, а через пару мгновений, видимо утвердившись в своем предположении, ожила, окончательно, я даже не предполагала в ней столько жизненных сил. Позабыв о возрасте (мое платье ее тоже не испугало),
Мы хотели плюнуть на нее и уйти, так эта зараза принялась грызть подушку, стащив ее с моей кровати, одновременно лапой пытаясь разодрать выпавший из-под подушки дневник, куда я записывала памятные свидания и кое-что из секретов подруг. Пришлось пойти на хитрость...
Найда спокойно дала прицепить к ошейнику поводок, но едва я, торжествуя в душе, попыталась быстро привязать ее к батарее, псина рванулась к двери, демонстративно поскребывая ее передними лапами. Положение спасла куда-то исчезнувшая на полминуты и вновь материализовавшаяся Акиса...
— Слушай, у нас крупные проблемы с этой хвостатой дурой! Как мы там втроем появимся, у него на вилле? Нас запросто могут принять за цыганок и спустить с лестницы вместе с собакой!
— Я уже все подготовила, о паникующая без повода! Нас ждут... Разве ты забыла, что способности мои безмерно возросли?! Только не спрашивай подробностей, сама увидишь!
Ага, а когда я попросила ее помочь мне с Найдой, сказала, что ее магия на собак не распространяется! И почему бы не взять псину с собой, она всегда мечтала выгуливать какого-нибудь щеночка, а у джиннов собак нет. Ну, что тут скажешь!
В общем, мы, то есть две странно одетых девицы и чудаковатая пожилая лабрадорша, перенеслись к воротам виллы Пабло де ла Аренды. За кованой решеткой простирался огромный сад с пальмами и другими эк-, отическими растениями. Доносился щебет птиц и собачий лай, не иначе как ротвейлеры.
Я жутко разволновалась, Найда тоже начала шумно дышать, высунув язык и мелко подрагивая, хотя переход перенесла на удивление спокойно, даже с каким-то безразличием на морде. Подозреваю, что джинния, что бы там ни говорила, все-таки имеет на собаку какое-то воздействие. Но, возможно, я на нее наговариваю...
— И что дальше? Будем звонить и врать, что прогуливались мимо и решили заглянуть в гости?
— Просто назови себя, нас ждут! Конечно, имя у тебя неблагозвучное, но я решила оставить какое есть, после свадьбы добавишь к нему пять-шесть титулов...
— А меня устраивает вполне, что я Аглая Морозова! Вот только... как насчет языка?
— Ты будешь говорить на том языке, на каком заговорит он, о до сих пор не верящая в предусмотрительность и могущество джиннов! — не выдержала Акиса. — Ладно, слушай и внимай изощренности моего плана. Ты девушка, которая хочет в приятной беседе расспросить знатного господина портного о его жизни, записать этот рассказ и опа-опулб-буликовать чудесную историю о его дивных достижениях в одном из этих ваших... э-э...
— ... журналов?!
— Да, журнале для женщин. А называется он «Эль»! В этом слове слышится падение капель начинающегося дождя в оазисе, столь благодатного для жителей пустыни, и оно как будто взято из моего любимого
Конечно, идея лежала на поверхности — очередное интервью для еще одного женского журнала. Держу пари, он раздает эти интервью по десять штук на неделе...
Глава тринадцатая,
ИЗЫСКАННО-МАЗОХИСТСКАЯ
Я нажала кнопку домофона на кованых воротах, но оттуда полилась абсолютная тарабарщина, видимо местный диалект какого-то псевдоиспанского, это же островная республика. А джинния говорила, что все услышанное будет звучать как родная речь.
Ну ладно, там на месте разберемся. Я назвала себя и Акису, фамилии которой до сих пор не знаю (а есть ли вообще у джиннов фамилии?!), представив ее своей ассистенткой-фотографом, и нас пригласили войти. Не то что я разобрала слова, но пока все и так понятно. Ворота запищали и открылись. Мы шагнули внутрь, сразу оказавшись в саду. О, это был настоящий шедевр ландшафт-дизайнера, — достигшего неплохих результатов в очередной попытке воссоздать райские кущи... На гаревой дорожке у дома нас встретил сам де ла Аренда, стройный седой мужчина лет пятидесяти, стильный от прически до ботинок. Блин, а на фото в журнале он выглядел значительно моложе...
— О, buenos dias, прекрасные сеньоритас! Estoy muy encantado! Me enamore!
Я вздохнула про себя, покосившись на джиннию, она и ухом не повела. Браво, а как же обещанный пол ный перевод? Либо сам модельер говорит с жутким акцентом, либо я его понимаю через пень колоду...
— Восточный коллекциа Валентин Юдашкин, — ревниво констатировал он, мельком глянув на наши одежды. Ну, дескать, все это вчерашний день, его же творческая мысль шагнула далеко вперед...
После того как мы представились уже лично, де ла Аренда попросил называть его Пабло и вежливо поинтересовался:
— Как вы добраться? Как перелет в avion? Какой simpatico perro! — Он восхищенно помахал руками перед носом у Найды.
— Спасибо, но это она. В смысле, не perro, а су... ой! Слово какое-то неблагозвучное, не кобель, в общем! Добрались хорошо, вот только наш самолет нечаянно приземлился на плантацию кофе, поэтому урожай «Чибо» в этом году будет с привкусом «Аэрофлота», — заумно пошутила я, расслабившись. Ладно хоть наполовину его речь понятна, остальное домыслим по ходу...
Мои слова взволновали хозяина, оказывается, у него самого несколько плантаций кофе и какао-бобов. Он-то все воспринял всерьез, глупая шутка получилась.
— Вы говорите по-русски?
— К сожалению, нет, не говорить ни слова, — радостно улыбнулся де ла Аренда, ведя нас на веранду, где стоял ротанговый столик с креслами. (Черт, на каком же он тогда сейчас говорит?) Едва мы уселись, рядом бесшумно возник слуга-негр. — А вы по-испански, сеньорита Агелая?
— Аглая. Нет, не говорю, к сожалению.
Пабло согласился, что действительно жаль, так как чудесней языка он не знает и на нем говорят великие люди мира — Бандерас и Агилера. И тут же предложил что-нибудь выпить, пока готовится обед: sopa de ajo, национальная разновидность чесночного супа, и паэлья.