Шрифт:
В Одессе я хотел разыскать своего старого фронтового товарища, который теперь служил моряком
Когда я пришёл в порт, оказалось, что теплоход уже разгрузился и команда его вчера списана на берег. В управлении порта я узнал адрес моего товарища и отправился к нему домой.
В новом доме на улице Халтурина я поднялся на третий этаж и позвонил. Мне никто не ответил. Я позвонил ещё раз.
В глубине квартиры послышался скрип двери, смех. Чей-то женский голос крикнул:
— Кто там?
Я сказал через закрытую дверь, кого мне нужно.
Опять раздался смех, и тот же голос ответил:
— Зайдите попозже! Мы открыть вам никак не можем! Мы тут арестованы.
Я подумал, что меня разыгрывают. И совсем неумно! Если товарища нет дома, почему нельзя открыть дверь и сказать об этом по-человечески?
Спустившись вниз, я около часа бродил по городу, и уже скорее любопытство, чем необходимость, вновь привело меня к странной квартире. Я опять позвонил и услышал скрип двери, хохот и вопрос:
— Кто там?
Пришлось повторить, зачем я пришёл.
Вновь хохот, и тот же ответ. Только более вежливый:
— Зайдите, пожалуйста, ещё чуть позже. Ваш товарищ скоро вернётся. А мы тут, право, арестованы и не можем выйти
Откровенно говоря, я совсем растерялся. Или действительно со мной валяют дурака, или это что-то забавное. Чтобы не прозевать своего товарища, я стал прогуливаться возле подъезда.
Наконец вижу: идёт. Обнялись на радостях, и здесь я уже не выдержал.
— Что там у тебя такое в квартире? — спрашиваю. — Какие арестованные? Что за двухметровое несчастье?
Он расхохотался.
— Так и знал! — говорит. — Это соседки мои из комнаты выйти боятся. А чего боятся, когда он маленький и совсем безвредный? Да и запер я его в комнате. Говорил же им, успокаивал. А они мне: он под дверь может пролезть…
— Подожди, о ком ты? — переспросил я. — Кто маленький? Кто безвредный?
— Да удавчик. Двухлетний всего. Два метра длиной только! — объяснил мне товарищ. — В порту одном ребятишки подарили. Вот капитан и поручил мне в зоопарк его пристроить. Вчера поздно было, так я сейчас ходил договариваться. А ночь он у меня дома провёл. Вот и всё. Сейчас отнесу.
Через несколько минут мы с товарищем уже шли в сторону зоопарка. Удавчика мой приятель нёс на шее, как венок. И верно, удавчик оказался существом совсем безобидным. Он не пытался удрать, а только изредка шипел и разевал пасть.
Правда, прохожие шарахались от нас в сторону. Но зря. Опасаться им было нечего.
1961