Дверь
Шрифт:
«Кажется, я только что родился во второй раз…»
— Слушай… Эвортс… не оставишь нас? — сипло попросил Макс.
Тот всё ещё смотрел на Макса как на умалишённого, но кивнул, зачем-то извинился и вышел.
Макс наконец шумно перевёл дыхание, вытер пот со лба и растянулся без сил прямо на полу.
«Только что… здесь было нечто третье, что спугнуло такого стрёмного духа…»
***
Дядя чихвостил Макса всю дорогу до места подношения. Макс был совершенно с ним согласен, хмуро кивал, но уже молчал, устав извиняться.
«Рано
— Не говори отцу.
— Ты был в опасности.
— Ни за что не говори.
— Макс.
— Это не его дело.
Дядя вздохнул. Макс не был уверен, что дядя послушается: всё же отца, как Максу казалось, дядя побаивался. Да и зависел он от него, Макс понимал, и всё же страстно надеялся, что дядя примет его сторону.
— Я хочу научиться. Не хочу вновь так проштрафиться.
Дядя помолчал, а потом сказал то, чего Макс точно не ожидал услышать в ответ:
— Я должен написать отчёт об этой… девочке. Действия даже такой юной ведьмы чуть не обернулись трупами. Ты хоть понимаешь, насколько тебе повезло, остолоп? Связался с дураками, разважничался, переоценил себя, а всё же… Удачливый ты сукин сын, прости Создатель…
Макс рассмеялся. Да, вот за это он и обожал дядю Рона.
— Её заберут? Ты скажешь охотникам?
— Сообщу всем, кому следует, но… — дядя сплюнул под ноги. — Свои заберут её раньше. Подумать только, такая гниль и в таком престижном колледже.
«Гниль, — повторил про себя Макс, и его передёрнуло, стоило вспомнить Найка и подношение. — Зачем она это сделала? Для наказания это слишком».
— Дядя, я хочу стать сильнее. Чтобы такое не повторялось.
Дядя вздохнул. И согласился.
На поляне их уже ждали ребята из конторы. Ловцы духов.
— Просто стой тут и смотри, — велел дядя, поставив Макса в замысловатую фигуру-печать, созданную тонкой верёвкой, натянутой на длинные серебряные иглы. — Не двигайся. Нитка из серебра, вместе с тенью от неё выходит двойная печать. Вот… смотри и запоминай.
Макс кивнул. Головная боль наконец стала спадать: пришлось выпить таблетки, притупляющие дар, чтобы не получить ещё один откат и уберечься от возможных штучек духа, которого Макс подпустил к себе непростительно близко. Макс бы соврал, если бы сказал, что ему не страшно. Подумать только, злой дух счёл его достаточно «питательной подкормкой»: поглотил бы его силу и вновь напал на ведьму.
Ловцы рассредоточились вокруг места привязки и начали обратный призыв. К этому моменту в парке стемнело, на поляне горели прожекторы, которые установили спецы из конторы. Макса всегда восхищало, как оперативно и слаженно они работают. Наконец он увидит их непосредственно в деле.
Духа вызывали в печать-клетку. Контуры её горели белым пламенем; как только начался призыв, земля в круге заклубилась, повалил дым. Затем воздух прорезал клёкот. Из земли показалась уродливая голова с клювом.
«Странно…
Дух кричал, его били белые сполохи, печать трещала, лица ловцов, поддерживающих её, были непроницаемыми. А Макс чувствовал, что у него от ужаса шевелятся волосы. И от чудовищного ветра, бушующего на поляне.
«Интересно, как потом дядя замнёт это представление в колледже… Так же, как и отец?»
Духа втянули в специально приготовленный сосуд, его последний крик ещё какое-то время звучал в ушах, а у Макса было такое чувство, будто тварь видела его за печатью, смотрела в упор.
«Надеюсь, эта печать защищает от проклятий…»
Дядя вытер пот с лица, посмотрел на Макса.
— Если вляпаешься, то это на всю жизнь, — глухо сказал он, тяжело дыша. — Затянет не хуже, чем банка этого духа. Пропишет на карму. Притягивать начнёшь.
Макс плюнул под ноги.
— Поздновато мне это говорить, дядя Рон. Я валюсь с ног… Что дальше?
— Дальше ребята тут прибираются, а я забираю тебя к себе, пока общагу не починят.
— А ведьма?
— Не твоя головная боль.
— А если я с ней столкнусь? Если она знает, что я про неё знаю?
— Уверен, сейчас её волнуют более важные вещи, чем встреча с тобой. Или… — дядя обхватил его за плечо и отвёл в сторону, — ты боишься, Максвелл?
Макс фыркнул и оттолкнул руку дяди. Боится, конечно. И не знает, как поступить, ведь рядом с ведьмой может оказаться ботаник, который как-то умудрился спасти Максу жизнь.
— Послушай, дядя Рон… Может ли человек напугать злого духа?
Дядя устало вздохнул и почесал в затылке.
— Поговорим дома. Но… я бы на твоём месте держался от такого человека подальше… Есть слишком мало вещей, которых боятся духи, особенно настолько опасные и страшные.
«Держаться подальше от соседа по комнате? Чудесно…»
Работы в кампусе приостановили до утра, студентов спешно рассовали по прилегающим корпусам и аудиториям. Почти полевой лагерь. Со стоянки лился яркий свет фар — за многими примчались родители. Счастливчики уезжали с друзьями. Прежде чем сесть в машину дяди, Макс осмотрел парковку. Много знакомых лиц, все, похоже, целы. И чуть в стороне — ботаник и напуганная девочка с двумя тонкими косичками, вся в бинтах и пластыре. Макс только потрясённо покачал головой, не понимая, что же ботаник в ней нашёл. Может, приворожила?
Рози ему не было жаль нисколечко. Ведьме ведьмино наказание, чтоб не смела мнить себя судьёй или карателем. А вот за ботаника он бы поволновался- взгляд у того был такой, будто он собирался вцепиться в глотку любому, кто осмелился бы сейчас к ним подойти. Точно окрутили и мозги запудрили.
«Знал бы ты, кого защищаешь, осёл!»
Макс сел в машину. Указал дяде на девчонку.
— Она. Розалинда Маршбог.
— Семейка Болотных ведьм. Воистину, далековато они забрались. А парень…