Двоелуние

Либис Арсений

Вика представила это почувствовала, как набухли груди, как она растворяется в жгучем жаре желания. Слова Юли доносились до неё словно из тумана, а точнее из наполненной паром сауны:

– А как я ему под столом дрочила, когда мы с родителями знакомились! Его мать что-то спрашивает, а он слова вымолвить не может, потому что моя ладошка скользит по его горячем стволу, а он пульсирует извергаясь как вулкан. Реально говорю тебе, сперма у него была горячая как лава. Я кончила тогда прямо в трусики просто от его оргазма.

Вика ничего не соображая от страсти потянулась с поцелуем к Юле. Но та, все ещё пьяная, не заметила её порыва, резко встала, так что Вика уткнулась лицом в диван.

– А ты тоже в

дроввва!
– засмеялась Юля.

– Так почему вы расстались?
– спросила Вика, с трудом обретя равновесие и способность говорить.

– Я пришла как-то пораньше с работы, дверь не заперта. Смотрю по коридору шмотки в беспорядке валяются. Шорты малиновые, что я ему на день рождения дарила. Шорты ещё одни бежевые… И стоны с кухни! Захожу, а он лежит на столе прям, раскинув ноги, одной рукой член свой придерживает, а ему Русик, ну тот третьекурсник, помнишь, такой в татухах весь… В общем, он ему вставляет. И член у него такой здоровый, больше чем у Женьки головки на две. И так хорошо у них получается. Женька стонет, Русик его колошматит, яйца о жопу стукаются. Я такой крик устроила, все соседи сбежались. А они стояли такие, как дураки без штанов, глазами только моргали. А дальше ты знаешь… я вещи собрала и к тебе. У тебя же никого нет?

– Нет… - отрывисто ответила Вика, - никого…

– Классно! Свободна, как ветер! Нафиг этих мужиков… Что-то плохо мне…

Юля села на диван, устало потерла глаза, на которых размазалась тушь и неожиданно опрокинулась на спину. Вика подползла к ней на диване, обеспокоено заглянула в лицо. Дыхание Юли было ровным, она спала, мерно вздымалась грудь под мужской цветастой рубашкой. Вика, тяжело дыша, сняла юбку и намокшие трусики. Она запустила руку себе между ног, проводя пальцами по клитору, другую она запустила под блузку, лаская свои торчащие соски. Вика стонала, не сдерживаясь, её подруга даже не шевелилась. Но это все было приятно, но не достаточно, чтобы унять тот пожар, который воспламенила в ней Юля. Вика подползла и очень медленно стала опускаться на лицо Юли. Она почувствовала, как её разгоряченный клитор щекочет ровное дыхание спящей. Вика несколько мгновений застыла в полуприсяде, не решаясь окончательно опуститься на лицо подруги. Было тихо, в комнате только мерно тикал будильник. Юля пошевелилась, Вика замерла в ужасе. Юля, не открывая глаз, зачмокала губами. Вика резко опустилась ей на лицо.

– Умммм… - застонала протестующе Юля, не открывая глаз.

– Давай… давай, милая… полижи… полижи, будь умницей — горячо зашептала Вика. Её пещерка терлась о лицо подруги.

– Женя… не сейчас… - простонала Юля.

– Давай, милая… давай…

Возбужденный клитор Вики слегка приподнял верхнюю губу спящей девушки.

– Какой у тебя сегодня маленький!
– простонала Юля и сосущим движением впилась в набухший клитор.

– Ах… как сладко… ах… - застонала Вика.

Кончик остренького язычка Юли проник внутрь. Вика выгнулась от удовольствия, разразилась стонами и почувствовала, как горячая волна уносит её куда-то прочь. В беспамятстве она прижала голову Юли к своей вагине, сжала её бедрами.

– Хорошо! Хорошо! Хорошо!

Вика даже не стонала, а выкрикивала эти слова. Её била дрожь, её пещерка сокращалась, изливаясь горячим соком любви. Сколько это длилось, Вика не знала, тикающие часы то шли медленно растягивая звуки, то цокали стрелками, как бегущая лошадь копытами. Наконец, все кончилось. Вика привстала с лица Юли и упала в бессилие рядом на диване. Лицо Юли все блестело от пролитой на него жидкости. Она спала и улыбалась во сне.

– Моя хорошая… - прошептала Вика, - моя красивая… Зачем тебе эти мужики, когда у тебя есть я?

