Дзенин
Шрифт:
– Ладно, – обреченно согласился полковник. – Ждите.
Через полчаса он был уже в больнице. Девушка выглядела еще хуже, чем в прошлый раз. К болезненной худобе и синякам добавилось совершенно безумное выражение лица. Полковник уже пожалел, что приехал, но, поздоровавшись, присел на край кровати и положил пакет с фруктами. Девушка, не отрываясь, смотрела ему прямо в глаза.
– Вы один? – почему-то шепотом спросила она, заглядывая ему за спину.
Федоров медленно
– Один, – ответил он и тоже перешел на шепот. – А почему шепотом?
– Я боюсь, – девушка худыми пальцами вцепилась ему в руку.
– Кого?
– ЕГО!
Полковник неожиданно для себя дернулся, как будто его ударили током, и снова огляделся.
– Он что, был здесь? – встревожено спросил он девушку, уже примерно понимая, о КОМ идет речь.
– Конечно, – девушка удивленно подняла брови. – Вместе с Вами!
– Понятно, – Федоров осторожно отнял руку. – Так о чем же Вы хотели поговорить?
– Выпустите меня отсюда, – умоляюще захныкала девушка. – Мне здесь очень плохо.
– Зато безопасно, Вас здесь охраняют.
– Кто? – усмехнулась девушка. – Этот ваш военный? Разве он может защитить меня от НЕГО?
– Вас кто-то может защитить лучше?
– Да, – утвердительно кивнула девушка. – Бог! Я уйду в монастырь.
– Что ж, – немного подумав, ответил Федоров. – Пожалуй, для Вас это выход. Но сейчас Вам все равно необходимо пройти курс лечения, и это зависит уже не от меня.
– Да, меня считают сумасшедшей, – она утвердительно кивнула, а потом, хихикнув, прижала руки ко рту. – А! Я поняла. Вы заодно.
– Заодно с кем, – удивился Федоров. – С врачами?
– Заодно с НИМ!
Фёдоров покачал головой, устало взирая на вытянутый в свою сторону кривой от худобы палец собеседницы.
– Ладно, – хлопнул он себя по колену. – Мне, пожалуй, пора. А Вы подумайте вот о чем. Если бы я был заодно с возможным убийцей, Вы, как свидетель, были бы уже мертвы. До свидания.
Он поднялся и направился к выходу.
– Но ведь это был ОН! Тот, с которым Вы приходили, – услышал он за спиной.
– Что? – обернулся полковник.
– Ну тот, Чернов или Черных. Это был он, там, в бассейне!
Фёдоров растерялся, не зная, что и подумать.
– Вы что, его опознали? – на всякий случай, спросил он.
– Не знаю, я не уверена, – девушка опустила взгляд. – Но у него были такие же нечеловеческие глаза.
– У кого, у Чернова?
Она снова кивнула. Федоров застыл на пороге в растерянной позе.
– Спасибо за информацию, – он не нашел ничего лучшего для ответа. – Мы примем это к сведению. Отдыхайте.
Он медленно закрыл за собой дверь.
– Выпустите меня, пожалуйста! – доносились из палаты рыдания больной. – Я здесь умру!
– Вот, что, – он обратился к прапорщику. –
Федоров приподнял палец, вроде бы оборвав фразу. Но впитавший дух «конторы» прапорщик сразу все понял и многозначительно кивнул, озираясь по сторонам.
– Да, и вот ещё что! – добавил полковник, уже почти уходя. – К объекту никого из посторонних не пускать. Слышите, никого! Даже из нашего ведомства. Только с моего личного распоряжения. Это приказ!
Черный «Мерседес» одиноко стоял на окраине города, в одном из серых промышленных районов, и проливной дождь упрямо полировал его и без того блестящие бока. В салоне трое мужчин молчаливо наблюдали за тем, как автомобильные дворники, включенные на режим с паузой, лениво стряхивают воду с ветрового стекла. Снаружи ночная темнота изредка озарялась вспышками далеких молний.
– Зря сидим, шеф, – не поворачивая головы, нарушил долгую тишину водитель. – Он не придет. Смотрите, какой ливень!
– Подождем ещё. Он сам назначил встречу. И бабло у нас. К тому же, любопытно взглянуть на этого артиста. Очень уж тонко он работает. Ох, тонко! Необычно. Тебе, к примеру, Васёк, до него не дотянуться, как ни старайся.
– А не моё это дело, – обиделся Васек. – Я охранник и свою работу знаю.
– А фигурант Ваш явно из какой-то конторы, – добавил он, обернувшись, отчего из-за отворота куртки показалась торчащая рукоять пистолета. – ГРУ там, или ФСБ. По почерку видно.
– Да, Петрович? – «шеф» обратился к третьему, до сей поры молчавшему пассажиру. – Не ваш ли это фрукт?
– Кто ж его знает, – задумчиво ответил Петрович. – Хотя вряд ли. Что-то я не слышал о таких «талантах».
– Ты, видать, много чего не слышал. Ты в каком звании уволился? Подполковника? Ну и не дорос еще…
«Шеф» вдруг осекся на полуслове из-за хлопнувшей двери. В мгновение ока в полутемном салоне оказался какой-то человек в черной кожаной куртке, надетой поверх темно-серой толстовки с капюшоном, надвинутом на глаза. Таким образом, чтобы нельзя было разглядеть лица, особенно с учётом манеры мужчины держать голову, слегка наклонив.
– Не оборачиваться! – он придержал рукой за плечо пытавшегося оглянуться Петровича. И приказал водителю. – Переведи зеркало заднего обзора в ночной режим! Свет не включать!
– Ты тут не командуй, – начал было Васек, но «шеф» остановил его.
– Делай, что говорят! Ты его уже прозевал.
– Деньги здесь? – мужчина положил руку на кейс, лежавший на заднем сидении. И не дожидаясь ответа, одним движением бросил его себе на колени. Он так и не повернулся к собеседнику. Приоткрыв на секунду «дипломат», мужчина уже схватился за дверную ручку, собираясь уходить.