Дым

Толстой Алексей Николаевич

Маша сейчас же перебила:

– Ну, а тот? Он, с кем вас в автомобиле видели?

Фелицата дернула плечами, подняла брови, и только бисквит

упал из ее пальцев на помятую юбку.

Больше Маша ничего от Фелицаты не добилась. Часам к двенадцати девушка забеспокоилась и ушла, не взяв ни денег, ни кофточек, сказала только на все уговоры:

– Благодарю-с. Как-нибудь еще зайду, - поболтаем.

С балкона видели, как Фелицата брела по тротуару, остановилась у фонаря, опустив голову; постояла недолго и затем скрылась за углом.

Фелицатины разговоры принесли Ивану Сергеевичу явный вред. Ему казалось, что рассказ точно песок, сыплющийся сквозь пальцы, уменьшается и тает. Без пяти двенадцать он с глубоким негодованием поднялся с кресла, сказал "кончено" и швырнул рукопись

в корзинку. Затем, войдя к жене, проговорил ледяным голосом:

– Маша, дело в том, - что надо это наконец понять: я бездарен. Молчи! Поди звони сама в редакцию, - рассказа не будет.

Под утро Ивану Сергеевичу снилось, что будто сидит он у стола и пишет, а из головы его валит клубами черный, густой дым.

КОММЕНТАРИИ:

Д ы м

Впервые - газ. "Русские ведомости", 1915, 11 октября.

Вошел в 1916 году в К н и г о и з д а т е л ь с т в о, 9. В более поздние издания автором не включался.

Печатается по тексту: К н и г о и з д а т е л ь с т в о, 9.

Стр. 254. ...п р и х о д и л н а п а м я т ь п р и м е р И а к о в а...
– По библейской легенде, пастух Иаков увидел во сне лестницу, по которой ангелы восходили на небо.