Двое в дороге

Коршунов Михаил Павлович

Я останавливаю машину. Кир выскакивает и открывает заднюю дверцу. Помогает деду сесть.

– Далеко вам?
– спрашиваю я.

– В деревню Хабаровку.

Дед устраивает палку между колен. Складывает на ней ладони грибком одна на другую.

Кир снова на месте. Мы трогаемся.

Дед заводит разговор о нынешней весне, которая то теплом по земле ходит, то морозом возьмется. Долгая весна, истяжная. Но озимые поднимаются не плохо. Ишь зеленеют!

Мы смотрим на озимые. Они зеленеют первой влажной

зеленью. Кое-где в деревнях лежит снег. В снегу топчутся утки: ждут воду. Она появится в полдень, когда пригреет солнце.

Дед уже не работает. По старости. Прежде, в далекие времена, был сухарником. Выпекал сухари, витушки, рогульки, именинные крендели. А начинал жизнь с того, что чистил в булочных мешки и хлебные формы. Скреб ножом-тупиком тесто. Пропаливал глиняные квашни.

Кир слушает. Ему интересно. Дед рассказывает охотно: далекое становится для него близким. У Кира нет еще такого далекого. Да и у меня его нет: деду уже за восемьдесят.

Когда приехали в Хабаровку, дед достал деньги.

Мы сказали, что деньги с попутчиков не берем: если в машине едут двое, а поместиться могут трое, то должны ехать трое. И деньги тут ни при чем.

Она села вскоре после деда. Была в гостях у матери в совхозе и возвращалась в город.

Я спросил, что она делает в городе.

– Учусь в вечерней школе.
– Потом добавила: - И работаю.

– А кем работаешь?

Девушка смутилась.

– Техничкой в интернате.

Кир не понял, что такое техничка.

– Ну, мою полы, убираю. Нянечка я, уборщица.

Кир говорит:

– Я тоже люблю убирать, мыть машину.

Девушка смеется. Она больше не стесняется нас.

– Еще я была поварихой. В детском саду.

– А трудно быть поварихой?
– спрашивает Кир.

– Сначала было трудно. Нельзя опаздывать с обедом: дети уснут. Набегаются за день и с ног падают, спать хотят.

– Я тоже, когда спать хочу, падаю с ног, - говорит Кир.

Он сразу попросил:

– Нельзя ли побыстрее!

– А что случилось?

Это был паренек рыжий и конопатый. Чуб его вспыхивал на солнце, точно факел.

– Автолавка проехала. Догнать мне ее надо.

– Догоним.

Я подбавил скорости. Требовалось выручить человека: догнать магазин. И мы его догнали. Посигналили, чтобы остановился.

Магазин остановился. Паренек был счастлив.

Девочка в белом школьном переднике. Робко махнула рукой. Возле девочки на чемодане сидела пожилая женщина. Мы с Киром затормозили.

Это оказались бабушка с внучкой. Бабушка провожала внучку в пионерский лагерь.

– Вы ее до переезда через железную дорогу. Пожалуйста, не откажите. Там у них собрание назначено, - говорит бабушка.

– Сбор, а не собрание, - поправляет внучка.

Я помог поставить в машину чемодан. Кир сказал:

–

Хочешь, садись впереди.

Бабушка попыталась сунуть мне в карман деньги.

Кир поспешил удержать ее руку.

Если в машине едут двое, а поместиться могут трое, то должны ехать трое. И деньги тут ни при чем.

НА ОГОНЕК

Он вышел к нам из леса - старый одинокий пес.

Мы грели на спиртовке мясные консервы, поджаривали лук. Он стоял и смотрел: прогоним или нет.

– Иди к нам, - сказал Кир.
– Иди. Не бойся.

Но он боялся.

Мы кончили греть мясо, поджаривать лук. Поставили на спиртовку чайник.

Мясо разделили на три части - себе и ему. Себе с луком, ему без лука. Положили в пустую консервную банку, пододвинули навстречу. Он испугался, отбежал. Не поверил.

Мы начали есть.

Он медленно обошел вокруг нас, все еще приглядываясь, что за люди хорошие или плохие. Наконец рискнул и остановился у мяса.

– Не торопись, - сказал Кир.
– Горячее.

Так мы подружились с этим бродячим псом. И вскоре сидели рядом вокруг спиртовки, на которой закипал маленький походный чайник. Пес доверился: вытянул усталые лапы, положил под голову ухо и уснул.

Чайник закипел. Мы погасили спиртовку. Разлили кипяток в чашки и бросили по щепотке чаю. Подождали, пока заварится, опустится на дно чашек.

Пес во сне дергал лапами, вздрагивал, вздыхал.

Мы попили чай. Потом я закурил, а Кир помыл посуду. Собрали мусор и отнесли в канаву. Крошки высыпали в траву муравьям. Начали укладывать вещи.

Пес проснулся, с тревогой наблюдал за нами: он не хотел расставаться.

Когда вещи были уложены, мы сели в машину. Помахали псу на прощание и поехали.

Вдруг Кир сказал:

– Он бежит за нами.

Я сбавил скорость. Для чего - не знаю. Взять его с собой мы не могли.

– Папа, он догоняет.

Пес бежал изо всех сил.

– Лучше скорее уедем, папа.

Я прибавил газу. А пес все бежал и бежал.

Мы с Киром привыкли к встречам и расставаниям. Но это расставание было тягостным.

Долго мы потом ехали и молчали.

СРЕДИ СВОИХ

Есть море. Есть пляж. Но есть еще гараж с ремонтными цехами. Мы с Киром в пансионате для автотуристов.

Я с утра на пляже, а Кир с утра в гараже, в ремонтных цехах.

Каждый отдыхает, как ему хочется. Мы друг другу не мешаем.

Отдыхать - значит не только купаться или лежать на солнце.

Отдыхать - это еще заниматься любимым делом.

А здесь для Кира любимого дела с избытком: триста машин! И такого не бывает, чтобы все сразу были исправными. Обязательно кто-то что-то ремонтирует, регулирует, отвинчивает, привинчивает.

И вот это "что-то" интересует сейчас Кира больше, чем море с пляжем.