Дыши
Шрифт:
– Не сейчас… Очень много работы, ты же знаешь.
– Работа никуда не убежит. Давай в четверг вечером улетим, куда ты хочешь?
Я шокировано уставилась на мужчину.
И это мне предлагает тот, кто никогда прежде не пропустил ни одного рабочего дня! Реабилитация и длительный больничный, слишком колоссально, повлияли на Пашу.
– Посмотрим… - устало ответила я, понимая, что просто так он не отстаете.
Мне очень любо его предложение, однако: всему свое время.
Пусть для начала полностью оправиться
– Почему ты не предупредил меня?
Сухо спросила я прогартывая новостную ленту на сенсорном экране.
Паша на секунду замер, а после продолжил скользить ракой по моему бедру.
– Не понимаю о чем ты.
– … Настя. Было неожиданно, когда она тебя сопровождала, а не я.
– Ты ревнуешь?
– взбодрился он и с хитрой ухмылкой прильнул к моей шее. Его прохладный кончик носа таки терся по моей коже, вызывая приятные ощущения.
– А ты?
– заглянула ему в глаза, склонив немного голову вниз.
– Я?
– Ты.
– Всегда.
– Тогда твоя реакци… Что-о?
– удивилась я.
Ответ я ожидала совсем другой, что-то вроде: «Нет, я не ревную!» или «Это не для меня!», но он с серьезным выражением лица, снова повторил свой ответ.
– … когда ты стояла с акционерами, я еле сдержался, чтобы не швырнуть в лицо одному из них, бутылку с ликером.
Я ошарашенно приподняла брови.
– Не улыбайся так другим. Меня это нервирует, а ты знаешь, каким я могу быть, когда меня кто-то бесит.
Еле сдержалась, чтобы не расхохотаться во весь голос.
Паша выглядит как обиженный и в тоже время очень сердитый кот.
– Если бы кое-кто был рядом - этого бы не случилось.
Он ехидно ухмыльнулся и приблизился в плотную, прильнув к моим губам. Жадно так, нетерпеливо, поцеловал, что по моему телу начало разливаться тепло, а руки сами собой обвили его шею.
Начальник немного прикусил мою нижнюю губу, поддавшись вперед, а его рука проскользнув под шорты, легла на мою ягодицу.
– О-ой!
– за нашими спинами воскликнул удивленный, женский голос.
– Не смотрю! Я не смотрю…
Перепугавшись, я оттолкнула Павла от себя и оправила шорты до нужной длинны. Начальник наоборот, довольно скалился зачесывая растрепанные волосы назад.
– Мам, заходи. Не бойся… Юля так настойчива бывает, иногда….
Что!?
От его нахального, лживого оправдания, моя челюсть поползла вниз, а уши во всю горят синим пламенем.
– П-паша!
– шипела я.
– Ты… меня… - пока Валентина делала вид глубокой занятости и поисками чего-то там, я вскочила с места и извинившись выскользнула из помещения.
– Сына!
– шипела Валентина, а затем последовал глухой звук удара.
– Прекрати Юленьку….
Остальное я не слышала, так как быстро взбегала по ступенькам
Вот же паразит!
Сердце барабанит, что ненормальное, а щеки жарко пылают.
«Хлоп!»
Подняла глаза на Павла, когда тот появился в мое кабинете. Молчаливый, задумчивый такой.
Выжидающе уставилась на мужчину.
– …Юлия Васильевна меня не устраивает ваше поведение.
Мои брови поползли вверх от услышанного, а усмешка сама-собой вырвалась наружу.
Прошло уже несколько дней после того смущающего утра, когда я тихо сбежала нагло солгав о невероятно-важных делах. На самом деле я просто решила немного помучить Исаева, сбежав от него на целые выходные к Машке. Настя мне до сих пор не дает покоя, но сказать ему об этом я не могу.
Подруга настойчиво советовала поговорить с мужчиной, но я, как упертый барашек, посильнее стиснула зубы.
Девушка мне конечно не нравится, но она ведь ничего пока не сделала… Возможно я просто зациклилась на незначительных мелочах… вдруг она сама по себе такая раскрепощенная и общительная, а ещё очень сексуальная и из-за этого я вижу в ней потенциальную соперницу?
Исаев только-только вступил в новую должность, а без секретаря будет очень тяжко… Так что я мысленно дала себе и Паше небольшую отсрочку. Если она начнет перебарщивать со своей раскрепощенностью, придется сказать Исаеву всё, что я о ней думаю.
– Павел Григорьевич… - устало зажала пальцами свою переносицу и спустя несколько секунд подняла глаза на мужчину.
– Почему?
Он, буравя взглядом, возвышался надо-мной стоя напротив стола.
Как всегда - «с иголочки» одет и как всегда - недовольный взгляд.
Белоснежная рубашка и темный галстук, простой, но наверняка дорогой кожаный ремень и легкий аромат розмарина. После аварии, мужчина слегка отпустил щетину и она ему чертовски идет.
– … Юля?
– Что?
Он прищурился и подозрительно склонился над столом, приближаясь ко мне, а я наоборот, инстинктивно, отпрянула назад облокотившись на спинку кресла.
– Что с тобой происходит?
– Ничего?
– Ничего?
– переспросил Исаев приподняв бровь.
– Совсем… Всё хорошо. Так чем моё поведение тебе не нравится? Все работают исправно, я так же стараюсь…
– Юля?
Прервал он меня и теперь пришла моя очередь вопросительно выгнуть бровь.
– Ты где витаешь?
– Не витаю я нигде…
– Тогда почему взгляд отводишь? Почему не слушаешь меня?
Паша присел на краешек стола и ястребиным взглядом прошелся по мне ещё раз.
Я поежилась и виновато улыбнулась.
– Прости… Готовлюсь к отъезду.
– Какому?
– Командировка наметилась. Генеральный отправляет на неделю меня и ещё несколько человек. Скажем это что-то вроде программы «Ревизорро», а я в роли ведущей.