Джеймс Кук
Шрифт:
Но и тут льды оказались непроходимыми.
Надежда на обретение проходов из Тихого океана в
Атлантический рухнула. Кук прошел Берингов пролив, на
этот раз с севера на юг, и, следуя вдоль западного берега
Аляски, открыл обширный залив Нортон. К его южному
берегу нельзя было подойти из-за сплошных мелей.
Кук высказал предположение, что в этих местах в море
впадает большая река. Догадка справедливая — здесь вли
вается в залив Нортон
Вблизи ее устья корабли прошли 18 сентября. А 2 октя
бря 1778 года они отдали якорь в бухте Самгундхе на
Уналашке, где экспедиция побывала три месяца назад.
Здесь 14 октября состоялась первая встреча с начальником
русского поселения на Уналашке штурманом Герасимом
Григорьевичем Измайловым. «Я убедился, — писал
Кук, — что он отлично знает географию этих мест и что
ему известны все открытия, совершенные русскими, при
чем он сразу же указал на ошибки на новых картах».
Измайлов показал Куку две русские карты северной части
Тихого океана и снял с карты Г. Ф. Миллера треть остро
вов, которые, по его словам, в природе не существовали.
«Его заботам, — отмечал Кук в записи от 21 октября, — я
доверил письмо в Адмиралтейство, вложив в пакет карту
северных берегов, посещенных мной».
С Куком Измайлов объяснялся «маячаньем», т. е.
жестами.
22 октября на «Резолюшн» побывал начальник рус
ского поселения на острове Умнаке Яков Иванович
Сапожников. Он сообщил Куку, что в Петропавловске
съестных припасов очень мало и что они там необычайно
дороги. Под влиянием этого сообщения Кук решил пойти
на зимовку не в Петропавловск, а на Гавайские острова.
Кто же мог знать, что на Гавайях Кука ждет гибель и что в
Петропавловске экспедиция, потерявшая своего руководи
теля, получит все припасы в большом изобилии, и притом
бесплатно!
Кук и его спутники Д. Самвелл, Т. Эдгар и Дж. Ле-
дьярд оставили превосходные описания русского поселе
ния на Уналашке, расположенного в десяти милях от того
места, где стояли корабли. Кук посвятил несколько страниц
дневника прирожденным морским охотникам — алеутам
Уналашки.
Кук, описывая русское селение (кстати говоря, пер
вый постоянный русский населенный пункт в Америке),
указал, что оно состоит из одного очень большого дома,
в котором живут кроме русских камчадалы и алеуты.
«Русские, — отмечал Кук, — обладают искусством из
посредственной снеди изготовлять вкусные блюда. Мне
очень понравилось приготовленное ими китовое мясо;
недурной заменой хлеба служит им пудинг,
лососинной икры, тщательно взбитой и обжаренной. Рус
ские имеют склонность к хлебу и к блюдам, в которых
мука является составной частью, но вероятнее всего, что
мука здесь редкость. Если исключить ягодный сок, кото
рый они добавляют в пищу, единственный их напиток —
чистая вода, и для них большое счастье, что под рукой нет
ничего более крепкого.
Места эти снабжают их не только пищей, но и в
значительной мере материалом для одежды, которая де
лается преимущественно из шкур; и это, пожалуй, лучшее,
что здесь можно иметь. Верхняя одежда шьется наподо
бие накидок наших кучеров, и она доходит до колен; кро
ме того, они носят еще два жилета, штаны, меховую шапку
и сапоги... У обоих здешних начальников были синие ко
ленкоровые куртки и как у них, так и у прочих русских лю-
дей имелись шелковые рубахи; пожалуй, это единственные
виды одежды, изготовленные не собственноручно.
Русские живут на всех главных островах между Уна-
лашкой и Камчаткой и находятся здесь только с одной
целью: для добычи мехов, причем первый и основной
предмет добычи — это морской бобер, или котик... Все
эти меховщики время от времени сменяются. Те, с кото
рыми мы встретились, пришли сюда из Охотска в 1776 го
ду и должны возвратиться туда в 1781 году, так что им
предстоит провести на острове Уналашке еще четыре
года».
Для всех обитателей Уналашки приход двух больших
чужеземных кораблей был необыкновенным событием.
Вот как Г. Г. Измайлов рапортовал о визите англичан
своему камчатскому начальству:
В Камчатскую Большерецкую Канцелярию
Штурманского ученика Герасима Измайлова
РАПОРТ
По прибытии моем к здешним Алеутским островам сего
1778 года, августа 14 ч[исла]1, но по задолженности моей
в реченной канцелярии должности к переписи здешних
народов, имел я отбыть из гавани с острова Уналашки
сентября 2 го ч[исла] на остров Умнак, Четырех Сопок и