Джаг
Шрифт:
Еще один Кавендиш стоял, облокотившись на стойку бара. У него единственного волосы были серебристого цвета.
Неожиданно он повернулся и сказал:
— Смотри-ка, Джаг! Ты уже проснулся? Не стой там, как столб, спускайся! Выпьем по стаканчику!
С глаз Джага словно спала пелена, и он увидел, что бармен являл собой точную копию убитого ножом водителя грузовика, но был почти такой же изможденный, как портье в отеле и шериф.
Подавив в себе желание тотчас бежать отсюда, Джаг медленно направился к бару.
— Ты
Не теряя бдительности, Джаг бросил рассеянный взгляд на тонкую сигару, которой размахивал его визави, а затем пристально посмотрел в лицо разведчика, напрасно пытаясь отыскать в нем какой-нибудь дефект или отличие.
— Почему ты так на меня смотришь? — удивился любитель пыльных дорог.
Воздержавшись от ответа, Джаг прошелся взглядом по окружавшей обстановке. Кроме бесчисленных копий Кавендиша, он выявил два типа девушек: пышную брюнетку с черными, как смоль, волосами и темной, словно корочка хлеба, кожей и роскошную блондинку, три экземпляра которой исполняли неистовый танец на сцене, издавая томные стоны.
Мужская половина была представлена тремя типами ковбоев: низкорослыми и лысыми мужчинами, похожими на водителя грузовика; полными, пышущими здоровьем толстяками и подобием зомби с застывшими глазами дохлой рыбы, с двумя экземплярами которых Джаг уже успел выяснить отношения.
Изучив обстановку, Джаг заметил странную маленькую девочку с огромными зелеными глазами, которая лизала гигантский цветной леденец и буквально пожирала нашего героя взглядом.
— Липнут к тебе женщины! — хохотнул Кавендиш, осушая свой стакан.
— Это же ребенок, — защитился Джаг.
— А может, лилипут, кто знает?
Посмотрев на свой пустой стакан, он громко сказал:
— Э! Патрон, подай-ка мне бутылку вашей бормотухи!
Бармен тоже носил эти странные очки, но они почему-то были вздернуты у него на лоб.
Он взял с полки бутылку с жидкостью, напоминавшей по цвету мочу, и поставил ее перед Кавендишем, бросив подозрительный взгляд на Джага. Чувствовал он себя, казалось, не лучше, чем его братья-близнецы…
Разведчик сорвал пробку зубами и налил два стакана до краев.
— Попробуй, — предложил он. — Не знаю, из чего ее делают, но эта штука мертвого поднимет из могилы.
— Разве ты не должен сейчас дежурить на посту? — резким тоном спросил Джаг.
Кавендиш небрежно отмахнулся.
— Прекрати шуметь, ты испортишь нам весь вечер. Лучше используй его для своего удовольствия. Есть спиртное, сигары, покладистые девочки и… кровати, которые ждут нас на втором этаже. Чего ты хочешь еще?
Джаг прищурил глаза.
— И кто за все это будет платить?
Кавендиш искренне рассмеялся.
— За что платить? Все бесплатно! Ты слышал такое: бесплатно. Нужно сделать только ставку.
Джагу стало страшно, когда он понял, о чем идет речь.
— Ставку?
— На победителя родео, естественно! Я просто не могу пройти мимо такого мероприятия.
— Какую ты сделал ставку, на кого?
— На тебя, разумеется! На кого другого ты хочешь, чтобы я поставил свои деньги?
— Но у меня нет ни цента!
Кавендиш приложил руку к сердцу.
— То, что принадлежит мне, принадлежит и тебе. Ты прекрасно это знаешь, — заверил разведчик. — Я вкладываю деньги, а ты вносишь свое умение. Вдвоем мы заграбастаем все сбережения этих чудиков.
— Ты пытаешься мне втолковать, что записал меня участником родео?
— Именно так! Все ставят только на чемпиона города, некоего Голдена или Голдмана…
— Голди, — поправил Джаг.
— Да, Голди, если тебе так хочется.
— Больше всего мне хотелось бы, чтобы ты никуда меня не записывал, предварительно не посоветовавшись со мной. Ты спятил, что ли?
— Это не вялый мустанг, а дикий бык нагнал на тебя столько страха, — перешел в наступление разведчик.
Джаг сокрушенно покачал головой.
— Что ты несешь? Нет, я, должно быть, вижу сон! Мы натыкаемся на пустынный город, который оживает только ночью, гора трупов растет, половина клиентуры салуна похожа на тебя так, что невозможно отличить, где ты — настоящий, а где — твоя копия. А ты, все, до чего ты додумался, это записать меня в участники родео!
Привлеченные повышенным тоном разговора посетители салуна повернули головы в сторону двух разгоряченных спором мужчин.
Смутившись, Джаг прекратил свои упреки, ожидая, когда уляжется всеобщее любопытство.
— Допивай поскорей и убираемся отсюда! — прошипел Джаг. — Уносим ноги, пока еще не поздно.
В этот момент к ним подошли брюнетка и блондинка.
— Ну что, ковбои, ведете мужские разговоры? — прошептала блондинка, положив руку на бедро Джага.
— Не думаете ли вы, что наверху вам будет удобнее? — кривляясь, сказала брюнетка. — И для беседы, и для чего-нибудь другого…
Не желая того, Джаг запустил свой взгляд в головокружительное декольте блондинки. Приятное тепло, разлившееся в его чреслах, сменилось сильнейшим электрическим разрядом, когда пальцы с карминовыми ногтями скользнули по внутренней стороне бедра. Его охватило пламя желания, и он сам направился к лестнице.
Глава 5
Весь сок, скопившийся в венах Джага за многие недели езды на лошади, казалось, превратится сейчас в расплавленный свинец.
Не произнеся ни слова, блондинка разделась и опрокинулась на кровать, широко раздвинув ноги и раскинув в стороны руки, словно принося себя в жертву.
С рвущимся из груди сердцем, потеряв голову от желания, Джаг, однако, не спеша обошел комнату и так же неторопливо начал толкать пузатый комод к двери.
— Переезжаешь? — пошутила блондинка.