Джихад-Такси 2008
Шрифт:
Пассажир, молоденький паренек студенческого вида, в расстегнутом сером пиджаке, нервно похлопывал себя по колену. Время от времени он резко вскидывал руку и смотрел на часы.
— Не говори, — гнусаво откликнулся он на тираду Фазиля. — Совсем оборзели. И все им неймется. А главное, в самый неподходящий момент.
— Да-да, в самый неподходящий, — согласился Фазиль, лихо выкручивая баранку и обгоняя идущую впереди фуру. — Это они умеют, да?
— Я к девушке опаздываю, — пассажир снова посмотрел на часы. — Тортик только хотел купить и бутылку шампанского. Всего ничего. А там очередь… И черт меня дернул в «Седьмой континент»
— Эй, зачем так говоришь? — обиженно бросил Фазиль. — Разве я дорого запросил с тебя? Обычная такса, да? Я еще и скинул немного.
— Я не про деньги, — миролюбиво произнес молодой человек. — Я про время. А тебе спасибо, конечно. Прямо выручил. И хорошо, что узнал, куда они мой «БМВ» повезли.
— Э-э-э, не за что!
Фазиль резко ударил по тормозам перед неожиданно переключившимся светофором, и его пассажир едва не впечатался головой в лобовое стекло. В самый последний момент успел выставить руки и предотвратить болезненное столкновение. Фазиль с опаской покосился в его сторону. Такие случаи в его практике уже были, и пассажиры реагировали по-разному. Абхаз до сих пор помнил, как один из клиентов дважды приложил его самого лицом к лобовому стеклу, затем забрал деньги, которые заплатил до этого, и ушел. С того момента Фазиль старался водить осторожнее и избегать резкого торможения без причин. Однако на светофорах по иронии судьбы в семидесяти процентах из ста с ним всегда случалось именно так…
Нынешний пассажир, похоже, не собирался его бить, и Фазиль успокоился.
— Все люди — братья, да? — с пафосом изрек он. — Все должны помогать друг другу. Я смотрю, машину увозят… Думаю, хорошая машина. Хозяин выйдет — расстроится. Искать будет. Подумает, что угнали, да? Надо же спросить, куда увозят. Я и спросил. Любой поступил бы на моем месте так же, да?
Парень ничего не ответил. Сейчас он думал, наверное, о своем свидании с девушкой, которое уплывало от него с каждой минутой. Фазиль пожал плечами и уставился на дорогу. Зажегся зеленый свет. Машина тронулась.
— Слушай, а давай так, — неожиданно предложил пассажир. — Ты отвезешь меня сейчас на свидание. Это почти в центре. На улице Академика Королева. Есть там одна кафешка. И оставишь телефон…
— Зачем телефон? — насторожился Фазиль.
— Чтобы я мог позвонить. Свидание закончится, и я тебе позвоню. Отвезем девушку домой, а потом поедем за машиной. Согласен?
— Согласен, да, — абхаз продолжал удивленно моргать глазами, попеременно смотря то на дорогу, то на своего пассажира. — Все понял. Только как ты позвонишь мне, если я телефон тебе отдам?
— Что? А, нет! — парень со смехом покачал головой. — Во валенок! Я не аппарат у тебя хочу забрать, а номер. Номер своего телефона мне дашь, и я позвоню.
— Номер, да? Ну конечно, — Фазиль счастливо улыбнулся. — Номер дам. А ты деньги вперед заплати, да?
— Хорошо, — парень полез за бумажником.
— И куда ехать объясни. Что это за улица Академика?..
* * *
Работы не было уже второй час, и Хвича задремал, сидя за рулем «копейки». Разбудил его требовательный
— Что такое? — спросил он.
Гаишник был не тот, которого «бомбила» привык наблюдать на перекрестке у «Седьмого континента». Этого человека он видел впервые. Хвича бросил взгляд на перекресток, но знакомого ему гаишника не было и там.
— Выйдите, пожалуйста, из машины, — сухо потребовал широкоплечий сотрудник ДПС.
— Э-э-э, а в чем дело?
— Я сказал: выйдите из машины!
Хвича подчинился. Оказавшись рядом с гаишником, он обнаружил, что едва достает тому до плеча. От этого Хвича непроизвольно съежился еще больше.
— Документы, пожалуйста.
— Я… Да, сейчас… — «бомбила» нырнул обратно в салон, но вскоре появился опять с зажатой в правой руке барсеткой. Ловко расстегнув молнию, он достал документы и передал их гаишнику. Хвича нисколько не сомневался в том, что все бумаги у него в полном порядке. — А что все-таки произошло, брат? Что не так, а?
Прежде чем заглянуть в документы, милиционер пристально посмотрел Хвиче в лицо. Обращение «брат» ему совсем не понравилось. Абхаз понял это по глазам собеседника.
— Почему стоим в неположенном месте? — строго вопросил гаишник.
— Как в неположенном? Почему в неположенном? Я всегда тут стою. Место работы такое, да?
— Место работы?
— Да. Мы договорились. Даур договорился. Наш управляющий. Тебе что, не сказали?
Гаишник хмыкнул и раскрыл наконец документы Хвичи. Принялся старательно их изучать.
— Ну, во-первых, не «тебе», а «вам», уважаемый Хвича Мисаевич, — медленно, растягивая каждое слово, произнес он. — А во-вторых, кто и что должен был мне сказать, по-вашему?
— Ну как же это? — Хвича совсем растерялся. — Мы тут договорились же…
— С кем?
Гаишник закрыл документы, но не торопился возвращать их водителю. Держа кипу бумаг в правой руке, на запястье которой болтался полосатый жезл, он похлопал ею по раскрытой левой ладони.
— Ну, с этим, — абхаз кивнул в сторону перекрестка. — Он стоял тут всегда, да? Вчера стоял и позавчера. В такой же форме, как у тебя. То есть как у вас. Он разговаривал с Дауром по делу и обо всем договорился. Мне сказали только, можешь стоять тут, Хвича, и работать, сколько захочешь. Я работал, да? Никто меня не трогал. Ну и я, конечно, тоже никого. Говорю же, Даур…
— Что вы заладили мне тут? — гаишник сурово сдвинул брови к переносице. — Даур, Даур. Никакого Даура я не знаю. А на этом перекрестке до сегодняшнего дня работал лейтенант Марченко. Вы его имеете в виду? С ним была какая-то договоренность? Да?
— Да, — Хвича согласно кивнул. — Наверное, с ним.
— Интересно, — гаишник снова усмехнулся. — «Наверное, с ним». Какая же у вас могла быть договоренность, если вы даже имени и фамилии этого человека не знали?
— Э-э-э, зачем мне его фамилия? — разгорячился Хвича. — Мне с ним что, чачу пить, да? Я же русским языком говорю, работаю тут… А все договоры тут Даур проводил…