Потом она нежно поцеловала подругу в лоб и заботливо прикрыла теплым пледом.

Двухкомнатный адюльтер

Лидия протяжно стонала, когда член Марка достигал самой её глубины.

Её мало беспокоило то, что в соседней комнате спит Катя, её сестра. Или не спит. Марк бы точно не смог заснуть под адский дуэт скрипящей кровати и протяжных стонов. Пикантности ситуации добавляло то, что пока Лида ездила на конференцию, Марк с Катей успели стать любовниками. Каждый день они яростно трахались везде, где их настигало желание: то на подоконнике, то на балконе, то в ванне, то на кухне, то в зале. Но чаще всего конечно в спальне, где сейчас Марк занимался сексом со своей официальной девушкой. Лидия, вернувшись домой, сильно соскучилась. Она уже за столом, выслушивая очередную историю несчастной любви Кати, нетерпеливо поглядывала на Марка и незаметно гладила его пах. Марк, который кончил буквально в момент, когда ключ Лиды затрещал в замке, был настроен менее решительно. Но мягкая рука Лидии была такой нежной и настойчивой. К тому же, Марк подумал, что никогда в жизни не занимался любовью с двумя разными женщинами в течение одного дня. Эти мысли заставили его член затвердеть, несмотря на то, что Катя обиженно поджимала губы, глядя на него с Лидой.

И вот ночь, они в спальне, Лидия стоит на коленях на кровати, такая маленькая, изящная, оттянув аппетитную попку, а Марк сзади яростно вгоняет в неё свой налитый возбуждением член. Да, несмотря на события последней недели, он скучал по ней. Катя очень страстная, но не такая красивая, не такая пластичная. Какие у Лиды красивые ножки, какие аккуратные маленькие ступни, какие мягкие пяточки. Когда он входит в неё, она изгибает спину, как кошка, ноги чуть приподнимаются на коленях. А какая она влажная и горячая, там внутри. Марк скользил внутри неё, плавно и бархатно. И стон её был полон какой-то нежности.

Катя же спит в зале. Или не спит. Марк на мгновение представил её вытянутое обиженное лицо. Вообразил, как она пытается закрыться от этих звуков подушкой и почувствовал, как начал кончать. Он едва успел выдернуть пульсирующий горячий член из разгоряченной пещерки Лиды. Ещё мгновение и он оросил её ягодицы белесыми каплями.

– Ты всё?
– спросил он Лиду после того, как поцеловал её в кошачье место.

– Даже два раза… - ответила она низким сытым голосом. Потом она притянула его к себе, поцеловала в губы и отвернулась. Вскоре её дыхание стало ровным. Немудрено, перелёт из одного конца страны в другой любого утомит. Чудо, что ещё сил хватило на Марка.

Ему же не спалось. Он лежал на спине, залипая в телефоне, но все произошедшее не давало ему покоя. Они с Катей как-то резко перешли запретную грань и ни разу не говорили о том, что будет дальше. Марк накануне приезда Лиды даже подумывал о том, чтобы во всем признаться и начать жить с Катей. Но до разговора с ней об этом дела не дошло.

В квартире было тихо. Спальный район за окном тоже не нарушал сложившегося покоя. Но Марк отчетливо слышал, как скрипит диван в зале. Катя, видимо, ворочалась, не в силах заснуть. Может, пришло время поговорить? Марк посмотрел на спящую Лиду. Лицо её было безмятежно, рот немного приоткрыт, левая грудь выбилась из-под одеяла. Марк осторожно встал и снова посмотрел на неё. Спит. Он на цыпочках вышел из комнаты.

Катя лежала на диване лицом к стене. Но интуиция подсказывала Марку, что она спит. Что она услышала чуть слышный скрип двери и его шелестящие шаги. И теперь лежит к нему спиной, всем свои видом выражая обиду. Он подошел и сел на край дивана. Высокая длинноногая Катя едва умещалась на нём. Спать ей приходилось сегодня как в плацкарте, поджав ноги. Потому, Марк сейчас ощущал её твердую босую ступню у своей ягодицы. Она по-прежнему молчала. Марк тоже. Он протянул руку и нежно провел ладонью по её худой ноге. Катя не отреагировала. Рука Марка заскользила выше до самых ягодиц. В отличие от Лиды они были небольшие. Какие все-таки девушки разные, хоть и родные сестры. Но есть и нечто общее, обе любят спать голыми. Рука Марка достигнув ягодиц не наткнулась на ткань трусиков.