Дыхание Смерти
Шрифт:
А затем вспышкой молнии в сознании прошла мысль о том, что скорее всего даже в данный конкретный момент кто-то где-то сейчас чертит примерно такой же план… только жертв на этот раз четверо. Я посмотрела на злющего Эдвина, застывшего серым изваянием с рельефной мускулатурой рук на фоне черных ворот, и старательно подавила в себе желание просто подойти и обнять его. Внезапно поняла, что чувствовали они, когда Ктар так уверенно сказал о моей смерти — жуткое ощущение абсолютного страха. Паршивейшее чувство, когда боишься не за себя, и от того испытываешь дичайший ужас,
— Риа! — окрикнул, видимо желая поторопить с ответом Эдвин.
Вспомнила, как он за секунду покрошил на куски двух адептов и те в итоге лежали двумя истекающими кровью кучками… Вспомнила не в реальности, а все теми же картинками — лорд-Вечный рассчитал все, включая даже те доли секунды, которые потребуются главе дома Меча чтобы убить двоих, и Норту на убийство последнего из команды АМИ. Там даже время было указано. И вот это вот было странно! Очень странно.
— Эдвин, — перекрывая шум бури, закричала я, — а ты всегда так хорошо управлялся с мечом?
Некромант на мгновение замер, затем решительно пересек двор, приблизившись вплотную к начавшей замерзать на зимнем морозе мне, и мрачно переспросил:
— Что?
— Скорость, — пояснила я. — Та скорость, с которой ты убил двух из обращенных в сосуды Тьмы адептов. Ты всегда был таким быстрым?
Несколько секунд Эдвин странно смотрел на меня, затем еще мрачнее чем раньше ответил:
— Нет. Меня Гаэр-аш натаскал за пять лет. Он мастер-Меча, подтянул меня практически до своего уровня. Раньше я был на порядок медленнее. Еще вопросы, сокровище мое?
Вопросов не было, я просто объяснила:
— На плане лорда-Вечного было указано предполагаемое время, за которое ты выведешь из строя двоих из адептов — три-четверти секунды.
Эдвин прищурил глаза и озвучил выводы, к которым уже пришла и я:
— За нашими тренировками наблюдали.
Я кивнула.
Помолчав немного, Эдвин светским тоном поинтересовался:
— Что еще интересного скажешь?
Ничего не став говорить, я сделала шаг к нему и молча обняла застывшего некроманта. Это было единственное желание, которое я не сдержала… Сдерживать пришлось многое другое. К примеру, желание обхватив лицо Эдвина уже заледеневшими ладонями и глядя в его глаза, чтобы просто донести вернее, умолять никогда, никогда, вот просто никогда не покидать дом Гаэр-аша. Или вернуться в Некрос, там точно безопасно.
— Риа, — Эдвин обнял, — успокойся, лично со мной точно ничего не случится.
Да, я тоже так думала о себе. Что со мной ничего не случится. О себе так думать легко… о тех, кто дорог — просто мучительно! И если, разговаривая с лордом Эллохаром я была абсолютно уверена, что справлюсь, сейчас накатили сомнения. Что если отступники атакуют раньше, чем парни выйдут на арену? Что если заменят план? Что, если удар будет не одновременным? Что если они все трибуны превратят в один последовательно связанный жертвенник, и тогда энергия игр им не потребуется вовсе?! Тьма, как же страшно! — Эдвин, — я запрокинула голову, вглядываясь
— Нет, — глухо ответил он. — Ты сегодня весь день пробудешь в доме, а мы на закате всем составом команды будем присутствовать на похоронах убитых адептов. Их семьи уже прибыли.
«Всем составом команды» — то есть меня, похоже, уже единогласно исключили… Обидно не было, было страшно. Жутко, безумно, и бесконечно.
Значит у меня время до заката.
Тьма, да что я успею придумать до заката?!
— Ничего, — раздалось от порога.
И на двор, размеренно шагая по лестнице, спустился лорд Гаэр-аш, одетый не в пример легче Эдвина. На нем вновь была только черная майка, брюки и сапоги, с рук ректор срывал черные обтянувшие пальцы второй кожей перчатки.
— Оригинальная тренировка, — было брошено нам издевательское. — Риаллин, пять кругов вокруг дома. Харн, к бою.
Эдвин мягко высвободился из моих объятий и напряженно начал было:
— Вы полагаете…
— Я не полагаю, я приказываю, — прервал его попытку высказаться ректор, и протянул руку.
Повинуясь его зову из оружейной прилетел внушительный двуручный меч, покорно вложившись рукоятью в ладонь хозяина, свой меч Эдвин создал из магии, а мне ничего не оставалось, как сорваться на бег.
Но оббежав весь дом, я остановилась за углом, пытаясь отдышаться, а затем выглянула из-за угла, всматриваясь в бой на мечах, от которых летели искры. Бойцы летали так же. Взлеты и падения, резкие повороты и неожиданные удары, просчитать которые было невозможно… Или возможно? Судя по схеме моего убийства — возможности Эдвина просчитали, вопрос в том — как? Я постояла еще, наблюдая ища за что можно зацепиться — зацепилась за верхний блок, чаще иных выставляемый Эдвином.
И тут бой прекратился.
— Риаллин, — произнес, не оборачиваясь лорд Гаэр-аш, — я сказал пять кругов, а не один. Харн, смени позицию защиты.
— Как? — мгновенно уточнил Эдвин.
— Кардинально.
И сталь вновь зазвенела на весь двор, прерываемая лишь завыванием все еще надеющейся пробить купол зимней бури. А я побежала, естественно, что мне еще оставалось. Вспоминая на бегу уравнение расчета скорости движения. Не то, которому обучали на артефакторском факультете, мне нужно было иное, то, с чего мы начинали занятия с дядей Тадором, когда моей задачей было рассчитать скорость падения дождевых капель.
Формула упорно не желала вспоминаться. На третьем круге застала Гаэр-аша что-то старательно объясняющего опирающемуся на магический меч Эдвину, на четвертом эти двое вновь сражались, причем Харн больше не использовал верхний блок в принципе.
На пятом услышала приказ ректора:
— Поднимись к Норту.
И не сбавляя скорости, взбежала сначала по лестнице в дом, а затем уже, промчавшись по холлу, ускорившись забежала на второй этаж. Проходя мимо комнаты Дана услышала богатырский храп, от которого позвякивали новоповешенные зеркала на стенах, и предварительно постучав, приоткрыла дверь, заглядывая к Норту.