Двойник смерти

Кольт Таисия

Она сняла с себя фартук только без пяти семь, когда вот-вот должны были прийти гости.

– Что-то я припозднилась сегодня, – запричитала Розалия, приглаживая растрепавшиеся темно-каштановые волосы, чуть подернутые сединой и все еще закручивающиеся в мелкие кудряшки. – Надеюсь, Анна и Джеральдина оценят мои старания.

Когда через семь минут зазвонил колокольчик, мисс Пинкертон уже спешила к двери в нарядном сером жакете и длинной юбке.

– Анна, Джеральдина, рада вас видеть! Выдалась сложная неделя, совершенно не было времени с вами

пообщаться. Проходите же скорее!

Обе соседки были одеты с иголочки, в миленьких шляпках и лаковых туфлях, чувствовалось, что женщины тщательно готовились к встрече с подругой, не пренебрегая мелочами.

Когда женщины расселись за столом, Анна Дроувер широко улыбнулась и только хотела что-то сказать, как вдруг в дверь позвонили.

– Ты ждешь кого-то еще, Розалия? – в недоумении произнесла Анна, хитро прищурив глаза. – Только не говори, что Джонатан Голд напросился к тебе на обед. Он давно пожирает тебя глазами, старый негодник!

– Нет, я его не приглашала, – растерянно ответила мисс Пинкертон, уставившись на Анну Дроувер. – Кто бы это мог быть?

Звонок снова дал о себе знать, и хозяйка встала из-за стола.

– Думаю, мне стоит открыть. В конце концов, если это мистер Голд, я выскажу ему все раз и навсегда. Не хватало мне еще быть объектом внимания со стороны столь назойливого мужчины.

Джеральдина пожала плечами, рассеянно разглядывая блюда на столе и лишь мельком взглянув в окно. Она считала, что Розалии давно нужно было выйти замуж, а продавец овощей был самой подходящей кандидатурой.

Но когда дверь отворилась, всех трех леди ждало разочарование: с улицы в холл широкими шагами вошел не мистер Голд, а местный полицейский сержант Фил Лоуренс.

– Сержант Лоуренс, добрый вечер, – удивленно произнесла Розалия Пинкертон. – Э-э, у меня гости, но, прошу вас, проходите. Надеюсь, ничего не случилось?

– Добрый вечер, мэм, – громко отчеканил молодой сухопарый полицейский с маленькими черными усиками и едва виднеющейся светлой бородкой. – Прошу прощения за беспокойство, но в соседнем доме произошло преступление, и мне нужно задать вам пару вопросов, как возможному свидетелю.

– В соседнем доме? – хором воскликнули мисс Дроувер и мисс Лэйк.

– Боже мой! – отстранив Джеральдину, простонала Анна Дроувер, подойдя к сержанту почти вплотную. – Сержант Лоуренс, вы сказали «в соседнем доме», но не уточнили, в каком именно. Речь идет о доме мисс Лэйк или о моем? Неужели меня ограбили?

– Нет-нет, мэм, я имел в виду дом напротив, где живут мистер и миссис Ричардс. Там пропала служанка, горничная Лесли Стоун.

– Пропала? – мисс Лэйк вышла из своего задумчивого состояния. – Но вы сказали: «преступление». Она что-то украла, а затем сбежала?

– Мэм, дело в том, что сегодня мистера и миссис Ричардс днем не было дома. Они уезжали в соседний Лонгмид. А когда вернулись час назад, то обнаружили следы крови на полу в холле, а их горничная пропала. Пока сложно сказать, что именно произошло, но входная дверь

в дом была незаперта, а лишь затворена, когда супруги вернулись из поездки. Они тут же заподозрили неладное, но поначалу не подумали о том, что беда случилась с их горничной. Кровь сильно испугала хозяйку дома. Миссис Ричардс в ужасном состоянии, постоянно плачет и прикладывает холодный компресс на лоб. Я приехал, как только смог, но пока ничего не смог обнаружить. Служанки нет ни в ее комнате, ни где-либо еще в доме. Другие слуги уже ушли домой, в особняке находился только дворецкий, но он был занят в другой половине дома и ничего не слышал. Может, вам что-то известно об этом? Не видели ли вы что-то необычное?

– Я была дома целый день, подшивала свое платье, – просто ответила Анна Дроувер. – Окна моей спальни выходят на другую сторону улицы, поэтому я ничего не слышала. К большому сожалению. Я хорошо знаю Лесли, она чудесная девушка, и если с ней что-то случилось, то это просто ужасно! А ты, Джеральдина? Ты не заметила ничего необычного возле дома Ричардсов?

– Нет, я выходила из дома по неотложным делам и вернулась только в половине шестого, – дрожащим голосом пролепетала Джеральдина Лэйк. – Если бы кто-то подходил к особняку миссис Ричардс, я бы заметила. Но улица была совершенно пуста.

– Я слышала какие-то непонятные звуки около четырех часов, – вдруг вспомнила Розалия Пинкертон. – Сначала разбилось что-то, похожее на вазу, а потом был хлопок или звук удара, точно не могу описать. Я подошла ближе к калитке, но было тихо, и я ушла домой.

– А никто не входил или не выходил из дома мистера и миссис Ричардс в это время? Может, вы видели дворецкого или других слуг в окне? – с надеждой спросил сержант Лоуренс.

– Кажется, никого не было, – покачала головой Розалия.

– Что ж, все ясно, – слегка расстроенно протянул сержант. – Ваши дома ближе всего расположены к особняку, так что остальных соседей нет смысла расспрашивать, если только кто-то из них не проходил случайно мимо. Я поговорю с родителями девушки, еще раз расспрошу прислугу Ричардсов. Простите, что помешал. Если что-то вспомните, позвоните мне в участок. Здесь любая мелочь может оказаться важной зацепкой.

– Сержант Лоуренс, а из дома что-то пропало? Деньги или драгоценности? – с возросшим интересом спросила Розалия Пинкертон.

– Мистер и миссис Ричардс посмотрели в сейфе и своих личных вещах, но все на месте.

– Спасибо, сержант. Надеюсь, Лесли найдется!

После ухода Фила Лоуренса женщины еще минуту хранили молчание, которое прервала Джеральдина Лэйк:

– Как все это страшно! Мне даже есть расхотелось. Думаете, они ее убили?

– Кто, «они»? – переспросила Анна.

– Преступники, конечно! Я считаю, тут все просто: кто-то хотел ограбить Ричардсов. Выбрал время, когда хозяев не будет в доме, и решил обчистить их. Но грабителям помешала Лесли, вот они и убили ее. Или ранили и взяли в заложницы, чтобы она не выдала их.