Дзен-софт
Шрифт:
— Нет. Просто гуляю.
— Хорошо. Я тоже просто гуляю.
В это верилось с трудом. Гудвин думал, что Лейла следила за ним и выбирала момент для начала беседы. В конце концов, она обещала, что потом поговорит с ним и, возможно, это самое «потом» наступило сейчас.
Так он ей об этом и сказал:
— А я думал, что ты искала меня.
Девушка чуть улыбнулась, в глазах ее появился хитрый блеск, и она покачала головой. Означало это покачивание «да, ты угадал» или, быть может, «смотри, какой самонадеянный» — Гейт так и не понял.
— Тебя не так трудно найти, как
— Хорошо.
Девушка убрала руку с плеча Гудвина, но все время, пока она шла рядом, иногда слегка касалась ладонью или кончиками пальцев руки спутника, и тогда у него пробегали по телу электрические мурашки и становилось немного не по себе. В лучшем смысле этого выражения.
Они разговаривали на ходу. Для тех, кто в курсе, это наилучшая среда для беседы. Толпу невозможно подслушать — она слишком сильно гудит фоновым сопровождением. Толпа вряд ли подслушает — она слишком быстро течет и меняется. В толпе тебя нельзя отследить — она слишком обширна, бежит по улицам, будто река, во всех направлениях сразу.
— Почему ты думал, что я буду искать тебя?
— Ты сказала, что нам еще есть о чем поговорить.
— Только поэтому?
— Да, — кивнул Гудвин, поколебавшись.
— Ты нашел еще одного врага? — спросила девушка.
— Его зовут Менгил Кройфт. Он работает в Джи-Банке. Начальник службы компьютерной безопасности.
— Что ему надо от тебя?
— Деньги он уже забрал. Теперь хочет узнать, что происходит. Такое ощущение, что им движет любопытство, а еще он любит играть чужими жизнями.
— Как ты его отследил?
— Не важно.
Лейла остановилась, и то же самое пришлось сделать Гудвину. Они замерли, образовав неподвижный островок в русле толпы. В ярком, постоянно меняющемся свете неоновых реклам, подкрепленном бликами от проносящихся мимо мобилей, лицо девушки завораживало. Световые пятна складывались в узор, и наличие в нем тайного смысла не обсуждалось. Он там был, без всяких сомнений.
— Не хочешь делиться секретами — не делись. Твое право. А вот мне стоит поделиться с тобой чем-нибудь, я ведь обещала.
— Это не обязательно.
— Обещания следует выполнять, таковы правила.
— Какие правила?
— Правила жизни. Те правила, что делают нас людьми, теми, кто мы есть.
— И что же ты собираешься рассказать? — Гудвин замер. Ему на мгновение почудилось, что умение находить информацию в сети и перемещаться по всему миру с помощью одной лишь силы мысли ничего не стоит. В данный момент даже ЭлБа не могла сделать того, что ему хотелось. Заглянуть в мысли Лейле.
— Я действительно искала тебя.
— Зачем? Хочешь получить долг? Я еще не нашел денег.
— Нет, — покачала головой девушка. — Просто мне хотелось найти тебя, Гудвин Гейт.
— Иногда мне тоже хочется найти самого себя, — пробормотал Гудвин. Однако, судя по взгляду Лейлы, это было совсем не то, что она надеялась услышать.
— По-моему, ты слишком заигрался, — сказала она, после чего очень быстро, так что Гудвин
Еще несколько мгновений спустя она растворилась в толпе.
Гудвин не стал ее догонять. Он хорошо знал, что это невозможно. И еще ему подумалось, что они наверняка встретятся в будущем.
6
Башня объединяла множество функций. Ее использовали в качестве самого популярного места для встречи, ею любовались ищущие просветления и неизобретательные влюбленные, не придумавшие иного места для свиданий, кроме скамейки на краю центральной площади. Рядом с ней читали лекции, здесь же одержимые раздавали религиозные проспекты, а официальные дилеры торговали лицензированным дзен-софтом. Возле Башни собирались толпы по будням и праздникам поглазеть на казни и вознесения, посмеяться над несчастными и помечтать о Рае.
Полмесяца назад она казалась Гудвину не менее великой и ужасной, чем его тезка. Теперь же Башня представлялась бесполезным нагромождением стекла и бетона, нелепым, как высокий бумажный колпак на голове у клоуна. Она по-прежнему задевала его душу — словно больной зуб, который не дает о себе забыть, тянет и дергает щеку, а если его не успокоить лекарствами, прорастает струйками раскаленного металла в лицевые нервы и обнимает половину головы. Невозможно спокойно смотреть на место, где тебя убили.
Но прежнего уважения Башня уже не вызывала. Не давила незыблемостью и авторитетом. Ведь все религиозные и моральные постулаты, на которых держалась эта громадина, для Гудвина рассыпались в прах. А простого бетона уже не хватало для придания особой значимости главному зданию в городе. Оно теперь годилось разве что в качестве средства передвижения. Ничем не важнее заводской трубы в Биосе.
Гейт сидел в баре на краю площади и медленно тянул через трубочку коктейль с малиновым ликером. «Насыщенный цвет и яркий синтетический вкус!» — гласила рекламная строка над барной стойкой. В высоком стакане кружились серебристые шарики пузырьков, а мысли Гудвина вращались вокруг Башни — единственного строения в Новом Вавилоне, которое насквозь пронзало его серое небо.
Перспективы здесь выглядели не так радужно, как в Биосе. Днем и ночью на площади дежурили патрули. Если ради того, чтобы провести по внешним секторам одного несчастного Гейта, задействовали с десяток законников, что же творится во внутренних помещениях, где ведется подготовка к вознесению?
— Это вам не с зомби махаться, — пробормотал Гудвин и подул в трубочку. Малиновая жидкость забурлила.
Нет, можно было, конечно, пустить впереди себя Крис, а самому напялить два слоя защиты от пуль, иголок и лазера и, надеясь, что случайно не заденут, ползти в арьергарде. Но, во-первых, сегодняшнему Гудвину такое поведение претило — ему надоело убегать и прятаться за чужой спиной. Причем, что самое обидное, женской. А во-вторых, ресурс прочности демонов не бесконечен, как показали последние события. Тут следовало не полагаться на экспромт, а придумывать действенный план, хотя бы немного безопасный для его участников.