Дьюма-Ки
Шрифт:
— Только не навсегда, — вставил Уайрман, и я знал, что он думает о маленьких следах. Не говоря уже об утопленнике в моей гостиной.
— Да, — согласился я, — не навсегда.
Вновь задул ветер, на этот раз с такой силой, что чем-то швырнул в стену дома, выходящую на Залив. Мы аж подпрыгнули.
— А как Персе добралась до Эмери Полсона? — спросил Джек.
— Не знаю, — ответил я.
— А Адриана? — спросил Уайрман. — Адриана тоже попала к Персе?
— Не знаю, — ответил я. — Возможно. —
— Мы не видели Адриану, — напомнил Уайрман. — Вот в чём дело.
— Пока не видели, — уточнил я.
— Но маленькие девочки утонули… — Джек, похоже, не хотел, чтобы оставались какие-то неясности. — Эта Персе заманила их в воду. Или что-то.
— Да, — кивнул я. — Или что-то.
— Но потом начались поиски? Появились посторонние?
— Да, Джек. Не могли не появиться, — ответил Уайрман. — Люди знали, что девочки пропали. Например, Шэннингтон.
— Это мне понятно. Об этом я и говорю. Получается, Элизабет, её отец и няня никому ничего не сказали?
— А у них был выбор? — спросил я. — Разве мог Джон Истлейк сказать сорока или пятидесяти добровольцам: «Фарфоровая ведьма забрала моих дочерей, ищите фарфоровую ведьму»? Он мог даже этого и не знать. Хотя в какой-то момент наверняка выяснил. — Я подумал о картине Элизабет, на которой Джон кричал. Кричал и истекал кровью.
— Согласен, выбора у него не было, — кивнул Уайрман. — Но я хочу знать, что произошло после завершения поисков. Перед тем как умереть, мисс Истлейк говорила о том, что её нужно утопить, чтобы она снова заснула. Она говорила о Персе? Если да, как это может сработать?
Я покачал головой.
— Не знаю.
— А почему ты не знаешь?
— Потому что остальные ответы — на южной оконечности острова, — отозвался я. — В первом «Гнезде цапли». И я думаю, что Персе тоже там.
— Понятно, — кивнул Уайрман. — То есть если мы не намерены спасаться с Дьюмы бегством, нам не остаётся ничего другого, как отправиться туда.
— Учитывая произошедшее с Томом, выбора у нас нет, — согласился я. — Я продал много картин, и в «Скотто» не смогут держать их до скончания века.
— Выкупите их, — предложил Джейк. Как будто я сам уже не подумал об этом.
Уайрман усмехнулся.
— Многие владельцы не захотят их продавать даже за двойную цену. Их не убедит и такая история.
С этим спорить никто не стал.
— Но она не так сильна днём, — нарушил я паузу. — Предлагаю выехать в девять утра.
— Меня устраивает. — Джек встал. — Приеду без четверти девять. А сейчас собираюсь перемахнуть мост и вернуться в Сарасоту.
Мост. У меня возникла идея.
— Ты можешь остаться здесь, — предложил Уайрман.
— После такого разговора? — Джек вскинул брови. — При всём уважении к вам, ни за что. Но завтра я приеду.
— Форма
Джек уже направлялся к двери. Теперь обернулся.
— У тебя, часом, нет творений Эдгара?
— М-м-м… ну…
— Выкладывай. Чистосердечное признание облегчает душу, companero.
— Один рисунок. — Джек переминался с ноги на ногу и, как мне показалось, покраснел. — Ручкой, чернилами. На обратной стороне конверта. Пальма. Я… э… как-то вытащил его из мусорной корзинки. Извините, Эдгар. Поступил нехорошо.
— Всё нормально, но сожги его. Может, я дам тебе другой. После того, как всё закончится.
«Если закончится», — подумал я, но добавлять не стал. Джек кивнул.
— Ладно. Подбросить вас до «Розовой громады»?
— Я останусь с Уайрманом, — ответил я, — но сначала мне надо вернуться в «Розовую громаду».
— Можете не говорить, — улыбнулся Джек. — Пижама и зубная щётка.
— Нет, — покачал я головой. — Корзинка для пикника и эти серебряные гар…
Зазвонил телефон, мы переглянулись. Думаю, я сразу понял, что новости плохие. Почувствовал, как засосало под ложечкой. Раздался второй звонок. Я посмотрел на Уайрмана, но Уайрман смотрел на меня. Он тоже всё понял. Я взял трубку.
— Это я. — Голос Пэм, мрачный и печальный. — Крепись, Эдгар.
Когда кто-то произносит такие слова, всегда хочется застегнуть воображаемый ремень безопасности. Но толку от этого мало. Редко у кого есть такой ремень.
— Выкладывай.
— Боузи я застала дома и передала всё, что сказал мне ты. Он начал задавать вопросы, что неудивительно, но я сказала, что тороплюсь, да и ответов у меня нет. Короче, он согласился выполнить твою просьбу. Со словами: «Ради старой дружбы».
Под ложечкой засосало сильнее.
— Потом я позвонила Илзе. Не знала, смогу ли застать её, но она только что вошла. Голос звучал устало, но она вернулась домой в полном здравии. Завтра я позвоню Линни, когда…
— Пэм…
— Уже подхожу. После Илли я позвонила Кеймену. Кто-то ответил после второго или третьего гудка, и я начала всё излагать. Думала, что говорю с ним… — Пауза. — Но трубку снял его брат. Сказал, что Кеймен по пути из аэропорта заехал в «Старбакс», чтобы выпить чашку кофе с молоком. Когда стоял в очереди, у него случился сердечный приступ. «Скорая» отвезла его в больницу, но это была лишь формальность. Брат сказал, что Кеймен умер на месте. Он спросил, почему я звоню, а я ответила, что теперь это не имеет значения. Правильно?