Джастис
Шрифт:
Она обнимала его шею руками, сжимая лопатки, и не помнила, как поместила туда руки.
– Я причинил тебе боль? – Прекрасные кошачьи глаза сузились от тревоги.
– Это было удивительно.
Он улыбнулся.
– Да. Удивительно.
Джесси притянула его ближе и скользнула своим ртом к его. Он застонал и заставил ее губы открыться его изучающему языку. Наконец, она прервала поцелуй. Их взгляды встретились и задержались друг на друге.
– Мой пыл напугал тебя?
– Я наслаждалась им. Пару секунд было немного болезненно, но
Джастис ухмыльнулся:
– Мне понравилось подчиняться тебе.
Она обернулась:
– Ты сломал изголовье.
Он задрал подбородок, чтоб взглянуть на изголовье, и на его лице появилось комичное выражение.
Джесси не смогла сдержать смех. Он встретился с ней взглядом.
– Не помню, как это произошло.
– Тогда, видимо, напоминать об одеяле не стоит.
Он нахмурился.
Джесси убрала одну руку от его спины и, потянувшись вбок, схватила ладонью набивку одеяла. Она показала ему.
– Ты должен подстричь ногти, милый. Ты разорвал на кусочки постель, но спасибо тебе, что отпустил меня и вцепился в кровать. Мой целехонький зад по-настоящему признателен за это.
Джастис изумленно таращился на пух.
– Я не помню, что делал.
– Я думаю, все твое внимание было сосредоточено на мне.
– Определенно. Ты красивая, Джесси. Я тебе это говорил? – Он всматривался в ее глаза. – Я не видел ничего прекраснее чем то, как ты принимала меня в себя и наслаждалась нашей близостью.
– Это самое прекрасное, что мне когда-либо говорили. – Джесси отвернулась, чтобы посмотреть на часы, стоящие на тумбочке. – Вот, дерьмо! – Она тут же посмотрела на Джастиса: – Уже девять тридцать.
– И что?
– У тебя пресс-конференция.
Джастис побледнел и тихо выругался.
– Я забыл.
Она усмехнулась.
– Я беру свои слова обратно. Вот самое прекрасное, что ты мне сказал. Я заставила царя трудоголиков забыть о работе.
Он засмеялся.
– Останься со мной на ночь. Я приму душ, выйду к воротам, чтобы поговорить с журналистами и вернусь.
Счастье переполняло ее о того, что он не хотел положить конец совместному времяпровождению.
– С удовольствием. У тебя есть еще работа вечером?
Он сместился на ней и вынул все еще твердый член. Сожаление промелькнуло на его лице, когда он отстранился от нее. Он приподнялся и встал с кровати.
– Единственная работа после встречи с журналистами та, которой мы только что занимались. Я думаю, что справлюсь с этим. – Он взглядом прошелся по ее телу. – Ты вселяешь в меня желание быстрее отправиться к воротам и как можно скорее вернуться к тебе. Я постараюсь не задерживаться.
Джесси села на кровать, обхватив руками колени.
– Ты никогда не писал речь.
Он пожал плечами и развернулся к ванной комнате, а Джесси уставилась на его задницу. У него определенно была одна из самых лучших, которую она когда-либо
– Я буду импровизировать. – Он повернулся к двери в ванную. – Хочешь, мы пойдем вместе на конференцию? Если да, то тебе нужно принять душ. Ты вся пропахла мной, если только не возражаешь, что все находящиеся поблизости Виды узнают, чем мы сейчас занимались. – Он усмехнулся. – Я был бы счастлив, если б ты носила мой запах, но я знаю, человеческих женщин раздражает публичность в подобных вещах.
– Я думаю, что останусь здесь, если ты не против. Я не большая фанатка неразберихи с камерами.
Он засмеялся:
– Я тоже. – И исчез в ванной.
Джесси вскочила с кровати и стала изучать ее. С одеялом произошла невероятная история. Она стащила его с матраса и отбросила в сторону. Затем, повернувшись, рассмеялась от вида разодранных простыней. Его ногти вонзались в одеяло, разорвав сквозь него простыни. Откинув их, она снова рассмеялась. Он даже до матраса достал. Нелепая ситуация вновь рассмешила ее до такой степени, что она чуть не плакала.
– Что?
Отдышавшись, Джесси повернулась и увидела, что он уже принял душ, и она была впечатлена его скоростью.
– У тебя есть связи в этом отеле, верно?
– Он принадлежит нам.
– Тебе стоит как-то решить проблему. Ты должен новые простыни и, возможно, новый матрас. – Джастис обратил внимание на кровать. Он уставился на пустой матрас и улыбнулся.
– Оу.
– Я знаю, что произошло с одеялом, и обнаружила, что такая же участь настигла и простыни. – Она засмеялась. – Но ты и матрас изодрал. Я думаю, мы могли бы его перевернуть.
– Я позабочусь об этом, когда вернусь. – Он сверкнул взглядом. – Я быстро.
– Я не могу ждать.
Он мягко замурлыкал, когда оценил ее обнаженное тело с ног до головы.
– Так же, как и я.
– Думай об этом до окончания встречи.
– Мне нужно идти, но я скоро вернусь.
– Чем раньше уйдешь, тем быстрее вернешься. А пока тебя не будет, я приму душ.
– Чувствуй себя как дома.
Она наблюдала, как он вышел из спальни и закрыл за собой дверь. Затем посмотрела на кровать и снова рассмеялась. Она слышала, что вовремя секса ломаются кровати, но он уничтожил ее всю. Если это был невпечатляющий секс, то она вообще не уверена, каким он должен быть.
Она быстро помылась, помня его заявление чувствовать себя как дома. В комоде она нашла одну из его маек и надела ее, как вдруг почувствовала, что хочет есть. Она подошла к двери, чтоб поискать остатки от ужина, но позади нее раздался звонок. Звук шел из ее валявшихся на полу штанов.
Джесси поспешила к мобильному. Вытащив его на четвертом звонке и открыв, увидела, что звонил Тим Оберто. Она со страхом ответила на звонок. Джесси отчаянно надеялась, что никто ему не позвонил и не сообщил, что она проводила время вместе с его боссом, Джастисом Нортом. Если все так, это станет сущим адом, а он звонит, чтоб уволить ее.