Джей
Шрифт:
Глава 117. Прибытие Моби Дика
Джей сидел на припорошенном белым песком берегу и наблюдал за накатывающими на его ноги волнами. До его ушей доносился умиротворяющий шелест воды, лицо согревало теплое солнце летнего острова, а в руках покоилась верная винтовка. Канонир команды самоубийц сидел на этом безмятежном берегу уже пару часов и мирно наблюдал за пришвартовывающимися к берегу кораблями. Он сидел… и считал.
– Брускатт Губач. Пятьдесят тысяч белли, – пробормотал Джей, рассматривая развевающийся флаг очередного приставшего к берегу судна. – Первый помощник Уоррен Шпага. Тридцать тысяч белли, – снайпер погладил корпус Винни и перевел взгляд на следующий корабль. – Кассандра Кровавая. Сто двадцать
Не то чтобы парень собирался ликвидировать все эти цели для дальнейшего обогащения. Это было бы неудобно для его отца… к тому же в кои-то веки ему может попасться кто-то, кто доставит Джею проблемы (хотя парень уже начал терять надежду. Возможно, это была обратная сторона проклятья Мугивары Луффи). Нет, Джей сидел на этом тихом берегу для одной очень конкретной цели.
И сидящие рядом Эм, Зет и Кей сидели на этом же берегу и задумчиво смотрели на пришвартовывающихся к берегу пиратов по той же причине. Так же как сидящие с другой стороны Кудесница Рокси, Моджи и Кабаджи (все трое выглядели так, будто не спали несколько очень выматывающих недель. Особенно Рокси). Вся эта разношерстная компания сидела на берегу мирно шелестящего моря и ждала только одного.
И как только Джей медленно встал и сжал Винни, все присутствующие поняли, что они дождались.
***
Когда блудный сын Марко Феникса присоединился к экипажу вместе с омертвелой темноволосой девушкой, минком-волчицей и ее невидимым спутником пираты Белоуса ждали многого. И пусть они не получили совершенно ничего из того, что они ожидали, новоприбывшие их ничуть не разочаровали. И нет, проблема была вовсе не в новеньких. Эти ребята были крайне послушны, дисциплинированы и никогда не доставляли проблем (кроме минка и ее периодических попыток с кем-нибудь подраться. Но Белоусовцы постоянно занимались чем-то подобным поэтому никто не возмущался. Кстати, посредством битв было выяснено, что Ти находится на уровне второго заместителя командира дивизии. Ее эта информация немало раздражала). Основные события разворачивались не с бывшими агентами, а скорее вокруг них.
Все началось с объявления войны. Войны между папашей и Уважаемым Доктором Хельгой за право называть новоприбывшего Итана внуком. Никто особо не понимал предпосылок этого странного конфликта или почему он вообще продолжается, но доктор Хельга и папаша были неумолимы. Папаша напирал на то, что Итан является сыном Марко, а значит его официальным внуком. Уважаемая Доктор Хельга утверждала, что человек, столь халатно относящийся к своему здоровью, а значит желающий очень быстро этого самого внука покинуть недостоин зваться дедом. А учитывая неоспоримые таланты Итана на поприще медицины, доктор Хельга имеет все права принять его в качестве своего внука по духу и профессии. Война за звание гордого владельца внука по имени Итан не стихала и шла с попеременным успехом. И пока она пылала, сам Итан мирно вел медицинские карты, лечил приходящих в лазарет пиратов и периодически напоминал «Сэру Белоусу», что тому следует пройти медицинский осмотр и следовать рекомендациям уважаемого доктора Хельги. Что, возможно, и служило причиной внезапной и яркой любви этой самой Хельги к своему новоиспеченному внуку.
