Дженнет
Шрифт:
— Да, мой король, — кивнул юноша.
— Ты знал?
Юноша опустил голову, и забрало шлема закрыло его лицо. Слов не требовалось.
— Но почему?
— Вы — король…
Громкие крики заглушили его остальные слова — на арене сэр Неметон одержал очередную победу.
— Следующий его противник — я, — вздохнул Конно.
— Ты не рад? Помнится, не так давно ты говорил совсем другое! — усмехнулся Роланд.
— Да, — юноша посмотрел на арену. — Но я, кажется, не говорил, что буду бороться до конца?
— Пока нет.
— Так
Еще несколько боев — и рыцарей осталось всего четверо. Роланд, сэр Неметон, Конно и некий лорд Фандорн, рыцарь столь высокого роста и могучего сложения, что выбить его из седла пока не удавалось никому. Злые языки утверждали, что он полукровка, и в его жилах течет не то кровь смертных, не то — о, ужас! — фирболгов. Всем четверым дали несколько минут отдыха, чтобы они могли перевести дух и немного подкрепиться. Пока же на арене зрителей и особенно зрительниц развлекали акробаты и музыканты. Желающие спускались вниз и танцевали, причем среди танцоров было и несколько выбывших ранее рыцарей, сменивших доспехи на светские наряды. Судя по их лицам, они не были столь удручены проигрышем.
Конно зашел в палатку Роланда, уже когда танцы завершались. На юноше не было лица. Он так и оставался в доспехе, в отличие от мужчины, который на время перерыва избавился от шлема, перчаток и нагрудника.
— По жребию я сражаюсь с сэром Неметоном, а вам достался лорд Фандорн, — сообщил он. — Это лучше, чем я ожидал.
— Лучше? — Роланд поежился, вспомнив исполинский рост соперника.
— Да. По крайней мере, так у меня есть хоть какой-то шанс победить. А против лорда Фандорна я бы не смог уцелеть.
— Думаешь, я смогу? — Роланд невольно поискал глазами вход.
— Вы — король, — улыбнулся юноша под забралом, но тут же посерьезнел. — Прошу меня простить! Слышите? Трубы! Мне пора.
Мужчина кивнул и вышел из палатки вслед за ним.
Сэр Неметон облачился в новые, вороненые доспехи, украшенные серебром и чеканкой. Его шлем был в виде расправившей крылья хищной птицы, которая сжимала когтистыми лапами его лицо так, что открытыми оставались только узкая щель глаз и тонкий нос под ними. Плащ его был двойной и обшит птичьими перьями, так что, когда он, пригнувшись к гриве коня, помчался на своего противника, казалось, будто это огромная птица несется вперед.
Противники сшиблись — и оба усидели в седлах.
Вторая сшибка. Грохот. Треск копий. Роланду показалось, что Конно чуть покачнулся, но юноша держался крепко. Оттягивая время, он проехал вдоль трибун, помахивая рукой, и немного задержался возле ложи королевы. Но Мэбилон лишь кивнула головой — взгляд ее блуждал по трибунам. Вот она заметила Роланда, улыбнулась и кивнула еще раз — только ему. Решив, что она что-то задумала, мужчина сорвался с места. Почти волоча на себе пажей, не дававших королю прорваться на арену, он успел задержать Конно за несколько секунд до того, как противники устремились друг на друга в третий раз.
— Будь осторожен, — мужчина коснулся стремени юноши. — Мне
— Вы наговариваете на самую прекрасную женщину в мире, — покачал головой Конно. — В вас говорит ревность. Не надо сейчас, мой король!
— Надо. Ибо я…
Не зная, как признаться в том, что не любит королеву, Роланд покачал головой и в это время прозвучал сигнал.
Всадники понеслись друг на друга. Стоя позади рыцаря, Роланд не сводил глаз с противников. В какой-то миг ему показалось, что сэр Неметон как-то странно дернул копьем вверх, метя не в щит, а в голову юноши. Но он не успел ничего сделать — в следующий миг Конно качнулся в сторону, и наконечник его копья врезался в самый центр щита сэра Неметона.
Прославленный рыцарь дрогнул. Его копье не встретило никакого сопротивления, и он покачнулся в седле, но остался сидеть.
Трибуны заходились в крике. Горнистам пришлось трижды протрубить сигнал прежде, чем установилось подобие тишины, и маршал турнира объяснил, что противникам будет дан еще один шанс. И побежденным будет тот, кто хотя бы покачнется в седле.
Тут только Роланд догадался, что могла задумать королева. Темный рыцарь Конно уже трижды выигрывал поединки именно на мечах. Отменив пешую схватку, Мэбилон лишала юношу шанса на победу. Если только…
Сэр Неметон готовился к поединку в двух шагах от Роланда, и тот, подчиняясь какому-то наитию, направился к его шатру.
— Если что-то случится с мальчиком, я из вас дух вышибу! — выпалил он, не раздумывая.
— Почему? — прозвучал искаженный шлемом сухой голос. Он оказался совсем не таким мелодичным, как у большинства рыцарей-эльфов.
— Вы не знаете, кто я и кто он?
— Вы — мой будущий король, — прокаркал сэр Неметон. — А этот Темный рыцарь…
— Он — принц крови, — промолвил Роланд, вспомнив, что говорил ему Конно о своем происхождении.
Рыцарь-эльф задержал на нем взгляд. По сравнению с воронеными доспехами, его лицо казалось землисто-бледным, и только сине-зеленые глаза горели на нем. Потом в них мелькнул огонек интереса, и сэр Неметон вскочил на коня, не произнеся ни слова.
Ошеломленный своим порывом, Роланд остался стоять, глядя вслед уносящемуся всаднику. Он даже вздрогнул, когда копья ударили о щиты. И не сдержал вскрика, когда всадник в вороненых доспехах накренился, роняя оружие и хватаясь двумя руками за гриву своего коня, чтобы не свалиться на скаку.
Ошеломленный победой, к нему подъехал Конно, почти не таясь, откинул забрало. На юноше не было лица.
— Вы говорили с сэром Неметоном, — это прозвучало, как утверждение, а не вопрос. — Что вы ему сказали?
— Уже не важно. А в чем дело?
— Мне показалось, он мне поддался! Что вы ему сказали?
— Правду. О том, кто ты есть по праву рождения.
— Но зачем? — вскрикнул Конно так пронзительно, что поневоле привлек внимание окружающих фейри. Роланду пришлось придержать юношу, успокаивая. — Зачем вы это сделали?