Дыроколы
Шрифт:
— Это ты о камни дорожки приложился, дружок, когда брякнулся с высоты после выстрела — посочувствовала мне Береслава.
Девушка выглядела как обычно, и всё же от обортня-Хранителя её отличало не столь платье, сколь необычайно живые и лучистые глаза. Они у неё были, как в песне: два брильянта в три карата, и сей факт меня немного успокоил. Да, в чувство меня привела настоящая Бересла ва, а не слизняк, к бабке не ходи!
Я попытался улыбнуться, но мышцы лица словно одеревенели.
— Где мы? — прошептал я.
— Смотри сам! — усмехнулась русинка.
Я с трудом вгляделся сквозь утихающую пургу
— Ничего не вижу! — буркнул он.
— Слепота скоро пройдёт! — приободрил его Пересвет.
— Где Рома? Он жив?
— Жив! — отозвался я, — Сижу рядом, по правую руку…
— А Антон?
— Его нигде не видно! Ему тоже досталось по полной!
— Вот гады!
— Потише с эмоциями! — обеспокоился Пересвет.
— Что это рокочет вокруг? — попытался всмотреться в окружающий мир Макар.
Только с вопросом товарища я обратил внимание на странный шум, похожий на говор многоголосой толпы, доносившийся отовсюду.
Конечно, "Боксёр" спас меня от всеобьемлющего паралича организма. Заряд "Умёрт вия", как я помнил, угодил мне в плечо и нанёс минимальный ущерб здоровью. Выстрел не был смертельным! Убивать меня Лже-Береслава не собиралась — это очевидно. Так же и с Сергее вым. Хотя луч поразил Макара в грудь, что являлось несравненно более тяжёлой формой ране ния по сравнению со мной, прикончить его в её планы также не входило. Мы были нужны Хра нителям живёхонькими и относительно здоровёхонькими, что собственно в данный момент и наблюдалось. Однако, частично поражённые при выстреле такие важные органы Сергеева как легкие и сердце, требовали, естественно, несколько длительного периода реабилитации, чем моё плечо.
Поэтому я стал для Макара эдаким повыдырём при слепом. Ещё раз осмотревшись, я
вдруг с ужасом осознал, что нас окружает целая толпа Хранителей!
Студней-слизняков насчитывались сотни — сотен! А то и тысячи — тысяч!
И откуда они только взялись на нашу голову? Где всё это время прятались? Может быть слетелись позже, пока мы прозябали в беспамятстве?
— Они хоронились до времени под "островом", — прошептала мне на ухо Береслава, словно прочитав мои мысли, — Вы угодили в их классическую западню! Не расстраивайся! Ещё не родился человек, сумевший перехитрить Хранителей!
В этот миг из толпы студней-слизняков к нам подскочила торжествующая лже-Бересла ва в потрёпанном "Боксёре". За ней, как на привязи, тащился её напарник — лже — Пересвет. Оборотениха отпихнула от меня русинку плечом. Размахнувшись "Умёртвием", чортова бестия пребольно саданула меня ногой под бок и с усмешкой Мегеры прошипела:
— Чего расселся, как депутат в госдуме? Давай, шагай в КРУГ! — она схватила меня за шиворот, поставила на ноги и подтолкнула в спину стволом, направив в сторону наших десятерых "дика рей", сидящих в позе лотоса правильным кругом посреди площади. Странно, что я их прежде не заметил. Впрочем, ранее ребят загораживала толпа Хранителей, которые, повинуясь незримо
Досталось и Макару. Он тоже получил от неё ощутимый пинок, грязно выругался и поплёлся вслед за мной к "зелёным", которых Хранители действительно усадили в кружок, чередуя по полам: парень — девушка, девушка — парень. Но круг оказался разорванным — два свободных места ждали своих претендентов…то есть нас с Сергеевым!
Но не Хранитель под личиной Береславы заставил меня броситься к ребятам. В разры ве круга я вдруг отчётливо увидел в его центре лежащего на спие Антона, который издали казал ся полиловевшим маникеном. Забота о нуждающемся в помощи друге всколыхнула всё моё человеческре естество. И плевать мне было, как отреагируют на мою прыть Хранители.
Главное — умирающий Антон!
Я примчался к нему словно ветер или ураган! Макар еле поспевал за мной. Первое впечатление меня не обмануло: атлант действительно умирал! И это было невыносимо видеть. Словно от меня отрезали наживую часть моей плоти. Боевой костюм не спас атланта. В его груди зияла кровавая, обуглившаяся рана. Она нещадно смердила, розовые пузыри надувались и лопались, разбрызгивая во все стороны шипящие капли, которые источали тошнотворный запах.
Антон продолжал цепляться за жизнь. Золотистая кожа посерела, черты лица заметно заострились, но слабая улыбка не покидала его губ. Грудь судорожно вздымалась, в уголках рта скапливалась бледно-розовая пена…Он косился на сидящих вокруг "зелёных" ободряющим взглядом и пытался что-то сказать им, как-то успокоить…
Те в свою очередь смотрели на Антона печальными глазами, все девчонки до одной лили безмолвные слёзы. Хранители, твари, специально положили умирающего Антона в круг,
что бы сделать "зелёных" попокладистей, напугать и заставить работать на себя. Мол, в случае отказа, вас ждёт то же самое… С-су-уки!!!
Я опустился перед другом на колени и обернувшись к Хранителям, с мольбой заорал:
— Что вы стоите, изверги! Сделайте хоть что нибудь! Это же в ваших силах! Спасите жизнь моему другу!
Хранители ответили равнодушным молчанием.
Одна лже-Береслава, подойдя к нам, закатилась гомерическим хохотом:
— Так ему и надо! Он сдохнет, потому что пошёл против нас, Хранителей. К тому же он нам не нужен, проклятый клон! Нам нужны только ты и Макарушка! Подчинитесь, иначе испытаете такие же муки как и он…
К ней присоединился лже — Пересвет. Оба на пару пустились в пляс, выкидывая немыс лимые коленца, хрюкая от удовольствия и косясь на умирающего. Так, наверное, пляшут черти в аду перед сковородой с очередной партией поджариваемых грешников.
— Звери! — взвыл в бессильной ярости Макар, — Спасите его!
— Не надо кричать! — поморщился запыхавшийся от пляски лже — Пересвет, — Пусть подыхает! Он уничтожил два дисколёта с нашими собратьями. Нежити — собачья смерть!
— Какой он нежить, мать твою? — заматерился я, поминая всех известных мне богов и святых покровителей во всех измерениях, — Это ты — нежить! А он — такой же человек, как и мы!
— А вот и нет! — ухмыльнулась лже-Береслава, — Он — нежить, которых вы, люди, все так ненавидите. Так что не надо устраивать концертов!