И пока в области лазарета шла одна битва… на кухне совершенно неожиданно вспыхнуло другое, совсем иное сражение. И касалось оно… кроликов. Точнее, использования кроликов в качестве вкуснейшего блюда в меню их кока. Все началось с пропажи этих кроликов. В тот день кок немедленно поднял на уши весь экипаж, и жаждущие мяса мужики немедленно обыскали весь немаленький Моби Дик… так и не найдя непонятно куда запропастившихся животных. Уже под вечер мрачные и недовольные жизнью пираты медленно притащились в столовую и начали хлебать заботливо приготовленный помощником кока рисовый отвар. Кок, тем временем, так
Чтобы поутру обнаружить, что проклятые кролики снова испарились! В этот раз голодные пираты Белоуса искали маленьких зверьков куда более ожесточенно. Настолько ожесточенно, что те были найдены всего через пару часов… сидящими во все той же клетке, из которой они ранее пропали. В этот момент у кока дернулся глаз, и он решил привести приговор в действие немедленно, пока верткие кролики снова куда-то не исчезли. Он вытащил маленькое тельце из клетки, занес над глазками бусинками мясницкий нож и… успел отразить удар напавшего на него молодого минка. Следом за минком в камбуз ворвался очень мрачный Итан и резким движением придавил ее к полу, после чего сухо извинился за беспокойство и пообещал, что они немедленно удалятся из кухни.
Кок молча осмотрел мрачного Итана, одетого в заботливо подаренный «внуку» медицинский халат и прижатую к полу волчицу-минка, что билась под захватом парня с такой силой, будто от этого зависела ее жизнь. При виде этого зрелища кок вздохнул, отложил тесак и спокойно спросил, что именно здесь происходит. Итан молча посмотрел на бьющуюся в истерике волчицу, так же тяжело вздохнул и начал неохотно объяснять.
Очевидно, у бывших кадетов были некие… «странности». Нет, они могли их контролировать, – быстро пояснил прижимающий волчицу к полу Итан. – Просто иногда случались… эпизоды. И странностью Ти была любовь ко всем представителям кроличьего мира. Иначе говоря, волчица не могла просто сидеть зная, что где-то там кто-то готовится убить кролика. Поэтому она подговорила Эф украсть зверьков и временно отплыть с ними как можно дальше, чтобы Воля Наблюдения Белоусовцев не могла обнаружить маленькие огоньки травоядной жизни на корабле.
– Я вернул животных, как только узнал о ситуации, сэр, – спокойно пояснил Итан. – И приказал Ти не трогать вашу провизию. Она нарушила приказ и будет наказана за это, – уже более сурово произнес парень, опустив глаза на полностью игнорирующую его волчицу.
Та же продолжала лежать и дико биться в его руках. Глаза минка смотрели на сидящего на доске кролика, но в них была пугающая, наполненная бескрайним ужасом пустота. Будто волчица смотрела на что-то совсем иное… и это вызывало в ней животный ужас и отчаяние.
Кок молча осмотрел эту композицию, так же молча потер голову и очень тяжело вздохнул. С тех пор пираты Белоуса потеряли возможность есть крольчатину, а минк Ти приобрела несколько клеток с кроликами, удивленно приподнятые уши и пару ящиков салата и морковки.
Будет лишним говорить, что простая как бревно минк немедленно воспылала к коку безграничной щенячьей любовью и с энтузиазмом помогала ему на кухне. Как и все еще старательно невидимый рыбочеловек по кличке Эф. Его эмоции по поводу происходящего понять было трудно, но кок иногда ощущал идущую из неоткуда признательность.
Что же касается Ди, то… она не доставляла особых проблем. Не считая того случая, когда один из юнг решил откосить от работы и сунул ей в руки швабру, приказав помыть палубу. После чего счастливо удалился на завтрак. Время перед обедом парень провел, играя в карты, в обед немного грустно поел рисовой похлебки, после чего пошел в пустующую днем каюту для младших и спокойно проспал до самого вечера. После парень поел солонины с тушеной капустой и внезапно врезался в сурового сына Марко… который выглядел совершенно спокойно и невозмутимо. Но от него исходило почти физически ощутимое желание взять юнгу за горло и очень долго, крайне тщательно его душить. В руке Итан сжимал ранее переданные юнгой ведро и швабру… ручка швабры была покрыта кровью.