Двойник
Шрифт:
Чувствуя, что атмосфера сгущается, Бэн любезно спросил:
— Ну, как, автомобиль теперь в порядке?
— Я как раз пустил его для пробы, и при этом едва не задавил мисс де-Розен!
Марчиа улыбнулась с натянутой выдержкой.
— Я всегда говорила мистеру Норскотту, что он ездит слишком быстро!
— Вы где живете? — спросила мисс Йорк.
— Совсем близко отсюда, у друзей, — небрежно сказала Марчиа. — Кстати, вы напомнили мне, что нужно торопиться. До свидания, мистер Норскотт! Большое спасибо вам за катание… Право, вам следовало бы заглянуть
Она грациозно поклонилась вновь прибывшим и, махнув мне рукой, быстрым шагом, спустилась по холму.
Мисс Йорк, смотревшая на меня с лукавым любопытством, улыбнулась.
— Какой вы популярный человек, мистер Норскотт, — заметила она, — даже здесь в Суффольке, вам никак не удастся скрыться от друзей!
— Очевидно так, — беспечно согласился я. — Вся окрестность, как будто, усеяна ими! Впредь, если захочу уединиться, останусь в Лондоне.
И чтобы не слушать дальнейших разговоров на эту тему, я предложил:
— Хотите я довезу вас до Кетбертов? Обещаю ехать осторожно.
— Превосходная мысль, — одобрил Бэн.
Мы спустились с холма и через две минуты уже сидели в машине.
Бэн знал дорогу и я правил по его указаниям. Вскоре мы очутились среди чудного леса, за которым издалека виднелся старый дом.
— Когда вы вернетесь домой? — спросил я.
— Фернивелл приедет в экипаже, — сказал Бэн, — и там будет достаточно места для нас всех, так что можете не беспокоиться.
Минуту спустя, я уже несся обратно в Будфорд: я сгорал от нетерпения увидеть Билли и рассказать ему про мои сегодняшние открытия. Однако, когда я примчался в «Плау», оказалось, что Билли еще не вернулся со своего болота.
Я поставил машину в гараж, написал ему короткую записку и передал ее кельнерше: я сообщил Биллу, что могу прибавить еще одно новое и в высшей степени интересное сведение к имеющемуся у нас запасу. В конце я просил его непременно заехать в «Эштон» на следующее утро.
Затем, считая, что мое долгое отсутствие может вызвать подозрение Морица, я поехал домой. В «Эштон» я прибыл в одно время с коляской, в которой вернулись все с игры в крокет.
Мы стояли на подъезде и весело болтали, когда появился слуга с телеграммой.
— Виноват, сэр, — произнес он, подавая депешу Морицу, — она пришла днем, когда вы только что уехали.
Мориц взял телеграмму и, пока он вскрывал ее, мы продолжали разговаривать. Мисс Йорк шутливо требовала, чтобы я рассказал ей, как провел день.
Отвечая также шутливо на ее вопросы, я случайно взглянул на Морица.
Его глаза были устремлены на меня, и сколько в этом взгляде я уловил ненависти, торжества и недоверия…
Но это длилось не более секунды.
Как только наши взгляды встретились это выражение исчезло, словно стертое губкой и, порывисто смеясь, он стал мять телеграмму в руках.
— Вот так неприятность! — заявил он.
— В чем дело? — раздалось со всех сторон.
— Боюсь, что мне придется сегодня же вечером поехать в Лондон! Произошло какое-то недоверие по поводу одной
Все, за исключением меня, поспешили выразить свое сочувствие.
Тетя Мэри вышла к нам из вестибюля и ей тут же сообщили новость.
— Неужели вам придется уехать, дорогой Мориц? — огорчилась она. — Как это неприятно! Вам нужно поймать поезд отходящий из Будфорда в 9:50! Конечно, я и слышать не хочу, что бы кто-нибудь из гостей уезжал! Стюарт будет заменять вас в качестве хозяина, и мы постараемся не очень скучать!
— Именно так! — подтвердил Мориц, дружески мне улыбнулся. — Вы уж обо всем позаботитесь, старина, не так ли? Я сейчас пойду к себе и уложу чемодан.
В это время раздался удар гонга, — сигнал для переодевания к обеду.
Я поднялся в свою комнату, сел на кровать, закурил, мучительно раздумывая:
«Что же, черт возьми, было в телеграмме?»
18
Утром следующего дня, пока шли приготовления к крокету, я прогуливался с мисс Йорк, все время ожидая прихода Билли.
Не знаю, было ли заметно мое внутреннее волнение, но после вчерашней встречи с Марчией, я чувствовал тяжесть на душе. Поэтому я с нетерпением ждал Билли, думая узнать от него какие-нибудь новые подробности.
Кроме того, я был убежден, что поспешный отъезд Морица в Лондон, находится в связи с моим делом. Но я никак не мог понять, от кого он получил телеграмму?! Разве от отсутствующего Да-Коста, который, очевидно, был ни кем иным, как моим старшим приятелем «Френсисом».
Мисс Йорк, тетя Мэри и сэр Джордж вышли перед началом матча. Гости разместились на стульях в тени двух вязов и приготовились следить за ходом игры.
— Кто это пришел? — вдруг спросила тетя Мэри, и мы увидели фигуру в сером фланелевом костюме. Это был Билли.
— Этого человека зовут мистер Логан, — поспешил я пояснить. — Живет он в «Плау». Мы встретили его на охоте и Мориц пригласил его на крокет.
Добродушная тетя Мэри просияла: она была олицетворенное гостеприимство.
Билли, как человек не робкого десятка прямо направился к нам и снял шляпу, раскланиваясь.
Несколькими словами я представил его всему обществу.
Матч между тем начался, и в течение следующего получаса, наш разговор, главным образом, состоял из хвалебных восклицаний, вроде: «хороший удар, сэр!», «отлично!», «вот прекрасный ход!»…
Под шум восклицаний, я слегка толкнул Билли локтем, поднялся с места и предложил ему пройтись.
Мы тихо, делая вид, что прогуливаемся направились к одинокой скамейке, стоявшей на другой стороне.
— Билли, вы не принесли мне дурных известий? — спросил я с некоторым опасением.
— Боюсь, что да! Кажется, наша девица попала в затруднительное положение… Пока ничего серьезного, но эти молодцы из «Холли», каким-то путем пронюхали, что она с вами виделась, и хорошо ее упрятали.