Дворянство

Ткачев Андрей Сергеевич

— В ген?!

Глава 16

— В ген, ген, — пушистая морда потянулась на лавочке, поднимая задницу вверх, и… в мою сторону. — Ты бы, Ярослав, подумал насчёт этого получше. Если её действительно укусил дикий, то последствия могут быть необратимы. Это как…

— Перенести бешенство, — закончил я за него. — Если не получить вовремя медицинскую помощь, попросту умрёшь, потому что болезнь, которая спокойно прогрессировала, не поддается лечению. Ну или может быть куда худший

исход.

— Видишь, какой ты умный, — Кактус вернул на исходную позицию. — Ты мне вот что скажи, как добираться-то будем?

Вопрос был весьма уместным. До той самой, «нужной», ветеринарной клиники нужно было добираться полдня. Учитывая, что со мной рядом странное, разговаривающее существо, это было не самым лучшим решением. Такси?

Можно, правда, у меня даже переноски нет… И очень немногие согласятся меня перевозить вот так с котом на коленях.

— А без тебя никак? — без особой надежды обратился я к коту.

Ох, как же Кактус начал возмущаться. Судя по всему, он сам искал встречи с этим «врачом», раз так сильно начал ворчать. Но переубедить его в том, что нас просто не повезут, оказалось весьма сложно.

Спорили долго, но Кактуса было не переубедить в его упорстве.

— Ладно. Ладно! — последнее повторение с уст кота было весьма громким. — Делай, как посчитаешь нужным. Единственно, из-за чего он тебя не выгонит в сию же секунду — долг.

— Какой ещё долг? — я сощурился, внимательно всматриваясь в зелёные глаза животного. — Ты ещё и должен кому-то?

— Типун тебе на язык, Ярослав, — в привычной своей манере раздражительно дернув хвостом, кот ударил меня лапой по колену. — Не дай бог, ты будешь должен этому носителю симбионта. Он тебя из-под земли достанет.

Смысла, сказанного в таком тоне, я не нашёл, но прислушался к иному.

Сам лекарь — Владимир Петрович, за спасение своей жизни был обязан Кактусу по гроб жизни. Как я понял, к долгу жизни некоторые из носителей симбионтов относились очень щепетильно. История, правда, была какая-то мутная, сомнительная и сам кот не хотел вдаваться в подробности, но помощь мне, точнее, совершить осмотр моей сестры, этот врач просто будет должен и не сможет так легко отвертеться от этого.

Единственное, что я понял из весьма сбивчивых объяснений кота, так то, что он спас его когда-то от магов и странных людей. Что Кактус имел в виду под «странными» людьми, увы, я не понял, но общий посыл был вполне понятным.

После подобного кот начал намекать, что его надо отблагодарить за такую помощь, так что пришлось ещё немного задержать визит до уникального врача и почесать ему пузо. Причём Кактус настолько разомлел от ласки, что стал дёргать лапками и почему-то говорить всякие не смешные, и даже пошлые шуточки.

«Щёлкнуть бы тебе, зараза, — пролетело в голове, когда юмор пошёл не в ту степь. — По тем самым колокольчикам, которые ты устал вылизывать. А ещё лучше…»

«Сам зараза, — тут же парировал кот и тут же встрепенулся и вскочил с моих ног.

Он прошёлся по скамейке взад-вперёд и вдруг заявил: — Это… я что вспомнил-то. Меня зовут — Михаил Алексеевич. Аляев. Представься, что от меня. Он, возможно, и попытается от тебя избавиться, но лишь на мгновение. Будет спрашивать, откуда ты меня знаешь, говори честно — мы с тобой родственники».

Ну, про его имя я и так знал. Спасибо сну и его половине… точнее, большей части симбионта, что теперь во мне. А вот фамилия показалась знакомой. Только вот где я ее слышал?!

А он ещё и про родственников…

Посмотрел на это недоразумение, представил его вживую, с таким же характером и что мы бы общались ещё до этого.

«Ну его на фиг…»

* * *

До ветеринарной клиники добирался в итоге больше часа. Изредка отвлекаясь на телефон, в котором переписывался с младшим братом — Максимом. Он, на удивление, рассказал побольше подробностей, чем мама, которая была больше на эмоциях и всего поведать просто не могла.

И, когда я смог собрать всё это воедино в голове, картина оказалась очень и очень странной. Мама почему-то мне наврала. Никакого нового ученика в школе не было. А сестру укусил кто-то из знакомых, причём из дворовых.

Казалось бы, ну, дети и так далее… но нет. Это был далеко не маленький ребёнок.

Пожалуй, нужно начать с какой-то предыстории.

У нашего дома последние две недели ошивалась какая-то стайка малолетних подростков. Учитывая, что половина нашего подъезда не самые благонадёжные семьи, на них не особо обращали внимания. Подростки вели себя не очень-то агрессивно для своего возраста, не особо хамили, да и почти не мусорили, и всё всех устраивало. Ровно до момента, пока они не начали неожиданно пропадать.

Они что-то видели. О чём очень долго и упорно пытались рассказать. Даже, несмотря на свой образ жизни, в полицию ходили, что вообще для них было чуть ли не за гранью допустимого. Но выслушивая их бредни, лишь пальцем у виска крутили. Невнятные сказки про какого-то жуткого монстра.

За неделю от компании осталась лишь одна девочка-школьница. Жительница соседнего подъезда, но вскоре пропала и она.

Я прикрыл глаза, пытаясь всё тщательно проработать в голове… варианты и что могло быть по факту с учётом того, что я знал теперь. Всё это заставляло взглянуть на проблему под иным углом.

Девчонка показалась сама, спустя три-четыре дня. Вела себя странно, дёргалась и избегала прямого контакта. Катя, как воспитанница «дома чести, заботы и контроля» — так я называл свою семью, не смогла пройти мимо «разбитых коленок» девочки, с которой она вроде даже иногда играла вместе.

Катя просто возвращалась из магазина, куда её отправила мама и протянула девочке, стоящей в кустах вдали от подъезда, то ли чупа-чупс, то ли конфету какую. А та ей в руку вцепилась, словно зверь. На её крики и выбежал мой младший брат, а затем и отец.