Дьявол в синем
Шрифт:
– Дюпре ничего не знает. Он только пьет, а напившись, тут же засыпает. На большее он не способен.
– Я влиятельный человек, мистер Роулинз. – Этого он мог бы мне не говорить. – Хотелось бы верить, что вы не лжете.
– Вы знаете, почему меня задержали фараоны?
Мэтью Терен взял маленького мексиканца на руки и прижал к груди:
– А ты как думаешь, малыш?
Нос у мальчика был забит. Он открыл рот и глядел на меня как на какое-то странное животное. Не опасное животное, а что-то вроде
Мистер Терен взял в руки рог из слоновой кости, висевший рядом с его головой, и прогудел в него:
– Норман, отвези мистера Роулинза куда он скажет. Мы с ним пока закончили.
Затем он протянул мне рог, от которого крепко пахло сладкими маслами и чем-то кислым. Подавив отвращение, я назвал Норману адрес забегаловки Джона.
– Вот ваши деньги, мистер Роулинз, – протянул мне Терен несколько влажных купюр.
– Нет, спасибо, – отказался я. Мне противно было даже прикоснуться к этим деньгам.
– Адрес моей конторы вы найдете в справочнике, мистер Роулинз. Если что-нибудь узнаете, думаю, что смогу быть вам полезным.
Когда машина остановилась возле бара Джона, я выскочил из нее как ошпаренный.
– Изи, – завопила Хэтти. – Что с тобой стряслось, беби?
Она вышла из-за прилавка и положила руку мне на плечо.
– Фараоны, – сказал я.
– О, беби. Это из-за Коретты?
Казалось, все уже обсуждали подробности моей частной жизни.
– А что с Кореттой?
– Ты не слышал?
Я уставился на нее.
– Коретту убили, – сообщила она. – Я слышала, полиция забрала Дюпре на работе, потому что он встречался с Кореттой. А я знала, ты был с ними в среду, и решила, что полиция, может быть, подозревает и тебя.
– Убили?
– Точно так же, как Говарда Грина. Избили так, что только мать, да и та с трудом узнала. Что они сделали с тобой, Изи?
– Оделл здесь, Хэтти?
– Да, пришел около семи.
– А сколько сейчас?
– Десять.
– Можешь его позвать?
– Конечно, Изи. Только кликну Джуниора.
Она выглянула в дверь и тотчас же вернулась. Через несколько минут появился Оделл. По выражению его лица я понял, как ужасно выгляжу. Он редко выдавал свои чувства, но сейчас так вытаращился на меня, словно увидел привидение.
– Ты можешь отвезти меня домой, Оделл? Я без машины.
– Конечно, Изи.
Оделл почти всю дорогу молчал, но, когда мы подъезжали к моему дому, сказал:
– Тебе хорошо бы отдохнуть немного, Изи.
– Я как раз собираюсь это сделать, Оделл.
– Я не об этом. Тебе нужен настоящий отдых, что-то вроде отпуска.
Я засмеялся:
– Говорят, бедняки не могут позволить себе отдыха. Мы должны работать и работать, иначе нам не выжить.
– Я же не советовал тебе не работать. Сменить обстановку
– Почему ты заговорил об этом, Оделл?
Мы подъехали к дому. "Понтиак" стоял на своем месте, и это было добрым знаком. С деньгами, которые я получил от Олбрайта, я мог бы пересечь всю страну.
– Сначала убили Говарда Грина, теперь Коретту. В полиции тебя избили, и я слышал, Дюпре все еще в каталажке. Пора уезжать.
– Я не могу уехать, Оделл.
– Почему?
Я посмотрел на мой дом. На мой прекрасный дом.
– Просто не могу, и все, – вздохнул я. – Но ты прав, конечно.
– Если не собираешься уезжать, Изи, тебе следует обратиться к кому-нибудь за помощью.
– О какой помощи ты говоришь?
– Не знаю. Может, тебе сходить в церковь и поговорить с преподобным Тауном?
– В таких случаях Бог не поможет. Я должен обратиться к кому-нибудь другому.
Я вылез из машины и помахал ему на прощанье. Но Оделл, настоящий друг, подождал, пока я, спотыкаясь, доковылял до своей двери.
Глава 12
Я выдул полторы пинты виски, прежде чем смог заснуть. Простыни были сухие и хрустящие, и страх затерялся где-то далеко в алкоголе, но стоило закрыть глаза, как я видел Коретту, она склонялась надо мной и целовала меня в грудь. Я был еще слишком молод и не мог представить, что кто-то, кого я знал, умер. Даже на фронте я надеялся вновь увидеться с друзьями, хотя знал, что они мертвы.
И так прошла вся ночь. Я забывался на несколько минут, потом просыпался и звал Коретту или отвечал на ее зов. И, пытаясь заснуть, снова и снова прикладывался к бутылке виски, которая стояла возле кровати.
Среди ночи зазвонил телефон.
– Кто это? – пробормотал я.
– Изи? Изи, это ты? – послышался грубый голос.
– Это я. Который час?
– Около трех. Ты спал?
– А как ты думаешь? Кто говорит?
– Джуниор. Ты что, забыл меня?
Я не сразу вспомнил, кто он такой. Мы с Джуниором никогда не были приятелями, и я понять не мог, где он раздобыл номер моего телефона.
– Изи? Изи! Ты что, спишь на ходу?
– Чего тебе надо в такой час, Джуниор?
– Да ничего, так, пустяки.
– Пустяки? Ты вытащил меня из постели в три часа утра просто так?
– Не вешай трубку. Я просто хотел сообщить кое-что интересное для тебя.
– Я слушаю, Джуниор.
– О той девушке, помнишь?
Судя по голосу, он нервничал, говорил торопливо. Я как будто видел, что он тревожно оглядывается через плечо.
– Скажи, зачем ты ее разыскивал?
– Ты имеешь в виду белую девушку?