Шрифт:
Пролог
Грохот клубной музыки, давящий на голову, мерцание огней, ослепляющее глаза, какая-то неразбериха и полный хаос… И как тут люди, вообще, находят друг друга? Как заводят те самые знакомства с «продолжением»? Тут и мысли свои еле слышишь, что и говорить об общении с другими людьми?! Зато понятно, почему на утро некоторые, проснувшись в одной постели, не могут вспомнить имен друг друга… Они их просто не расслышали!
Так, Жанка говорила, что подцепить мужика можно либо на танцполе, либо у бара. Ну… учитывая, что Даша в пластике значительно уступает
Блин! И кто придумал эти высоченные барные стулья? В коротком платье ни сесть, ни сидеть спокойно! Все напоказ! Но, опять же, если брать во внимание, для чего она тут, можно и показаться.
— Мохито! — озвучила заказ, поместив себя на стул, как выставочный экспонат на подставку.
По словам Жанны, если все сделано правильно, то, оглянувшись, сразу заметишь на себе заинтересованные (а по мнению Даши, озабоченные) взгляды. Ну что ж, в ходе мониторинга публики, взгляды, направленные на нее, были обнаружены. Еще бы! Она же в наряде, который ей подобрала Жанна, еще и в своем гардеробе! По словам подруги, это длина наряда, которая не мешает показывать ноги. Но Даша боялась, что сейчас, сидя на этом стульчике, она демонстрирует частично и попу, которую, кстати, это платье очень облегает. Но, что такое длина этого то ли платья, то ли майки, по сравнению с вырезом! Да… Тут есть, куда упасть мужскому взгляду и утонуть…
И, снова же, возвращаясь ко взглядам и инструкциям по соблазнению, продиктованным всезнающей подругой… Что там надо делать после того, как приковала к себе внимание самцов? Выбрать наиболее приятный экземпляр и установить зрительный контакт, начать общение глазами, движениями, жестами… Хорошо, это потом. Для начала оценим контингент особей мужского пола.
Итак, на другом конце барной стойки, практически напротив, мужчинка лет под сорок, ухоженный, подтянутый, довольно симпатичный… Можно пока его отметить. Ой! Стоп! Это что у него? Это обручалка на пальце замелькала, когда он ей отсалютовал стаканом с вискарем? Вот гад! Да чтоб он подавился куском льда! Ну уж нет! Дарья пришла, чтобы своему неверному козлу мстить, а не в чужие семьи лезть. Фу!
И смотрим дальше. А дальше у нас экземпляр без кольца. Понятное дело, это непростое украшение можно и снять, выдвигаясь налево, но что-то подсказывало девушке, что не в данном случае. Во-первых, на пальцах, напоминающих сосиски, точно остался бы след от кольца, а во-вторых, больно надо кому-то вот это полулысое счастье с тремя подбородками, плавно переходящими в живот.
Блин! Вот совершенно не понимала, как Жанка может выдерживать всеобщее внимание мужиков! Наверно, мотивация срабатывает… Даше, например, сейчас совершенно неприятно, как этот мопс пускает в ее сторону слюни.
Почему мопс?! Они же милые, в отличие от этого…
— Привет! — сверкая голливудской улыбкой, произнес красавчик, присевший на соседний стул.
Так-так-так… А этот мачо вполне себе ничего… Нет, в реальности Даша не особо любила таких слащавых Кенов, но, в качестве варианта для измены почти бывшему, самое оно! И безымянный палец без кольца.
— Привет! — лишь слегка улыбнувшись, ответила Дарья.
— Скучаешь? — наклонившись к ней, поинтересовался подсевший блондин с голубыми глазами.
Судя
— Отдыхаю, — безразлично ответила, сделав глоток коктейля.
— Ну, так давай отдыхать вместе, — блондин встал рядом, положив одну руку на талию девушки, а вторую на ее коленку.
А руки-то какие мерзкие! Влажные какие-то, пальцы холодные… Прям прикосновение хладнокровного монстра. Нет, Даша понимала, конечно, что для той цели, которую она преследует, руки — не самое главное, можно на них особое внимание не обращать. Но этот взгляд… Похоже, в своей белобрысой голове этот нарцисс уже и раздел, и поотдыхал с ней…
Это всегда так? И что, это типа нормально? Интересно, а Жанну такое надменное отношение тоже раздражает или она спокойно воспринимает это безобразие?
Так! Мысли в сторонку! Сейчас главное отомстить! Ну, или сделать вид, что отомстила… А что? Сделает сейчас все, чтоб ее заметили с этим пижоном, потом демонстративно выйдет с ним из клуба… А ехать к нему или приглашать к себе ее никто не заставляет.
Прям сама себя мысленно похвалила за такой гениальный план! И уже было собиралась приступить к воплощению, как бледная поганка подал голос:
— Ну дак что, крошка? Как на счет того, чтоб найти здесь укромный уголок и «отдохнуть» по-быстрому? — сильнее сжав ее пальцами, ухмыльнулся нахал.
Вот уж поворот…
— Что?! — опешила Даша.
— Ой, ну что ты такие глаза удивленные делаешь? Тоже мне скромница! — хмыкнул.
Она, само собой, понимала, что иногда люди вступают в ни к чему не обязывающие отношения… Но это уже слишком! Никаких имен, никакого хоть элементарного внимания к ней, как к личности… Да она и как женщина интересует этого белобрысого лишь в физическом плане, и то не целиком! А не пошел бы он лесом?!
— Руки убрал! — рявкнула прямо.
— Че? — удивился «ухажер». — Ты чего ломаешься?
— Ты глухой? Руки убери! — крикнула Дарья, захватив клатч с барной стойки. Ей здесь точно делать нечего.
Но отпускать ее, по всей видимости, не собирались. Сверкнув очень недоброжелательно глазами, блондин грубо схватил Дашу за запястье и, вероятно, собирался сказать что-то не менее грубое, но…
— Да он тупой, похоже! — послышался насмешливый голос рядом.
Блондинистое недоразумение обернулось, предоставляя возможность и Дарье увидеть довольно высокого и крепкого молодого мужчину.
— Если девушка сказала отпустить, значит, надо убрать свои руки, как минимум, — действительно, точно недалекому, пояснил незнакомец блондину.
Дашин «поклонник», выругавшись, забрал все-таки от нее свои противные руки, и уже без лишних слов замахнулся на подошедшего мужчину.
Ой! Ну смешно даже! Куда лезет это слащавое безобразие?
И, словно подтверждая мысли Даши, блондин пал, ловко скрученный незнакомцем.
И охнуть не успела, как подбежала охрана. Честно говоря, встревожилась за своего спасителя, но почти сразу и успокоилась. Осведомившись все ли у него в порядке, охранники, взяв под руки, настойчиво повели к выходу брыкающегося дебошира. А нарисовавшийся рыцарь повернулся к Даше.