Джаг
Шрифт:
— Это я так выражаюсь… — ответил Джаг, поднося к глазам бинокль.
— Стена или не стена, но здесь что-то много неясного, — пожал плечами Родди.
Джаг протянул ему бинокль.
— Внимательно посмотри на землю на линии последнего звена гусеницы танка, — посоветовал он.
Негр ничего не обнаружил и зло выругался.
— Смотри лучше, — потребовал Джаг.
Покрутив верньер наводки на резкость, негр в конце концов заметил…
— Такое впечатление, что пустыня не везде одинакова по цвету.
Армиан тоже навел бинокль на
— Да, это так! Слой слизи заканчивается точно на линии последнего звена… Дальше пошло что-то менее пенистое и более белое… — несколько секунд он колебался, а затем добавил: — Это снег.
Негр покрутил указательным пальцем у виска.
— Снег здесь? — хохотнул он. — Ты в своем уме? В этих краях не выпало ни одной снежинки с тех пор, как здесь обосновались мои предки. А это было очень давно. И никогда раньше снега тут не было. Что ты несешь?
— Он говорит правду, — сказал Джаг. — Это действительно снег. Я готов спорить на что угодно.
Не скрывая раздражения, Родди в сердцах швырнул ружье в белую пену.
— Каких только глупостей я не наслушался, но такие слышу первый раз в жизни! Вы хоть знаете, какая здесь температура воздуха днем? Тридцать градусов! И при этом солнце закрыто облаками! Где вы видели снег при таком климате?
Отняв бинокль от глаз, Армиан оставил его висеть на своей чахлой груди. У него был задумчивый вид, но глаза лихорадочно блестели.
— Эти танки появились из другого времени, — заявил он, пристально вглядываясь в линию бронированных монстров.
Он смотрел на них как зачарованный.
Джаг и Родди недоуменно взглянули на него, не совсем уверенные, что все правильно поняли.
— Что ты такое болтаешь, Кузнечик? — пробормотал неф.
— Я говорю, что эти танки появились из другого времени, — убежденно повторил Армиан.
Негр нахмурился, долго чесал затылок, потом поднял глаза к небу.
— Если хочешь знать мое мнение, парниша, уже пора менять фильтр. Джаг, это относится и к тебе. Когда начинают видеть снег при тридцати градусах выше нуля, это говорит о том, что мозги начинают плавиться.
Армиан пожал плечами и возразил:
— Это единственно правдоподобное объяснение, даже если оно кажется тебе безумным. Танки появились из прошлого и не принадлежат сегодняшнему дню.
— Каким образом? — заинтересованно спросил Джаг.
— А почему не из будущего? — ухмыльнулся Родди.
— Потому что эти машины устарели. Они — отражение старой эпохи.
— Но как они оказались здесь и именно в таком построении? — спросил Джаг.
Армиан ответил, не задумываясь:
— Речь, вероятнее всего, могла бы идти о трещине во времени, — установилась мертвая тишина, которую Кузнечик сам же и нарушил: — О разрыве пространственно-временного континуума, если это вас больше устраивает.
Негр сочувственно посмотрел на него.
— Меня ничего не устраивает и особенно — несуразные объяснения! Разрыв произошел в твоей голове! Это точно! И боюсь, что никакие фильтры
Жестом руки Джаг поставил в споре точку, заставив гиганта замолчать.
— Продолжай! — потребовал он, обращаясь к Кузнечику. — Выскажи свою мысль до конца!
Армиан медленно покачал головой и, подбирая слова, заговорил:
— Время — это бесконечная череда мгновений! Таким мы его воспринимаем… Но в действительности оно сравнимо с вещами, окружающими нас… Оно связано с пространством, с движением… В принципе его нужно рассматривать как четвертое основное измерение. Мы знаем длину, высоту и ширину. К этому мы должны присовокупить время, которое тоже относится к параметрам существования материи…
Джаг, словно околдованный, слушал Армиана. Ему не всегда удавалось понять смысл того, о чем говорил Кузнечик, но он обнаружил в себе жажду знаний, которые — какие тут могут быть сомнения! — просто не способны навредить человеку. Возможно, старый Патч не был достаточно подкован в этом плане… Хотя, если хорошенько поразмыслить, то Джаг смог добраться сюда лишь благодаря знаниям, полученным от старика. Армиан был почти одного возраста с Джагом, но он всегда жил в безопасности и не испытывал необходимости драться с противником не на жизнь, а на смерть. Таким образом, их знания могли дополнить друг друга. Джаг знал технику борьбы, приемы выживания, а парнишка…
Дойдя в мыслях до этого момента, он отметил, что все время считает Армиана подростком, тогда как они почти одногодки.
— Как только начинаешь рассматривать время, как обычный параметр, все становится более понятным, — продолжал Армиан. — Время материально, почти осязаемо, и вполне можно допустить возможность катастрофы. Например, сдвиг или трещина…
— Понадобится черт знает какое количество всякого материала, чтобы заделать эту щель, — ухмыльнулся Родди.
— Откуда же все это на нас свалилось? — спросил Джаг.
Армиан наморщил лоб.
— Я могу это объяснить только падением орбитальной станции…
— Она упала на западной окраине! — пожав плечами, сказал негр.
— Я предлагаю лишь гипотезу, но пренебрегать ею не стоит. Я читал истории, в которых описывались приблизительно такие же ситуации. Только в данном случае происходит обратное: все исчезает, попадая в некую брешь.
— Получается, что эти танки исчезли из прошлого? — с недовольным выражением на лице спросил Родди.
Пожав плечами, Армиан показал на стену из танков и произнес:
— Этим танкам, как минимум, лет сто и, естественно, делать им здесь нечего, тем не менее, они как ни в чем ни бывало стоят перед нами, — он сделал паузу и продолжил: — Нельзя исключать и такую возможность: разведчики предыдущих групп не погибли, а просто оказались по другую сторону временной трещины.
— Где, где? — удивился Родди.
— По ту сторону трещины.
— И что же за ней есть? — занервничал негр.
Армиан протяжно вздохнул, и стекла его противогаза тут же запотели.