Двойник
Шрифт:
– А я и не отказываюсь! – отозвался Щербатый. Он мигом расстегнул ремень на форменных милицейских брюках.
С глумливым фырканьем ублюдок навалился на неподвижно лежащую в разорванном до пояса платье красотку Жанну, на которой, к полной неожиданности боевика, вообще не обнаружилось трусов, и рывком вогнал свой огромный и раздутый зудящий член в неподатливое сухое влагалище.
Закусив до крови губы, девушка закрыла глаза и отвернулась от пыхтящего и сопящего над ухом «сержанта»…
Ворон
– Прощай, майор, – сказала звезда
Пришедший в себя Иванько, которого, схватив за воротник сорочки. Ворон привел в подобающее человеку вертикальное положение, был окончательно раздавлен психологически и даже не делал попыток взбрыкивать развязанными ногами или матерно ругаться, когда его освободили от кляпа-тряпки.
Вылезая из машины и падая задом на стоящий у стены стул, он лишь тихо скулил от периодически появляющейся адской боли в затылке, вздыхал, морщился и обреченно смотрел себе под ноги, не поднимая головы и не разглядывая просторный гараж, в который его привез этот хмурый и решительный усатый мужик.
Расстегнув молнию спортивной нейлоновой куртки пленника, две пуговицы на рубашке и оттянув вниз ворот футболки. Ворон увидел болтающийся на шее мошенника на кожаном шнурке маленький серебристый ключ с тисненным на нем логотипом «Информбанка» и пятизначным номером. Острым лезвием выкидного ножа он перерезал шнурок и сорвал ключ с коричневого шнурка. Держа кусочек серебристого металла на раскрытой перед лицом кидалы грубой мозолистой ладони. Ворон хмуро посмотрел на афериста.
– Это номер сейфа? – холодно спросил он, бросив нож на пол и свободной рукой взяв Иванько за подбородок, задирая его вверх.
Тот, насколько было возможно, отрицательно покачал головой, снова застонав от полыхнувшей в затылке острой боли.
– Я что, должен зуботычинами вытягивать из тебя каждое слово, подонок? – не меняя голоса, бросил Ворон, убирая ключ в карман. – Какой номер ячейки?!
– Сто двадцать семнадцать, – почти не разжимая губ, прошипел Иванько. – Секция «F». Охранник потребует предъявить ключ и спросит пароль. Скажи – Эльдорадо…
– Эльдорадо! – презрительно осклабился Ворон, разжимая стискивающие челюсть афериста пальцы и резко толкая его кулаком в грудь. – Будет тебе, козел паршивый, и Эльдорадо, и копи царя Соломона, и небо в алмазах… И все – по высшему разряду, гарантирую.
– Кто ты такой? – наконец подняв глаза на своего визави, осторожно спросил Иванько. – Вроде бы майор из ФСБ?
– Смотрите, какие мы догадливые! Что, головка уже не болит?! Может, добавить еще разок, чтобы снова послушал симфонию Глюка?! Только скажи, я вмиг организую!
– Послушай, майор, я отдал тебе все деньги, так чего же ты еще от меня хочешь? – шумно вздохнул Иванько. – Отпусти, будь мужиком. Разбежимся – и баста на этом. Твоя взяла, можешь радоваться, разве тебе этого мало?!
– Я знаю, что моя взяла, – усмехнулся Ворон, поигрывая тем самым новеньким пистолетом системы «вальтер», из которого умоляющий о пощаде кидала стрелял в бронированное стекло «восьмерки». – А ты не забыл, тварь, что не далее как час
– Так я же думал, что она решила меня подставить! – повысил голос Иванько, сверкнув отчетливо читающейся в глазах ненавистью. – А ты заодно с ней! Бабы – они все одинаковые. За норковую шубу и кулон с бриллиантом не только ебаря – мать родную продадут! – окрысился Гера. – Ошибся я, майор, понимаешь?! Каюсь, промашка вышла. Извини, не хотел…
– Это совсем другой разговор, – «примирительно» произнес Ворон. – Раз ошибся… Что ж, я человек великодушный и сдавать тебя ментам не стану. Тем более свои грязные миллионы ты мне уже подарил… Так и быть!
– Надеюсь! – с заметным облегчением сказал Иванько.
Он оглядел просторное, метров тридцать, помещение с автоматически поднимающимися металлическими воротами и не обнаружил в нем ничего необычного.
Гараж как гараж – стеллажи с инструментами, комплект колес с новыми алюминиевыми дисками в углу, канистры, смотровая яма, прикрытая деревянным щитом из досок.
– Тогда… может, снимешь с меня браслеты? – предложил мошенник, вопросительно посмотрев на Ворона.
Обе его скованные руки были заведены за спину, а цепочка пропущена через вбитое в стену полукольцо. В таком положении можно только сидеть на стуле и не шевелиться. Если же стул упадет, то, слетев с него на бетонный пол гаража, можно превратиться в «ласточку», с сильно вздернутыми вверх руками и вывихнутыми суставами.
«Все у него схвачено! – вдруг подумал озаренный страшной догадкой Иванько.
– И стул, и наручники, и крюк!.. Ой, не нравится мне это!.. Кто же он такой, падло?! Сумасшедший маньяк?! Нет, маньяки финансовыми делами не занимаются… И бронированные стекла на свои тачки не ставят!.. Господи, куда же я попал?!»
– Снимут с тебя железки, обязательно снимут, – ответил набирающий номер на сотовом телефоне Ворон, мельком заметив произошедшие с лицом Иванько разительные перемены. – Только не здесь и не сейчас…
– Не сдавай меня, пожалуйста! – взмолился, громко зарыдав и судорожно задергавшись всем телом сразу, перепуганный замаячившей на горизонте расплатой кидала. – Что я тебе сделал плохого, кроме того, что принял за дружка Дианы?..
У-у-у! А-а-а!
Но Ворон его уже не слушал.
Приложив трубку изогнутого, словно банан, «Сони» к уху, он ждал, пока руководитель инициативной группы обманутых клиентов фонда «Наследие» – капитан второго ранга ВМФ СССР в отставке, бывший командир ракетного крейсера Балтийского флота «Гремящий», а ныне одинокий вдовец и пенсионер Трофим Федорович Борисов снимет трубку.
– Слушаю, Борисов! – наконец по-военному четко донеслось с той стороны.
Несмотря на свои семьдесят пять лет, ветеран Великой Отечественной войны Борисов был еще вполне бодрым и полным сил. Хотя и он решился на покупку «похоронного» сертификата. Кто знает, что с нами будет завтра?