Дверь в никуда
Шрифт:
Очаровательная эльфийская принцесса смотрела на него. Нет, все-таки не эльфийка, а человек, Прекрасная Дама. Длинные русые волосы свободно отброшены за плечи.
Серые огромные глаза сияли яркими звездами по контрасту с очень белой, кажущейся полупрозрачной, кожей. Губы не яркие, но такие красивые и нежные, что невозможно не смотреть на них. Легкое белое платьице не скрывает прекрасных мягких очертаний плеч и рук. От девушки идет почти физическое излучение юной женственности. И в то же время ее лицо - это не глуповатая мордашка юной прелестницы, а лицо умного зрелого человека.
Девушка
– Проснулся наконец. Ты слышишь меня? Если понимаешь, что я говорю, скажи да.
– Да, - хрипло выдавил Никита.
– Кто ты, как тебя зовут? Когда ты родился?
– Харад... Ник... Никита Панкратов. Родился в мае 1974 года, - голос Никиты был каким-то чужим и непослушным, слова выговаривались с трудом.
– Хорошо. Сколько тебе лет?
– Двадцать четыре.
– Значит 98-й год. А что ты первое сказал? Это что, еще имя?
– Харадор. Это мое игровое имя.
– Игровое?
– Есть такая игра. Мы представляем себя героями книг и разыгрываем в лесу сюжеты из этих книг.
– Что-то я такое читала. А, вспомнила: вас кажется называли "толкинутые".
– Ну мы себя иначе называем. Но в общем верно.
– Теперь понятно, почему тебя нашли с мечом и луком, хотя ты явно в конце 20-го века родился. А мы-то гадали. Как ты себя ощущаешь? Хорошо ли ты помнишь себя, свою жизнь?
– Вроде нормально. Тело вот не двигается.
– Не волнуйся. Мы не знаем еще, что у тебя с координацией движений. Поэтому врач на всякий случай заблокировал твои мышцы. Но ты не бойся: даже если у тебя с телом что-то не в порядке, все это можно исправить. Главное: что у тебя с памятью?
– Да вроде нормально все. А что со мной случилось? Где я? В больнице?
– Да, ты в больнице. Но сейчас все уже хорошо. А случилось с тобой то, что тебя нашли в болоте.
– В болоте? Ничего не помню. Вроде мы собирались поехать на хишки... на игру то есть. А дальше не помню!
– Ты не волнуйся: ты и не можешь помнить последние часы. Ты можешь помнить только то, что отложилось в долговременной памяти. Наверное на той игре ты и утонул.
– Утонул? Ничего не помню. Послушай, но это место совсем не похоже на больницу. И эти светящиеся стены... такого вроде и в Америке нет, по крайней мере, я не слышал о таком. А я в технике разбираюсь. Это случайно не секретная лаборатория? А может вы инопланетяне? Ты вот совсем не похожа на врача.
– А я и не врач, я психоисторик. И мы не инопланетяне. Ты находишься на Земле, недалеко от Москвы. Просто ты был мертвым довольно долго, за это время многое изменилось.
Никита как-то сразу поверил словам девушки: слишком все вокруг было необычно. И сама девушка тоже была необычной. Нельзя сказать, что он был очень сильно ошеломлен: для молодого человека конца 20-го века, обожающего фантастику, такая ситуация была конечно весьма неординарной, но все-таки вполне представимой. Никита не раз читал о чем-то подобном. Это примерно как выиграть сто миллионов на рублевый билет: вероятность очень мала, но ведь с кем-то такое случается. То, что он умирал и был оживлен,
– Меня что, заморозили, после того как я утонул? Странно. Я читал, что в Америке такое делают, но никогда не думал, что у нас такое возможно. А как давно я... умер?
– Никто тебя не замораживал. Тебя нашли в болоте два года назад, когда проводили перестройку экосистемы. А утонул ты почти двести лет назад.
– Не может быть! Ты что, хочешь сказать, что вы можете оживить кого угодно?
От меня ведь наверное одни кости остались после двухсот лет в болоте.
Предположим, вы даже нашли там мои гены и восстановили тело. Но откуда вы взяли мою память?
– Оживлять кого угодно мы пока не можем. Но твое тело довольно хорошо сохранилось: вода торфяных болот - неплохой консервант. В Сибири давно уже живут стада мамонтов и шерстистые носороги, которых восстановили по останкам зверей, утонувших в болотах. А в твоем веке был случай, когда в Западной Германии при осушении болота нашли труп человека, убитого ударом топора в затылок. Полиция завела уже дело, но выяснилось, что этот человек - древний германец, погибший почти две тысячи лет назад. А ты пролежал в этой воде меньше двухсот лет.
– Я всегда считал, что мамонты сохранились благодаря вечной мерзлоте.
– Не только. Конечно без мерзлоты они не сохранились бы за много тысячелетий, но сначала тонули в болоте. Ведь если бы они просто погибли от холода, их съели бы хищники. А до утонувших в болоте хищники уже не могли добраться. Потом болото замерзало, но до этого проходили порой годы, десятилетия.
– А как вас зовут?
– Аня. И называй меня на ты. Обращение на вы уже давно не используется.
Лучше сразу привыкать к новому.
– Аня, чего-то я не понимаю. Я в книгах читал о подобных ситуациях. Только там героя долго держали в неведении, чтобы он с ума не сошел. А ты мне так все сразу сказала.
– Врач решил, что так будет лучше. Чтобы узнать, есть ли у тебя шанс стать полноценной личностью после оживления, мы исследовали твою память. И обнаружили, что у тебя гибкая психика, способная легко принимать необычные идеи. Возможно это связано с тем, что в своем веке ты увлекался фантастикой. И ты молод. Шок для тебя не должен быть таким сильным, как мог бы быть для другого из твоего века. Физически ты сейчас вполне нормален. Так зачем ждать? Если бы ты мучился неведением, чувствовал вокруг себя какие-то секреты, это было бы хуже для твоей психики. Врач перед пробуждением приглушил твои эмоции. В общем, врач так решил.